Арина Алексанова – Возлюбленная Скорпиона (страница 4)

– Змеи! – Лайла вскочила кровати. – Не приближайтесь ко мне или я за себя не ручаюсь. Племя варваров!!!

Но женщины, казалось, вообще не замечают ее, продолжая что-то обсуждать на своем диалекте.

Тут шатер приоткрылся, и на пороге оказался тот самый мужчина с базара. Темные глаза его сверкнули, когда он увидел Лайлу, которая обнаженная стояла на кровати и с ужасом смотрела на него. Женщины едва завидев мужчину, моментально упали на колени. А девушка попыталась прикрыться покрывалом. Завернувшись в него, она гордо подняла подбородок и спросила.

– Я хочу знать, где я оказалась? И что со мной будет?

Мужчина с любопытством продолжил смотреть на нее, склонив голову набок. Женщины зашушукались и со страхом посмотрели на Лайлу. Мужчина тем временем заговорил. И его голос показался Лайле магнетическим. Настоящий мужской баритон, немного хрипловатый, выдавал в нем сильного мужчину, характерного, уверенного, воинственного. Его голос подчинял себе.

Он что-то сказал женщинам, они ответили, и кажется он был искренне удивлен услышанному. Он махнул им рукой, и они поспешили покинуть шатер, оставив их двоих наедине.

– Я хочу уйти! Слышишь меня, дикий варвар! Мне нужно домой! Это бесчеловечно держать меня здесь против моей воли! Блин, ты все равно ничего не понимаешь!! Ааа!

Мужчина продолжил молчать, изучая Лайлу с ног до головы, и от его пристального взгляда, тело девушки покрылось мурашками.

– Дай мне уйти! Ну пожалуйста! – взмолилась девушка. – Что тебе от меня надо?

Арсалан- Аль-Хасиб приблизился к ней и провел пальцем по ее щеке.

– Ты будешь моя, Яа Амар, – сказал он на своем языке.

Но Лайла оттолкнула его руку. Глаза мужчины сверкнули от гнева.

– Ты слишком много себе позволяешь, белая рабыня, – произнес Арсалан, и девушка тут же узнала свой родной язык. Да, мужчина говорил с характерным акцентом, но вполне себе сносно и понятно.

– Ты знаешь мой язык?

– Да, я много языков знаю, потому что мне приходится торговаться с разными людьми, чьи караванами посещают мою пустыню. Твой язык самый сложный, но и его изучить мне не составило большого труда.

– Ты отпустишь меня?

– Никогда, Яа Амар, моя белоснежная зима. Оставь надежды на возвращение домой, потому что ты никогда туда не вернешься. Ты моя. И я никогда тебя не отпущу.

– Где я нахожусь? – нахмурилась Лайла.

– Это моя земля. Земля моих предков. Мы Скорпионы. А вокруг тебя на сотни километров выжженная земля. Бескрайняя и бесконечная пустыня Алахар. Царица всего. Ты должна принять свою судьбу, Яа Амар. У тебя нет иного выхода.

– Мой дом не здесь.

– Нет, теперь твой дом – здесь. Отныне и навсегда.

Арсалан приблизился к девушке и протянул руку к ее волосам. Пропустив белоснежный локон сквозь пальцы, он сжал его и понюхал. От девушки исходил какой-то особый изысканный аромат. Она даже пахла по другому. Мужчине вдруг захотелось попробовать ее на вкус. Она как сладкий десерт, который хочется смаковать медленно, с наслаждением. Прикоснуться сначала кончиком язычка, дразня вкусовые рецепторы. Потом целовать, наслаждаясь ароматом ее кожи и ощущением мягкости ее нежного тела, а после покусывать ее, впиваясь зубами, едва сдерживая себя в попытке откусить лакомый кусочек ее плоти. Настолько она притягательна. Настолько желанна. Арсалан не помнил, чтобы раньше хоть одна женщина вызывала в нем такие первобытные инстинкты. Дикие, животные. Его член, твердый как камень, застыл в напряжении. А в голове мужчины была только одна мысль: повалить эту девушку на кровать и сделать с ней все, что рисовало сейчас его воображение. Но женщины сказали ему, что девушка невинна. А вождь Скорпионов не может позволить себе такое варварство. Они не дикари, и брать женщину силой – это неуважение прежде всего к самому себе. Потому что лишь настоящий войн знает, как вести себя на поле битвы, и в постели с женщиной. Что не всегда сила решает, что иногда для достижения цели нужно использовать другие варианты.

– Сегодня ночью, ты будешь моей.

– Никогда! Гори в аду, варвар!

Арсалан-Аль-Хасиб обхватил шею Лайлы пальцами и прошептал опасным вкрадчивым голосом: "Я и так скоро буду там."

После чего резко развернулся и вышел из шатра.

Лайла осталась одна. Ее сердце бешено колотилось в груди. Она испытывала страх, ненависть, тоску, но вместе с тем и какое-то другое незнакомое до этого момента чувство, неподдающееся никакой логике. Странный трепет в теле, словно ее тело молило о чем-то. Когда этот красивый, властный мужчина коснулся ее шеи, она испытала волнение. Под его опасным взглядом, она чувствовала себя такой маленькой, такой беспомощной. Его горячие пальцы обожгли ее кожу сильнее, чем солнечные лучи в палящий зной. А когда он отстранился, она вдруг почувствовала холод. Чтобы это значило? Ведь он ей даже не нравится!! Дикарь! Она ненавидит его и это место! Как же хочется домой.

