Арина Александер – Виновник завтрашнего дня (страница 80)
— Влада, всё под контролем. Я даже не уверен, общаются ли они сейчас. Насколько я знаю, Вика основательно порвала связь с прошлым. С чего ты вообще взяла, что Наташка бросится ей звонить?
Влада горько улыбнулась. Может и не общаются. Никто не знает наверняка. А может, она и правда стала параноичкой, начав выискивать во всем скрытую опасность. Они ведь так хорошо проводили время, смеялись, шутили. Уже завтра всего этого не будет.
— Ты прав. Давай лучше нагрянем в клуб. Только предупреждаю, никаких уничтожающих взглядов. Я не хочу, чтобы от меня шарахались, как от прокаженной. Давай отдохнем цивилизовано.
Лёшка лишь хищно оскалился, оставив её просьбу без ответа.
Глава 31
— Надо же, — воскликнула восхищенно, обводя глазами интерьер клуба. — Я и не представляла, что в «Питоне» так круто. А почему мы не поехали в «Оскар»? — повернулась к Гончарову, неспешно потягивающему виски.
Они сидели за барной стойкой у дальнего конца, с ленивым любопытством рассматривая танцующую публику. Лёшка, было, предложил сесть за отдельный столик, но она отказалась. Зачем? Они тут ненадолго, а лишний раз привлекать к себе внимание не особо хотелось.
— С «Оскаром» у меня связаны не самые приятные воспоминания и там меня многие знают, — объяснил свой выбор, любуясь Владкой. Такая она красивая в свете стробоскопов, просто нереальная. Рядом с ней все проблемы отступали. Пускай и на короткое время, но отступал. Не стоил он её любви и в то же время, правду сказал — сдохнет без неё. Потому и спрятал в сердце, прикрыл руками, будто боясь, что резкие порывы ветра развеют столь припозднившееся чувство, охладят раскаленную душу; что кто-то увидит его уязвимость, заглянет в очерствевшую душу и поймет, насколько она важна для него.
— …А «Питон», — продолжил, оторвав от девушки взгляд, — достаточно неплохо раскрутился. Раньше тут околачивались одни студенты, сейчас захаживает контингент и постарше.
— То есть те, кому за тридцать, — рассмеялась Владка, крутанувшись на высоком стуле.
— Что-то типа того, — вздохнул, заметив, как на неё засмотрелся бармен. А что он хотел? Влада так и притягивала взгляды, поражая своей красотой и молодостью. Ещё и это проклятое платье, словно вторая кожа, выгодно подчёркивало каждый изгиб. Тут у любого сорвет башню.
Влада томно вздохнула, будто от скуки. Оно и понятно, когда все вокруг хлещут бухло и танцуют под зажигательные треки, сидеть на одном месте как-то не в кайф. Пускай танцует, он не против. Заодно и посмотрит, насколько его хватит.
Бармен поставил перед Владой очередную порцию цветастого шота, и она, прикрыв глаза, приподнесла узенькую рюмку к губам. Кажись, у всех сидящих за барной стойкой мужчин перехватило дыхание.
— Ммм, как же это вкусно, — улыбнулась, облизав пухлые губы, и подала знак бармену повторить.
— У тебя всё вкусно, — процедил, сделав приличный глоток виски. Горло тут же обожгло спиртом, вызвав неприятные ощущения. Но это пустяки по сравнению с тем огнем, что бушевал внутри него на протяжении трех часов.
Влада соскользнула со стула, обхватила ладонью его шею, и словно невзначай прошлась языком по шероховатой щеке.
— Мы можем уехать, если хочешь, — прошептала на ухо, обдав Гончарова сладко-пряными духами. Нравились они ему очень. Не тяжелые, легкие и в то же время слегка одурманивающие, не перекрывающие её собственный запах. А пахла она… аж скулы сводило. Уже выучил её запах. Взрывоопасная смесь, воспламеняющая кровь за считанные секунды.
— Ты же хотела танцевать, — с трудом взял себя в руки, подмечая поданную барменом очередную порцию шота.
— Так ты не хочешь, — капризно оттопырила нижнюю губу. Да, скучно его девочке, но и он не в том настроении, чтобы вытанцовывать вокруг неё сайгаком.
— Ты на меня не ровняйся. Танцуй, если так хочется. Я подожду.
— Эм… Лёш, ты сейчас серьёзно? — не поверила в проявленную щедрость. Это ему не ресторан. Тут и публика поразвязней, и мужиков в десять раз больше.
— Серьёзно, Ладусь, только на спиртное не налегай, — вовремя выхватил из её рук коктейль, обдав осуждающим взглядом. — И смотри мне, без жоповиляний.
Влада фыркнула,
— И как ты это себе представляешь?
— А мне похер. Как хочешь, так и танцуй, но чтобы возле тебя ни одного самца не было.
Если Гончаров думал, что поставил её в жёсткие рамки, то глубоко заблуждался. Влада отняла у него рюмку, и быстро выпив, наклонилась к губам, замерев в миллиметре от поцелуя.
— Пойдем вместе, тогда и тебе, и мне будет спокойней.
— Мне и тут хорошо, — опалил её губы жарким дыханием и, отстранившись, привалился спиной к лакированной столешне.
