Арина Бугровская – На исходе земных дорог (страница 66)
- Только девчонки?
- Да. Обе.
- А мамаша?
Но ответ уже не расслышали.
Глава 88
- Шатта, посмотри, есть там кто-нибудь.
Было бы странно слышать, как Лена толкает дочь нарискованную вылазку, если бы не её голос.
Лена ранена? Ирина поняла, что то вздрагивание, когдаженщина тянула дурацкий короб, было не случайным. Она ранена.
Шатта неслышно проскользнула мимо. Вскоре вернулась:
- Никого нет. Мамочка, тебе плохо?
- Не время об этом. Надо пробраться в четвёртую камеру. Шатта,ты впереди, Вела – последняя. Девчонки, смотрите… Ирина, ты мне поможешь.
- А я?
- Юма, неси короб. Он тяжеловат, но ты справишься. Иверёвка. Нужна…
- Мама, я сниму с пояса.
- Хорошо. Пусть каждый возьмётся за верёвку и не отпускаетеё. Без света в этом лабиринте легко заблудиться. Да и при свете тоже.Пойдёмте.
Дорога в кромешной темноте показалась Ирине долгой. Головараскалывалась от тревожных мыслей. Жив ли Жора? Встретится ли она со своимиспутниками? Те, наверное, ищут их… Как Шатта ориентируется в полной темноте?Лена почти без сил.
Ирина, пытаясь подхватить её поудобней, провела рукой и… насекунду оцепенела. У женщины из спины торчал дротик.
- Это… стрела? – шепнула куда-то в сторону тяжёлого дыхания.
- Да… Сможешь выдернуть?
Ирина не смогла даже ответить. Не было возможности. Не былосилы духа или воли. Они просто сдулись, как только пальцы коснулись этогопредмета. Этого постороннего предмета там, где он никак не должен быть. Ктакому её не готовили. От этого её тошнит. И хочется плакать, совсем, как Юме.Вот только нельзя. Ему нельзя, потому что он мальчик и будущий вожак. Ейнельзя, потому что среди своего нового маленького племени она самая взрослая. Иочень-очень не хотелось бы остаться единственной взрослой.
- Пришли, - плачущий голос Шатты показал, что она тоже всёпоняла.
- Огонь, Вела.
Вскоре темноту чуть разогнал маленький факел.
Шатта тут же бросилась к матери, но та остановила дочь:
- Принеси аптечку... И короб… Юма, ты донёс?
- Да, вот он, - в голосе мальчика не осталось высокомерия.Он был напуган. Они все были напуганы.
- Я должна всё рассказать... Ирина, положи меня. Вела,достань одеяло.
В этой камере тоже был схрон.
Ирина мельком оглядела её. Небольшое помещение с тёмнымистенами и двумя входами-выходами. В один они вошли, второй был готов вести куда-тодальше.
Вела расстелила очередную шкуру прямо на полу. Как положитьЛену? Один вариант – на живот. И все увидят…
Все увидели. Зрелище не для слабонервных…
Шатта тихо взвизгнула и зарыдала.
- Дочь, я учила тебя быть сильной…
- Да, мамочка… Я буду сильной.
- Это всего лишь стрела…
Ирина решилась:
- Лена, я попробую…
Смотреть на это было выше сил. Уж лучше как-нибудь... Может,получится.
- А что в аптечке? – Ирина заглянула туда. Непонятно.
- Только травы…
- А вода есть?
- Вода есть. Правда, не совсем свежая… Но ты, Ирина, несуетись. Подожди с лечением. Мне нужны силы, чтобы сказать. Сядьте… Я хочувидеть ваши лица, а не только ноги.
Все сели полукругом перед Леной. Та лежала на животе. Изспины торчал металлический стержень. Серое вязанное платье местами казалосьчёрным от крови.
- Ты, Ирина, толком ничего не знаешь про нас, поэтому… начнусначала… В городе испокон веков живут… два племени – волки и медведи. И главнойцелью… каждого племени – уничтожить другое. Для этого есть два способа… Убить…и укусить. Укушенный со временем меняется… Если это волк, то оборачиваетсямедведем... И наоборот. А значит, переходит на сторону противника…
Ирина слушала с большим недоверием. Это что? Игра у нихтакая? Тогда зачем ей знать её тупые и жестокие правила? Но перебивать раненуюженщину было неловко. Всё же перебила:
- То есть, если волка укусит медведь, волк уходит пленникомк медведям?
- Не совсем так…
- Мама, давай я расскажу.
- Расскажи… Шатта.
- Если драка начнётся днём, волки и медведи просто убиваютдруг друга. А если ночью, когда они оборачиваются в зверей, то тогда стараютсяукусить.
- Кто оборачивается в зверей?
- Все. Нет, женщины не меняются. И дети тоже. А остальныестановятся настоящими.
- Я тоже скоро смогу быть настоящим волком, - на минуту кЮме вернулось былое высокомерие. – Когда мне исполнится десять. Отец обещал.
Лена подтвердила:
- Обычно это происходит чуть позже… лет вдвенадцать-тринадцать. Но Юма – сын вожака… у него особый случай.
Ирина ничего не понимала. А Шатта продолжала:
- Укушенный… он же знает, что его укусили, но старается обэтом никому не говорить. Только долго ему не скрыть. Глаза выдают. И ему неостаётся ничего другого, как однажды сбежать тайком в другое племя.
- Но почему он не попросит, чтобы его ещё раз укусилкто-либо из соплеменников? Он бы снова обернулся в… кого надо. – Ирине на мигпоказалось, что она совершила великое открытие.
- Так иногда делают… Но второй раз… быстро обернуться… неполучится. Пройдёт… не знаю… У кого как... Может, полгода.
- У нас недавно Белый обернулся в медведя, - сталрассказывать Юма. - И не ушёл. Остался с нами. Так днём его ещё терпели,помнили, что он был Белым. Но ночью не выдержали, загрызли.
Вот так игра. Ирина почувствовала, как ей хочется уйтиотсюда. Просто куда-нибудь подальше. И пусть эти странные люди-зверизабавляются без неё.
Только бы Жору найти.
Но Лена снова вернула внимание к насущным проблемам своихземляков:
- Когда мы с Лерой родились…
- Лера – это наша мама, - пояснила Вела.