Арина Александер – Запрещенные друг другу (страница 3)

— Саша уснул, а я вот… вещи перебираю, — Юля поправила на бедрах футболку, пряча за этим движением мимолетное смущение. И не заметила чужое присутствие, хотя Маринка к данной категорию никак не относилась. У неё и ключи есть от дома, и выросла практически на её руках. Но всё равно стало не по себе.

Марина разлеглась на двуспальной кровати, подперев щёки руками, и окинула Юлю заинтересованным взглядом.

— А в честь чего переполох? Смотрю, и глазки бегают, и лицо горит. Колись, что случилось?

Юля тяжко вздохнула и присела возне неё, чувствуя непонятное воодушевление. Марина выжидающе уставилась не неё, продолжая мельтешить согнутыми в коленях ногами.

Между ними пятнадцать лет разницы, но она никогда не чувствовалась. Всем делились между собой, нечего не таили. Марина матери столько не рассказывала, сколько знала Юля. Уже не впервой замечала, что Люда не в курсе многих похождений дочери. Ей и льстило такое внимание и слегка напрягало. Ведь не дай бог случилось что, получится, что она знала и не предупредила сестру, умолчала. И каждый раз, когда девушка пропадала из поля зрения на длительный период, Юля начинала нервничать, не ведая, как лучше поступить: начать бить тревогу или оставить всё как есть.

— Ничего не случилось, — отмахнулась, улыбаясь приветливо. — На работу в понедельник выхожу.

Маринка аж поднялась от удивления.

— Вау, так это же круто! Поздравляю! Давно пора. Стоп, а Глеб как отнесся?

— А он ещё не знает, вечером скажу, — опустила глаза в пол, рассматривая узор на ковре. Что тут думать? Скандал будет. Грандиозный.

— Ну ты мать даешь. Не боишься, что не отпустит?

Да, Марина была неплохо осведомлена насчёт их стычек по поводу работы. Первый год учёбы в университете она жила в этом доме и знала, кто чем дышит, и кто на что горазд.

Юля нервно рассмеялась, начав разглаживать на покрывале складки. Пускай только скажет что-то. Во-первых, Саше это во благо, а во-вторых — не имеет права, если уж на то пошло.

— Что мы всё обо мне да обо мне, ты как? Две недели не виделись. Рассказывай, где пропадала, чем занималась?

Марина мечтательно улыбнулась и откинулась на спину, заложив руки за голову. Ясно, очередная лямурная история. Сколько их у неё уже было — не счесть. В свои двадцать лет Военбург отрывалась на полную, перебирая парнями. Вечно её кто-то не устраивал. Чего ждала, кого искала — и сама не могла сказать. Быстро вспыхнувшие чувства так же быстро остывали, расстраивая девушку своей кратковременностью. А ей хотелось любви с первого взгляда, чтобы как в книгах, раз и на всю жизнь. Да не получалось так. Постоянно что-то не так: то парень из бедной семьи, то симпатия исчезала неожиданно, то слишком умный, то слишком тупой. В принципе, пускай гуляет, пока есть возможность. Ещё успеет и выйти замуж, и родить.

— О-о-ой, Юля, — протянула Маринка, прикрыв глаза, — я с таким мужчиной познакомилась… слов нет. Вот прям всё, как я люблю: высокий, накачанный, небедный, — приподняла палец вверх, считая сей фактор весьма немаловажным, — ну и, конечно, красивый.

Определение «мужчина» Юлю слегка насторожило. Не «парень», ни «парниша», а именно «мужчина». Хм…

— И-и-иии? — подалась к ней, приготовившись слушать дальше.

Маринка распахнула глаза и счастливо рассмеялась.

— Не поверишь, влюбилась. Он такой… Прям, как в твоих книгах. — Поднялась, усаживаясь поудобней и доверительно понизила голос, косясь на приоткрытую дверь: — Слушай, он стал моим первым. Понимаешь?

Огооо… Вот так поворот. У Юли едва глаза на лоб не полезли. Не смотря на разгульный неугомонный образ жизни, Маринка всегда знала себе цену и никогда не подпускала к себе столь близко. Всё берегла себя для принца на белом коне. И если уж на то пошло…

— Эм… подожди, — выставила вперед руки, переваривая информацию. — Всё реально настолько серьёзно?

Маринка закивала головой, прикусив губу.

— Угу. Я же говорю, втюрилась по уши. Юль, ты бы его видела… За ним такие цыпы бегают, а тут я, обычная студентка, метр в кепке. Всем утёрла нос. У него знаешь, какая машина? Джип! Тонированный наглухо. Представь, сколько он отвалил ментам за разрешение. У нас в городе только у избранных такие тачки, — хвалилась, с азартным блеском в глазах. — А ещё он ни разу не был женат и я сделаю всё возможное, чтобы стать той, единственной, кто привяжет его к себе навсегда, — пообещала пылко.

С каждой фразой Юля недоумевала всё больше и больше. Что-то не вязалось услышанное с образом привычного мажористого студента.

— Марин, а он… кто, если не секрет?

— Я тебя умоляю, какой секрет, — засмущалась та, опустив длинные ресницы. — Мэра нашего знаешь? Прости, глупый вопрос. Я встречаюсь с его помощником, Валентином Дударевым. Слыхала о таком?

