Арина Громова – Будешь моей (страница 32)

— Потому что… потому что его не должно было быть. Это все стресс. Люди под влиянием эмоций обычно творят разные глупости.

— Я произошедшее глупостью не считаю, например.

Ну вот опять! Зачем он все это говорит? Ему так нравится меня смущать?

Проскальзываю мимо него и иду к окну. Там темно и совершенно ничего не видно, только кусок освещенной фонарем дороги и неоновые блики вывески мотеля.

— Я думаю, нам не стоило это делать, — набираюсь смелости.

Прятать голову в песок не самое взрослое решение.

— У тебя есть твоя Милана и вообще…⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Милана ничего для меня не значит.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Она думает иначе.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Тебе должно быть важнее, что думаю я.

И снова подходит из-за спины, определенно проверяя меня на прочность.

— Хочешь сказать, что ты ненормальный?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Почему это?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Оборачиваюсь.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Ты же сам говорил, что ни один нормальный на меня никогда не посмотрит.

Кажется, он об этом забыл. Но вспомнив сейчас ничуть не смутился.

— Я врал, — и уголки губ трогает плохо скрываемая улыбка.

Я расслабляюсь и это такое невероятное чувство. Кажется, только сейчас я могу снова дышать полной грудью.

Мне уже не страшно и даже почти не стыдно, и я благодарна ему за то, что он не стал смаковать в деталях все то, что было и тактично дал мне время все переварить.

— То есть спать мы будем здесь? — киваю на единственную кровать.

— Как видишь, другой тут нет.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Хорошо, тогда давай уже ложиться, я очень устала.

Все равно самое непоправимое уже произошло.

По крайней мере я на это очень надеюсь…

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Часть 39

Никогда бы не подумала, что лягу в одну постель с Юнусовым. Никогда! Даже страшном сне. Или не совсем страшном… в общем, о таком я не могла даже помыслить. Когда-то я с ним в одном помещении находиться не хотела, и вот лежу сейчас укутавшись в одеяло, ощущая за спиной не слишком уж мерное дыхание Ратмира.

Я сразу же сделала вид, что сплю, поэтому лежу тихо-тихо и стараюсь не шевелиться. Чтобы не выдать себя. Чтобы он не понял, что спокойствие мое напускное. На самом деле сердце колотится так сильно, что вот-вот и выскочит из груди.

Ну зачем я позволила ему себя поцеловать! А впрочем… он мой будущий муж. Даже если брак не совсем настоящий…

— Я знаю, что ты тоже не спишь, — неожиданно произносит он.

— Спала, пока ты не разбудил, — отвечаю слишком уж поспешно, для человека, который "только что проснулся".

— Кровать здесь дико неудобная.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Нормально.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— То есть тебе от жизни не нужно самое лучшее?

— Как и всем, — дергаю плечом.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Я не вижу, что он делает, но слышу, как меняет положение тела. Он определенно подвинулся ближе. Специально или нет, но факт остается фактом.

Я по-прежнему не боюсь, что он сделает мне что-то плохое, не знаю, откуда такая железная уверенность, но она есть. Но просто осознавать, что он так близко, да еще этот чертов поцелуй!

Хотя какой же он чертов… это был самый лучший поцелуй в моей жизни. Конечно, опыта у меня кот наплакал, но я уверена, что даже будь у меня сотня парней в прошлом, Юнусов был бы вне конкуренции.

Я злюсь на себя. Злюсь на него. На ситуацию.

Почему к такой практически безупречной внешности приложен такой несносный характер?

Для баланса?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Не нужно мне было с ним никуда ехать. Заселяться в этот номер. Ложиться в одну постель. Все это неизбежно, шаг за шагом, толкает меня в пропасть.

— Ты любила его? — снова спрашивает он, и этот вопрос застает врасплох.

Оборачиваюсь: Юнусов лежит на боку, подперев голову согутой в локте рукой и смотрит прямо на меня.

— Ты это о ком?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Ну, этот твой… — брезгливо кивает куда-то в сторону. — Сахарок.

— Ты о Роме? — не могу сдержать улыбку. — Почему сахарок?

— Потому что слащавый придурок. Как ты вообще могла выбрать этого идиота? Там же на лице все написано.

— Ну, справедливости ради, на твоем тоже много нелестного можно прочитать.

— Ну так что там с высокими чувствами?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Нет, — решаю не врать. Не хочу. Да и не не имеет смысла. — А ты? Зачем тебе Милана, если как ты сам сказал, она тебе не очень-то дорога. Ты же попросту тратишь свое время.

— Ну, раньше мне все равно больше не на кого было его тратить.

— Раньше? — цепляюсь. Мне кажется это важным.

— Да, раньше, — не сводя с меня глаз отвечает он. Слишком темно, но я вижу как они блестят и хочется верить, что причиной этого являюсь именно я. — Раньше вообще многое было иначе.

— Например?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Например я думал, что на дух тебя не выношу.

— И что же изменилось?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

— Оказалось, что это не так. Выношу. Не совсем, конечно, но бывало и хуже.

— Юнусов, ты идиот, — достаю ладонь из-под одеяла и пихаю его в плечо. Он валится на спину и, взмахнув по инерции рукой, сбивает с тумбочки настольную лампу.

В ночной тишине грохот кажется просто оглушающим.

— Ну вот опять. С тобой постоянно происходят какие-то катастрофы.

— Я же не виновата, что у тебя грация мамонта!

— У вас там все хорошо? — раздается стук в дверь.

Я сажусь и, сдерживая смех, закрываю рот рукой. Юнусов сползает на пол и поднимет несчастный светильник.

— А у вас принято бродить ночами по коридорам и подслушивать?