Арина Арская – Босс перевоспитанию (не) подлежит (страница 89)
— Да, — Лена медленно кивает. — Именно на этих.
И не мигает.
Просто смотрит на меня.
Я сглатываю сырную слюну. Комок соли скатывается по горлу, и я замираю.
Не моргаю.
Лена не моргает.
Юлька отрывает взгляд от розового монстра.
— У бабули тоже, что ли, кто-то в животике?
Рука замирает над столом, потом опускается. Пачка с глухим шуршанием приземляется на деревянную поверхность.
Встаю.
Испуганно отступаю от стола.
— Нет, — шепчу я. — Этого быть просто не может.
Хватаю со спинки стула полотенце. Торопливо вытираю пальцы от сырной крошки и слюней.
— У меня же уже климакс начался.
— Это тебе так врач сказал? — Лена смотрит на меня, так и не моргая.
— Нет, — растерянно пожимаю плечами. — Я сама так решила. Пора же. Мне уже сорок шесть лет!
Выдерживаю паузу. Прикрываю рот ладонью. Кожа ладони горячая, пахнет сыром.
— Вот, блин.
— Так, девочки, — раздаётся барион Руслана из глубины квартиры.
— Я вернулся! Купил всё по списку. Всё, что вы просили: малиновый лимонад, жвачки, мука, сливочное масло. В руках держит два огромных пакета.
Он ставит их на стол. Пакеты тяжело, с глухим стуком опускаются на столешницу, и внутри звякают бутылки с лимонадом.
Застывает. Чует неладное.
Сначала смотрит на Юлю, которая замерла с фломастером в руке. Потом на Лену, которая стискивает кружку с чаем. Потом на меня.
Руслан напряжённо щурится на меня.
— Я тебе клянусь, — говорит он медленно, будто каждое слово выталкивает через силу, — я купил всё по списку.
Лена молчит. Юля молчит.
— А тест на беременность ты купил? — тихо спрашиваю я и издаю короткий отчаянный смешок.
Руслан вздыхает. Лезет во внутренний карман пиджака. Вытаскивает сложенный вчетверо листок.
Пробегает по списку взглядом. Водит указательным пальцем по строчкам.
— Нет, — бурчит он. — В списке нет никаких тестов на беременность.
Потом он замирает.
Не шевелится около минуты. Только ноздри раздуваются.
Поднимает на меня взгляд.
— В смысле, тест на беременность? — шепчет он.
И, да, в его глазах я читаю не только испуг и недоумение, но улавливаю наивную, почти мальчишескую надежду.
— Руслан, — перехожу на отчаянный шёпот. Голос дрожит, срывается. — Ну, мы же уже старые.
— Ничего подобного, — говорит он. И прячет список обратно в карман пиджака. — Ты сама говорила. Жизнь только начинается.
А потом на прямых ногах разворачивается к двери кухни. Шагает прочь.
— Пойду, куплю тесты на беременность, — говорит он. — Вот голова дырявая, всё забыл…
Останавливается в дверях. Оборачивается через плечо и хитро улыбается.
— Значит, — говорит он медленно, растягивая слова, — я стрелял не в холостую.
— Руслан, я тебя убью, — шепчу я. — Задушу!
Да, Руслан стрелял не в холостую. В сорок семь лет я родила малышку Алёнку. Мне было очень страшно.
Очень, но зря.
Роды прошли легко, и даже моя акушерка удивилась тому, как я быстро и просто разродилась.
И вот сейчас я сонно наблюдаю за тем, как Руслан в гостиной строит с нашей пятилетней дочкой замок из разноцветных деревянных кубиков. Рядом в кресле сидит девятнадцатилетний Славик и что-то сосредоточенно читает в телефоне. Смешно морщит нос.
Маня лежит на полу рядом с Русланом.
— Какой? — спрашивает Алёна протягивает в сторону Славы зеленый и красный кубик.
— Красный, — отвечает тот.
— А ты приготовишь нам сегодня лазанью? — Алёна аккуратно ставит красный кубик сверху зеленого.
— Только если ты будешь мне помогать.
— Нет, не буду! — Алёнка фыркает.
— Тогда никакой лазаньи, — Славик пожимает плечами и хитро смотрит на младшую сестру.
— Так нечестно!
— Но справедливо, — Славик расплывается в улыбке. — Спроси у мамы.
Алёнка оглядывается на меня и я киваю:
— Да, справедливо.
— Но я же маленькая!
— Нож мы тебе не дадим, — Руслан хмыкает, а затем переходит на шёпот. — Пока мама будет спать, мы приготовим ужин. Втроём. Либо… Либо отпускаем Славика.
— Нет, не отпускаем, — Алёна округляет глаза. — Ладно, — он откидывает темные косички за плечи, — буду помогать.
Славик встаёт и тихо командует:
— Тогда вперёд!
Алёнка вскакивает на ноги и бежит на кухню. Когда Славик выходит за ней из гостиной, Руслан поднимается, подхватывает Маню с полу и переносит ее мне на живот:
— Пора и хозяйку немного отлюбить, а то опять будет на тебя бручать.
Маня зевает и послушно закрывает глаза.