Лайла вспомнила маму. Как она ласково расчесывала ей волосы по вечерам и заплетала ей косы. На глазах выступили слезы. Неужели она больше никогда не увидит ее? Нет, сдаваться рано. Она найдет способ сбежать отсюда, чтобы ей это не стоило!

Девушка успокоилась и, подойдя к выходу, прислушалась. Надо воспользоваться моментом, пока она одна. Она выглянула наружу, но ее надежды сразу рухнули при виде двух амбалов, которые судя по всему пришли охранять ее. Лайла горестно вздохнула. Главное не сдаваться. Она воспользуется любым шансом. Жить в неволе, словно птичка в клетке не вариант. Лучше умереть свободной, чем жить в кандалах всю жизнь!

Глава 5

В прозрачном воздухе пустыни, во тьме, царившей на земле – на сотни километров вокруг ни единого огонька, – создавалось впечатление, что звезды спускаются и падают, чуть ли не касаясь песка, и Арсалан-Аль-Хасиб часто протягивал руку, словно и впрямь мог коснуться мигающих огней кончиками пальцев.

Темнота окутывала пустыню уже в 5 вечера, и многие из его племени уже разбрелись по своим шатрам. Некоторые еще сидели у костра, занимаясь своими делами.

Пустыня Алахар была великолепна в любое время суток, в любое время года. Она имела свои оттенки, каждый из которых был по своему уникален. Арсалан любил их все.

В зависимости от времени суток, природный цвет пустыни менялся – от белого до красного, от красного до черного. Когда наступал вечер, как сейчас, закатные лучи солнца придали белым песчаным образованиям золотой оттенок, а пейзажи вокруг могли бы смутить даже самого циничного чужестранца, не привыкшего лицезреть раньше подобную красоту. Складывалось впечатление, будто попадаешь в иной мир, на иную планету. Вечером пустыня Алахар темнела и становилась черной. На рассвете, когда светило озаряло своим светом пески, казалось, что на барханах лежит снег. Утром пустыня напоминала ледяные белоснежные айсберги. Такие же сияющие и светлые, словно волосы новой наложницы. Арсалан вспомнил их мягкость. Ему вновь захотелось потрогать их, зарыться в них лицом и вдыхать их аромат. Вожделение к этой девушке не поддавалось никакой логике. Она была совсем другая. И дело было не только в экзотической внешности, но и в ее храктере. В пустыне все кочевники были спокойными и уравновешанными. Здесь жизнь текла размеренно, а время текло в замедленном темпе. Девушка же была импульсивна и эмоциональна. Арсалан не заметил, как на его лице постепенно появилась улыбка, когда он вспомнил, как она закуталась в свое покрывало. Но перед этим, за первые доли секунд, он все же успел увидеть, как совершенно ее тело. Так, надо будет распорядиться, чтобы ей завтра на базаре купили всю подходящую одежду. Он не хочет, чтобы солнце опалило ее нежную кожу.

Надо как можно скорее оказаться с ней в одной постели. Он ни о чем другом не может думать. Никогда нельзя допускать, чтобы твои мысли вращались вокруг женщины. Особенно не тогда, когда ты вождь, и отвечаешь за жизни других людей, тех, кто тебе доверяет. Как можно скорее овладеть этой девушкой, а после выкинуть ее из головы навсегда.

Арсалан-Аль-Хасиб еще долгое время стоял наедине со своими мыслями, а затем не спеша спустился вниз, чтобы в последний раз взглянуть на скотину, на лагерь и удалиться на покой, убедившись в том, что его маленькому миру не угрожают ни голодные гиены, ни хитрые шакалы.

У входа в свой шатер, самый большой и удобный в лагере, он на несколько мгновений останавливался и прислушивался. Если не завывал ветер, тишина становилась такой плотной, что даже давила на уши.

Но он привык доверять своей интуиции, а она ему говорила, что сегодня можно спать спокойно.

– Я скучала, – мужчина почувствовал, как сзади женские руки обняли его за шею. По аромату терпкого горьковато-сладкого меда и ванильно-амбровых нот он узнал свою постоянную наложницу Роксалану.

– Не сегодня, – Вождь Скорпионов убрал ее руки с шеи.

– Но почему? Ты никогда мне не отказывал.

Женщина была сбита с толку, так как Арсалан имел хороший аппетит на секс. Он был выносливым темпераментным любовником с хорошей эрекцией и большим членом. Она мечтала, что когда-нибудь он сделает ее своей женой, и старалась сделать все, что могла ради достижения своей цели. И сейчас, она, как женщина, интуитивно чувствовала подвох.

– Я купил на рынке новую наложницу.

Роксалана почувствовала удар под дых. Да, такого она не ожидала. Ну что ж, Арсалан периодически брал себе новых девушек, но никто из них не задерживался в его постели более, чем на две недели. Так что и этот раз не будет исключением.