Арина Бугровская – Трудно быть первыми (страница 11)

– Это маленьких можно держать. Они добрые. А больших не удержим, – тихо сказала своё слово Вела.

– И то верно. Это надо с детёнышей начинать. Они тогда вырастают – и людей не боятся, послушными становятся. Как с нашей коровой получилось.

– Помните, Вела даже медведя выходила.

Помолчали, раздумывая.

– Эх, где тот медведь? Вот с кого шерсти надрали бы!

– Ну, а теперь, давайте попробуем другое, – Саха внесла в освещённый круг жёлтый кругляш. Нахмурилась, заметив, что отщипанное место увеличилось в размере.

«И кто это умудрился?» – бросила взгляд в сторону Мотки. Та сделала вид, что заинтересовалась звёздочкой над головой. Саха чуть прищурила глаза:

– Лок и Гёра пробовали эту штуку, сказали, что очень вкусно. А ты что скажешь, Мотка?

– Малина вкусней, – ляпнула, не подумав.

– Вот и мы сейчас проверим.

Саха разломала каждому по кусочку, засомневалась, давать ли Мотке, всё же дала. Каждый держал на ладони незнакомый продукт с некоторой опаской и любопытством. Дети уже жевали.

Рача пытался в свете костра рассмотреть свой.

– Осталось там хоть немного? – спросил у Сахи.

– Зачем?

– Чтобы попробовать понять его завтра, при свете дня.

Женщина не догадалась оставить.

– Саха, давай мой кусок отложим, – предложила Ара.

– А мой мы с тобой съедим на двоих, – обрадовалась Саха.

– Не надо. Мы уже ели, – Лок и Гёра вернули свои кусочки.

– Ну, пробуем! – скомандовала бабка, опасаясь, что так и будут делиться без конца.

Все послушно положили в рот. Замерли.

Вкус смутно-знакомый. И как будто даже не слишком вкусный. Но когда проглотили, поняли, что очень хочется ещё. Даже больше, чем малину.

– Я бы такое не прочь есть каждый день, – высказал Лека своё мнение, и с ним согласились все.

– Ну, теперь рассказывайте, как вы всё это добро добыли, – старейшина повернулся к ребятам.

Те знали, что про них не забудут. И вздохнув, начали рассказывать. И долго свет пламени освещал внимательные лица.

– …И вот они попели-попели свою песню, постучали палкой в колоду, а потом положили на камни этот кругляш с колосьями…

– Не, сначала положили нити, а потом уже кругляш…

– Ну да, и ушли к себе.

– Ну мы потихоньку и утянули.

– Им это всё равно было не нужно… наверное. Иначе не бросили бы просто так… на камнях.

– Да нет, – усмехнулся старейшина. – Они и не бросили. Слыхал я про такое. Это они дар принесли своему богу.

У Лока с Гёрой округлились глаза. Утянуть у чужого бога его дары! За это можно получить по сопаткам.

– А зачем богу человеческие вещи? – удивился Наз. – Он же невидимый. Ему не нужна одежда. Он не ест нашу еду.

– Наз, так-то ты верно рассуждаешь. Богу, может, и не нужно. Только как людям по-другому оказать ему своё почтение?

Все задумались. Действительно, как?

– А вот мы так никогда не делали. Может, поэтому наш бог на нас разгневался? Может, поэтому мы такие тупые. И он нам не подсказал про нити, про кругляш. А этим подсказал, – задумался и дед.

– Вот что… Время позднее, пора ложиться… – старейшина промолчал, казалось, на этом он встанет и уйдёт в шалаш. Но, поколебавшись, продолжил, – и прогневался наш бог на нас, но и спас. И сегодня подсказал про нити и кругляш. Теперь и мы знаем. Но надо бы нам сходить в гости в то племя. А? Как думаете? Как только управимся с самыми необходимыми делами. Чуть станем свободнее – и пойдём. Только вот что – запомните – Лок и Гёра никогда там не были, ничего не приносили. Всё!

Старейшина обвёл внимательным взглядом всех по кругу. И все, встречая этот суровый взгляд, согласно кивали головой. Понимали.

Старейшина чуть задержался взглядом на лице Мотки, и та часто закивала головой, мол, очень-преочень хорошо даже поняла, не сомневайтесь.

– Завтра Рача пусть остаётся здесь, пробует сделать приспособление для нитей. Лок и Гёра ловят коз и добывают шерсть, Мотка с Велой тоже.

Старец встал, поклонился женской стороне круга:

– Благодарю за пищу.

Ушёл. Все разошлись следом. Лишь Рача остался у костра, но не столько смотрел за огнём, сколько, нахмурив брови что-то собирал и разбирал из палочек.

«Играется…» – подумала Иза, которой приспичило по нужде, и она пробегала мимо.

Глава 16

Саха пыталась сварить толчённые колоски, чтобы они получились хоть немного похожими на тот кругляш, что ели вчера. Не получалось. Если много было воды, варилась обычная похлёбка. Если воды добавляла меньше – получалась какая-то липкая масса, которую и есть опасно. В животе склеится всё, благодарности тогда не дождёшься. Если же воды было совсем мало, вскоре вся бурда начинала дымиться и откровенно вонять. Напрасно только кучу колосков извела. Почти весь запас, что вчера втроём с Лайей и Арой весь день собирали.

– Мотка, Вела, идите за колосками. Далеко только не уходите.

Раздосадованная Саха понимала, что со своими экспериментами рискует оставить мужчин без нормального обеда.

– Мы тоже пойдём, – Ара с сочувствием заглянула в Сахин горшок, потом перевела взгляд на её лицо, покрытое мелкими каплями пота.

Саха нервно сдула со лба выбившуюся не к месту прядь:

– Ага, – она не слушала.

– Пойдёшь, Лу? – Ара протянула руку к сестрёнке.

– Пойду, Ала. Сахе нузно много колосков. А затем она их мотит и выливает в летьку?

– Она в речку выливает их потому, что… – Ара покосилась на Саху, решила не продолжать. – Пойдём, я помогу тебе вскарабкаться наверх.

Сёстры полезли. Сначала Лу, крепко цепляясь за всё, что торчало и было в досягаемости. Ара снизу и по бокам её ловко подстраховывала.

– Ара, и корешки рогоза принеси. Побольше, – закричала Саха вслед, но было поздно. Сёстры уже скрылись на высоком берегу.

– Мотка, беги скорее. Догони Ару, скажи ей про рогоз. Что-то у меня сегодня всё наперекосяк.

Саха замесила последние толченные колоски. На этот раз воды добавила немного.

– Да и дрова почти все сожгла, – Саха поставила горшок с тестом на камень, побежала за ветками.

Мотка воровато оглянулась. Никто, вроде не смотрит. Саха скрылась за ивами.

Девочка стала заглядывать во все горшки и плошки, пытаясь угадать, что же такое Саха готовит целый день.

– Мотка, – завопила потерявшая терпение бабка, – тебе сказано было догнать Ару, а ты что глаззя вылупила в котелок и не шевелишься? Бегом наверх.

От бабки разве укроешься?

Мотка нехотя повернулась и зацепила ногой за горшок. Серая бурда с сердитым шипением вылилась на горячий камень.

Девочка бросила быстрый взгляд по сторонам.