Оба знали, чем всё закончится, но никто не спешил уступать друг другу. Хорошо, что кругом люди, может, и не получится вспылить.
Влада гордо вскинула голову и круто развернувшись, зашагала на танцпол, специально виляя бедрами, тем самым давая понять, что плевать хотела на его предостережения. Он или с ней, или пускай исходит слюной, наблюдая за её «жоповиляниями» молча. Если она правильно всё рассчитала, Гончаров не выдержит и по-любому составит ей компанию, или же… О том, что могло произойти, окажись Гончаров мудаком, думать совсем не хотелось.
Лёха проводил её долгим взглядом и прижав к губам стакан, принялся изучать обстановку на танцполе. Раньше бы позабивала сложившаяся ситуация, а сейчас что-то не до смеха. Везде и во всем привык контролировать свои эмоции, но с Владкой… тут ни одна методика не работа. И пока она шла к подвыпившей толпе, виляя призывно обтянутым в мягкую кожу задом, чего только не передумал. Нет, ему, конечно, импонировало повышенное внимание к ней. Она красивая, сексуальная, одни только ноги чего стоили, не говоря уже о шикарных волосах и соблазнительных губах. Но одно дело ловить на ней восхищенные взгляды и совсем другое — похотливые. Так и чесались руки пере*б*шить полклуба, дабы наглядно продемонстрировать, чья именно она девушка.
Некоторое время Влада просто стояла и, прикрыв глаза, прислушивалась к битовке зазвучавшего трека. Потом плавно задвигала бедрами, вторя в такт ударным, а уже через минуту влилась во всеобщую атмосферу драйва, отплясывая на полную.
Сначала возле неё никого не было. Так, несколько девок, парочка парней, но прозвучала одна музыкальная композиция, за ней последовала следующая и вот уже вокруг его девочки вьется свора изголодавшихся кобелей.
Лёшка одним махом осушил стакан и на вопросительный взгляд бармена повторить ответит категорическим отказом.
Не заметил, как затарабанил пальцами по стойке, неотрывно следя за Некрасовой.
Ну и?.. Вот если так подумать, куда он лезет? Нет, он сейчас отнюдь не жаловался. Ни в коем случае. Просто проводил параллели их жизней и видел, какая между ними пропасть. Чем ей не пара, например, вот тот белобрысый дегенерат? И ростом, и рожей ничё так. Танцевал вокруг его девочки, соблюдая дистанцию, не наглея, значит, уважал личное пространство, не спешил портить о себе впечатление. Только Владке было пофиг на его подкаты, она то и дело бросала в сторону Гончарова насмешливые взгляды, будто спрашивая: «Так нормально?». На что он неопределенно качал головой, заставляя понервничает и самой решить, нормально или нет. Влада в ответ только фыркала и отворачивалась спиной, заставляя сгорать от желания придушить заразу на месте.
До сих пор не мог понять, как так угораздило. Казалось, ну всё же как у всех, а них**… Не так. Всё у неё другое. Иначе. И душа её нараспашку, и чистое сердце с неподдельными чувствами. За внешность вообще молчал: так и захватывало дух, стоило окинуть её взглядом.
И чем дольше смотрел, чем больше любовался ею, тем сильнее хотел быть рядом. Любой ценой. Если надо, и по головам пойдет. Будет убивать, рвать глотки, подрывать, но не откажется. Уже нет. И если уж бороться за неё, рисковать жизнью, захлебываться кровью, то и отдыхать с ней стоило на все сто. Не сидеть, не пожирать глазами, а пойти и оторваться на полную. Напомнить себе, что жизнь — это не только прожитые сутки. Это прежде всего грёбанное мороженное, которое он не ел уже лет двадцать. Это и безудержный смех, и сон в обнимку, и пробуждение оттого, что кто-то прижался к тебе в поисках тепла или внаглую забрал одеяло. А ещё… вот такие вот пляски, когда пофиг на всё: сколько тебе лет, чем занимаешься, сколько вокруг тебя врагов.
Поддавшись мимолетному порыву, рывком оттолкнулся от стойки и рванул на танцпол, прямиком к заулыбавшейся Владке.
— Что такое? — спросила насмешливо, обвив его шею руками. — Грозный дядька решил стряхнуть стариной?
Лёшка прижал её к паху и качнул бедрами в такт заигравшей мелодии. Хотел ответить, что тридцать пять — далеко не экватор, что у многих это только начало жизненного пути, но посмотрев в хмельные глаза, передумал. Не доросла она ещё до такого. Не поймет.
Не заметил, как вокруг них поредело. Остались только влюбленные парочки. Танцевал так, что и, правда, позабыл обо всем на свете. То ли выпитое виски снесло башню, то ли искрившиеся весельем серо-зеленые глаза сорвали с тормозов, не знал, но то, с какой отдачей льнула к нему Влада, вынуждало полностью отдаться музыке, стряхнув с плеч груз нерешенных проблем.
Влада постоянно заглядывала ему в глаза, не веря, что он вот так запросто смог отпустить себя. Когда же, наконец, убедилась, то прижалась к его горячему виску прохладными губами и как можно чётче произнесла: