Арина Асовская – Шейх. Золотая клетка (страница 7)
– Нет, конечно же, – соглашается он. – Но ты свое мнение сказала.
Его невозмутимому спокойствию можно только позавидовать. Впрочем, не его же жизнь рушится как карточный домик… у него-то как раз все хорошо.
Даже слишком, мне кажется.
Он получает какое-то особенное удовольствие от того, что сидит сейчас со мной рядом, разглядывает меня, ничуть не скрывая этого. А разговор… он ему не важен. Сауд использует его не для того, чтобы дать ответы на мои вопросы. Он меня изучает. Мимику, движения, характер.
Он как будто сам привыкает ко мне.
И у него явно другие мысли в голове, далекие от тех тем, которые мы обсуждаем.
– Да. Сказала, что не хочу в твой гарем. И вот я здесь! Видимо, ты неправильно меня понял…
– Разве? – приподнимает бровь Сауд. – Я тебя отпустил. Но ты стала преследовать нечестного человека и попала в плен. А потом в мой гарем. Учитывая твой легкомысленный характер, я вынужден оставить тебя себе. Не желаю снова выкупать тебя у торговцев.
– Это больше не повторится! – горячо заверяю его я.
– Да. Потому что я тебя больше не отпущу, – по-доброму так смотрит на меня Сауд.
– Ты меня не удержишь, – говорю уверенно. – Жизнь в гареме не для меня.
– Глупость! Чем жизнь в гареме тебя пугает?
– Бесправием, – отвечаю первое, что приходит на ум. Хотя причин не желать находиться в гареме у меня гораздо больше.
Сауд от души смеётся.
– Моя амира, кто внушил тебе такие мысли? – спрашивает. – Станешь моей, и я дам тебе все, о чем пожелаешь. Одно только право ты потеряешь – на самостоятельность. Но сколько взамен приобретешь… Подумай об этом.
У меня нет слов.
Не знаю даже, что ему на это ответить.
Да и зачем что-то говорить? Он уже все решил.
– А если сбегу? – решаю уточнить. Должен же он предусмотреть и такой вариант.
– Как ты упряма! – хмурится Сауд. – Я предлагаю тебе гораздо больше, чем провести со мной ночь. Другая бы расценила мое приглашение в спальню как комплимент. А ты упираешься.
– Я не привыкла к
Ну ничего себе у него самомнение!
Сауд поднимается с дивана, еще раз с неприкрытым удовольствием окидывает меня взглядом.
– Анна, ты не сбежишь. Невозможно. Без моего разрешения никто в гарем не войдет и никто из него не выйдет. Я позаботился о том, чтобы мои женщины были под надежной охраной и чувствовали себя в безопасности.
– Моя сестра тоже в безопасности. Ты так сказал, – подмечаю я. – Значит ли это, что и она в гареме, шейх Сауд?
Возникает недолгая пауза.
– Да. Она у аравийского шейха Исмаила Аль-Раиса, – ну совсем неохотно отвечает он. – Будь спокойна за сестру. Исмаил – благородный мужчина, я виделся с ним, когда приезжал в Медину.
Напрягаю память.
Медина… это же Саудовская Аравия!
Там теперь Кира живет, а не в Эмиратах.
Вскочив на ноги, я подхожу к своему шейху так близко, что соприкасаюсь с ним одеждой.
– Я должна ее увидеть!
Сауд смотрит прохладно, но говорит с теплом:
– Понимаю, дорогая.
– И больше ничего не скажешь? – хмурюсь я. Не могу заставить себя вслух попросить его о помощи, но он наверняка все понял.
– Не скажу, – качает головой Сауд. – Но возможно завтра, если ты подчинишься, когда войдешь в мою спальню… я стану более разговорчив.
Пожелав мне доброй ночи, он уходит.
А я подхожу к окну и впускаю в комнату ночной воздух.
Сердце тревожно бьется в груди. Кажется, слишком громко.
Смотрю, как по территории ходит охрана и не могу выбросить из головы то, что Сауд напоследок сказал.
Завтра…
Глава 7
– Не хочу в гарем! – упрямо повторяю я. – Лучше умереть!
– Умная женщина такого не скажет, – говорит Нарима, бережно достает из моего чемодана одежду и складывает в гардеробную. – В гареме ни забот, ни печали. Шейх Сауд любит, когда женщины веселы и беспечны. Поэтому следит за тем, чтобы им всего хватало. И ты получишь все, о чем попросишь.
Нариме чуть за сорок.
Вчера, спустя некоторое время после ухода Сауда, в гостиную пришла она и назвалась моей служанкой.
Женщина она очень мягкая и приятная, с ласковым убаюкивающим голосом. Ко мне она относится чуть ли не с материнской заботой. И кровать постелит, и завтрак принесет, и ванну подготовит…
А еще постоянно рассказывает про гарем.
И сильно меняет мое представление о нем.
Я думала, что гарем синоним разврата. Но оказалось, что говоря “мои женщины” Сауд имеет в виду и любовниц, и незамужних родственниц, и даже служанок. Все женщины в доме живут на женской стороне – в гареме. И для немногих из них открыты двери спальни шейха.
Нарима говорит, что мне очень повезло. Что я счастливица!
Как она может такое говорить?!
Я заложница!
Меня заперли, а за дверью стоит охрана. Она впускает Нариму. И не выпускает меня.
Вот так шейх решил вопрос с моим побегом.
И правда, сбежать невозможно, мимо охраны незаметно не пройдешь.
Разве что в окно…
– Но я не хочу быть веселой и беспечной, – не перестаю возмущаться я. – Я хочу сама решать, какой мне быть. И как мне жить.
– Так было раньше, – с пониманием смотрит на меня Нарима. – Но теперь все будет по-другому. Не перестанешь упрямиться и порядки свои шейху диктовать, так быстро узнаешь цену своего упрямства. Выдаст он тебя за какого-нибудь бедуина – погонщика верблюдов, и вся жизнь твоя пройдет под палящим солнцем в пустыне. Со слезами будешь гарем нашего шейха вспоминать.
– Выдаст меня?! – ужасаюсь я. – Он не имеет права.
Нарима тяжело вздыхает и закрывает шкаф.
Подходит к креслу, на котором я сижу и ставит передо мной большую коробку.
– Примерь, – просит и открывает ее. Опускает на мою голову красивый платок. – Они все твои. Выбери тот, что покрасивее. Сегодня ночью ты должна быть неотразима.
При упоминании о ночи, мое и без того плохое настроение окончательно портится. Меня так старательно наряжали для Сауда, что сил моих больше нет это терпеть!
– Обойдется, – раздраженно дергаю плечом и срываю платок с головы. – Оставь меня, Нарима. Я хочу побыть одна.