Арина Бугровская – На исходе земных дорог (страница 62)
Анютка приоткрыла рот от изумления. С пылу, с жару, весьтакой румяненький. От двери не видно, но глазки, кажется, имеются.
- Заходи, - кивнула и девица от своей прялки.
Анюта перешагнула через порог и прикрыла за собой дверь…
- Мы давно о внучке мечтаем. Старые стали, помочь некому. Ас другой стороны, секреты и тайны передать некому.
- А Кира? – Анютка кивнула на девушку. Та оставила своюпряжу, уселась за стол.
На столе самовар. Вокруг блины и пироги, а посредине тотсамый колобок. Сам кругленький, глазки кругленькие, носик-ротик кругленькие итак вкусно пахнет, что Анютке даже не удивительно, что в сказке такого сразу жезахотели съесть.
- А Кира в гости зашла. Она сама по себе.
Кира кивнула острым носом.
- Я в гости пришла, дальшеживу. Вдоль ручья ежели пойдёшь, то прямо на мою избушку наткнёшься.
- Ну что же ты не ешь? Бери колобок. Для тебя специальноиспекла.
Но Анютке жалко портить такое чудо. Потянулась за ягодкой-малинкой,да уронила её под стол. Нырнула за ней.
- Сильная девка… - голос бабушки перестал бытьстарческо-ласковым.
- Прапрабабка её шороху наводила, - поддакнула Кира.
Анютка замерла.
- А ты откуда знаешь? – в вопросе деда не было любопытства,было желание поставить молодку на место.
- Так у неё род такой. Многие из её родни интересовались тем,что сокрыто от глаз. С нами норовили дружбу завесть. Там не одна прабабка такаябыла.
- А тебе об этом ворона накаркала?
- Может, и ворона... – в голосе Киры послышалась обида.
- Хватит, - буркнула бабушка. – Вы ещё космы друг другуповыдирайте. За день не нагавкались.
И где-то поверх этих грубых слов послышалось ласковое и тожебабушкино:
- Что ты, внученька? Не нашла ягодку? Ну пускай себе лежит,я потом вымету.
Они разговаривают и друг с другом, и со мной, поняла Анютка.
- У неё разные в роду. Были и такие, что много вреда нам наделали.
Вынырнула. И едва сдержала крик. Но быстро сообразилаопустить глаза.
Надо успокоиться…
От добродушного морщинистого лица деда не осталось и следа.Вместо этого – отвратительная свиная рожа. У бабки и Киры не лучше.
- Бери пирожок.
Анютка кое-что поняла. Если прямо смотреть, но компаниякажется симпатичной. Если сделать глазами чуть по-другому, словно смотришьвдаль, то видны совсем другие морды. Вот это волшебники!
И со слухом похожее получалось. Они разговаривали с ней, онаотвечала им. Всё, как обычно. Но в то же самое время вели другой разговор. И унеё получалось его тоже слышать. Как будто другими ушами.
- Спасибо. Я лучше колобок возьму, - взяла в руки кругляш.
- Эта хоть мала ещё, а я её еле удерживаю, - пожаловаласьбабка.
«Ничего ты меня не удерживаешь», - мрачно подумала Анютка.
- Потому что мы отвыкли уже с чистыми дело иметь, - объяснилдед.
- Ага. Это не «эти», - непонятно поддакнула Кира.
- Да что ты сравниваешь? Этих шугнёшь разок, с них и духвон. Бракованная порода.
- Ты про «тёмных»?
- Да хоть про «тёмных», хоть про «древесных», хоть про кого.
- Детонька, кусай его за ушко, - подсказала бабушка.
- Нет… Мне жалко. Он такой хорошенький, - Анютка успевала и«там», и «здесь».
Колобок оказался птенчиком. Живым. Не было в печи огня. Да ипечи не было. На её месте стоял огромный дуплистый дуб.
- А эту девку нам нельзя упускать.
- Худо будет, если она против нас станет, - в очередной разсогласилась Кира.
- Она вас слышит, - донёсся голос с дуба-печи.
Анютка перепугано оглянулась. Кот лениво мяукнул. Она пронего забыла. Только теперь это был не кот.
Глава 85
Мара прижала ладони ко рту и с ужасом наблюдала, каккрестьянская девушка рвалась из рук Андрея. Тот её пытался успокоить, но всёнапрасно. Она изворачивалась, била кулаками, визжала и плакала.
Мара понимала, что, если девушка вырвется, найти её внаступающих сумерках будет невозможно. А в этом мире она не выживет.
Борька откровенно спрятался за камуфляжную штанину Мары иоттуда выглядывал одним глазом.
Буйство продолжалось, пока Андрею не надоело девушкууговаривать. Он обхватил её руками и зажал, как в тисках.
Подёргавшись некоторое время в руках парня, она обессилила ичуть успокоилась.
- Мы не причиним тебе вреда, - эту мысль Андрей пыталсявнушить девушке уже несколько минут. Он надеялся, что фальшивые нотки в словахбудут не слишком явными.
Вред уже причинили. Древнеславянское поселение исчезало втумане на глазах. А девушка – нет. Она была живая, далеко не эфемерная и оченьдаже симпатичная.
- Послушай, мы не бандиты, не монстры, и он, - Андрейрискнул на мгновение дёрнуть рукой в сторону Борьки, - не домовой.
Борька скромно убрал свой круглый глаз за ногу Мары. Нодевушка успела его заметить и снова завизжала.
- А для чего вы их тогда кормите, раз так боитесь? – вголосе парня звучало недоумение и злость. Терпение его заканчивалось.
Но девушка явно была не готова к размышлениям.
- Мара, скажи хоть ты что-нибудь!
Мара переборола оцепенение и поспешила на помощь. Она подошлак невольной пленнице, заглянула в глаза, насколько сумерки позволили этосделать, увидела в них бесконечную тоску и панику, сказала как можно мягче:
- Я – Мара. Парень, что тебя держит – Андрей. Ты хочешь убежать.Но посмотри вокруг, - девушка послушно повела круглыми от ужаса глазами. – Вокругтёмный лес. Что ты там будешь делать? Останься с нами, и мы тебе поможем.
Теперь девушка поискала глазами по земле. Мара догадалась.
- А его зовут Борька. Он совсем безобидный. Он… - Мара незнала, что добавить, но Борька решил ей помочь.
- Я не домовой…
И девушка потеряла сознание.
Стало даже чуть спокойней. Андрей тут же занялся костром,Мара уложила девушку сверху на спальный мешок и теперь пыталась привести её вчувство. В аптечке нашлись кое-какие средства.
Борька помогал Маре – отыскал кленовый листик и усерднообмахивал лицо незнакомки.