Сказать, что Юля обалдела — ничего не сказать. Не ведала, кто там у мэра в помощниках, никогда не интересовалась политикой, но новость действительно шокирующая.

— Ну что ты сразу, как мама! Она тоже так смотрела сначала, — нахлобучилась племянница, заметив её ступор. — Подумаешь, тридцать семь лет, для меня, если честно, совсем не проблема. Юль, ау… ты меня слышишь?

Юля моргнула. Сколько-сколько? Тридцать семь?!! Семнадцать лет разницы? Блин… хоть убейте, а в голове не укладывалось.

— Марина, — прошептала ошарашено, — тебе что, одногодок мало? Какой к чёрту Дударев?

— Ой, только давай не будем сейчас! Мне и мамы хватило. Я, может, впервые в жизни влюбилась, а ты… — вскочила девушка, обидевшись. — Что ж ты тогда пишешь о такой любви, раз так относишься к ней? Помнится, в предпоследнем твоем романе студентка влюбилась в профессора и как бы всё гуд. Жили счастливо и умерли в один день. Что теперь не так?! Я-то думала, ты как никто другой поймешь меня, раз прописываешь такие чувства.

Нашла с чем сравнивать!

Юля тоже поднялась, скрестив на груди руки. Марина вскинула подбородок, собираясь держать оборону. Боже, как же быстро пролетело время. Ещё недавно нянчилась с ней, помогала купать, читала сказки, заплетала косички, а теперь вот… смотрит на неё, как на врага народа и из-за кого? Из-за какого-то там богатого папика? Ещё и переспала с ним! Дура. Почему-то вспомнилось, как бегал за ней Дима Короткий. Такой красивый парень, они с сестрой нарадоваться не могли. Добрый, внимательный, красивый. И что? Племяшка дала отворот-поворот, не став ждать из армии. А Никита Третьяк? Парень с пятнадцати лет работает, помогает семье, себя обеспечивает. Никогда не приходил с пустыми руками, баловал до последнего. И цветы, и кольца с браслетами. И где он? Тоже не подошёл. А тут, значит, прямо в самую точку. Бабло есть, тачка крутая, независим, самостоятелен, при должности. Но ведь это не залог счастья! Сколько таких историй, когда поматросили да бросили в итоге.

— Марин, я в своих героях уверенна, понимаешь? Если у меня озвучена разница возрасте… блин, пускай даже между криминальным авторитетом и недотрогой, я по-любому сделаю так, что их будет ждать счастливый конец. Люди не хотят читать о горькой реальности, все ждут приключений, испытаний, драйва, но обязательно с шикарной свадьбой в конце. В твоем Дудареве я не уверенна. Почему он до сих пор не женился? Тебе не кажется это странным?

— Просто он ещё не встретил ту, которая смогла бы покорить его сердце, — заступилась за любимого Марина.

Юля захлопала в ладоши, аплодируя упорству родственницы.

— А ты, значит, сможешь?

— Я что-то не пойму, — насторожилась она, обхватив себя за плечи, — ты завидуешь или реально переживаешь? Даже мама смогла понять, почему ты не хочешь?

— Завидую? Не неси чушь! Я просто боюсь, что тебе потом будет больно, — вздохнула Юля, поняв, что и правда перегнула палку. У Марины есть мать, отец, пускай сами разбираются, с кем спит их дочь. В жизни всё так запутанно, так неоднозначно. Сегодня ты думаешь, что это любовь, а завтра понимаешь, что просто спешила жить. Боялась упустить, не разглядеть самое важное.

Любовь… Никто не знает, что она такое на самом деле. Это ведь не только реакция организма на понравившийся объект: учащенное сердцебиение, потливость, сухость во рту, хаотичность мыслей, нервозность, эйфория… Это ведь намного большее.

Для Юли любовь была некой неподвластной, необъяснимой связью, когда влечёт к мужчине не только физически, но и духовно. Когда понимаешь с полуслова, с одно взгляда. Когда и молчанием можно рассказать о многом.

Марина могла обжечься. Настрадаться. Вот что может быть общего у помощника мэра с её племяшкой? Маринка весёлая, непосредственная, носится, не касаясь земли. Хорошо, допустим, со стороны Дударева и, правда, всё серьёзно. В Маринку не возможно не влюбится. Красивая, свежая, стройная, с идеальной кожей и лучистыми карими глазами. Когда тебе почти что сорок, а рядом вот такая красота — начинаешь чувствовать себя иначе. Юля и сама заряжалась от неё неукротимой энергией. Но… это сейчас так. Пройдет два-три года и всё изменится. Почему-то была уверенна в этом на все сто процентов.

Стояли друг напротив друга, каждая задумавшись о своем. Первой не выдержала Маринка.

— Юль, — протянула она виновато, раскинув для объятия руки, — чтобы из-за мужика и вот так?.. Давай не будем ссориться, а? У меня ведь кроме тебя и мамы никого нет. Все подружки завидуют, поливают дерьмом направо и налево, не с кем поделиться. Ты можешь не верить, сомневаться, но я впервые вот так полюбила. И мне бы очень хотелось видеть в тебе поддержку, а не осуждение.