Арина Александер – Полюс моего притяжения (страница 20)

- Андрей, - мягкий голос скользнул по взвинченному состоянию парня, настораживая и заставляя поднять голову в ожидании продолжения.- Сколько лет прошло, когда ты уже закончишь противиться?

- Боюсь, что никогда. Дело в том, что я занимаюсь тем, что мне нравиться. Живу так, как мне нравиться. А принимать чужие подачки – не в моих правилах.

- Разве Петя чужой?

- Ма-а-м, давай не будем?!

Его стал утомлять один и тот же разговор, который заводился каждый раз, стоило ему пеступить порог этого дома. Всё равно, ничего нового не услышит и сам ничего нового не скажет. Один раз ему уже указали на место, которое он занимал в этой семье. Что изменилось с того времени? Ничего. Лучше оставить всё, как есть. Он вполне доволен с жизнью с отцом и ни капли не жалеет о своем уходе к нему.

- Хорошо. Тебе виднее. – Людмила Васильевна поспешила успокоить сына понимая, что и в этот раз всё без толку. Не стоило вообще начитать это разговор. - Но знай, я волнуюсь. Пообещай, что если тебе вдруг что-то понадобиться, ты без стеснения обратишься ко мне?

Чтобы успокоить мать, он с легкостью соврал:

- Обещаю…

Повисло напряженное молчание. Андрей наблюдал за синицей, скачущей на подоконнике, а мать лихорадочно соображала, как задержать сына и не дать быстро уйти. Ей хотелось узнать всё: как проходят его трудовые будни, чем увлекается сейчас, какие планы на лето. Но почему-то спросила совсем о другом.

- Как там Яна? Давненько её не видела. Знаешь? Лера хочет взять её в свидетельницы. Может, ты придешь с ней к нам в гости?

Андрей насторожился:

- С какого перепугу?

- Разве вы не в месте? – растерялась женщина.

- Боюсь тебя разочаровать. У меня с ней только секс. А секс – не любовь. Зачем мне приводить к тебе девушку, с которой я… – парень выразительно посмотреть на мать. Прозвучало немного грубо, но по-другому ни как.

- Прошу, избавь меня от подробностей.

- Вот и я о том же. Избавь меня от подобных расспросов.

Андрей поднялся со стула, давая понять, что собирается уходить, и так задержался предостаточно. Что-то его сегодня накрыло. Визит, который должен был принести облегчение, ещё больше пригрузил.

- Мам, мне пора. Хочу поехать домой и отдохнуть, – он слегка приобнял мать, бегло скользнул губами по теплой щеке и не дождавшись от неё прощальных слов вышел во двор, минуя небольшой фонтан и цветущие клумбы ранних тюльпанов.

Людмила Васильевна смотрела ему в след и до сих пор не верила, что сын стал таким взрослым. Кажется, ещё недавно носился по этому дому играя в прятки вместе с сестрой. А сейчас… она видела перед собой мужчину, который хорошо знает, чего хочет от жизни и который никому не позволит качать свои права.

Вот так всегда: короткие визиты, скупые фразы. Кто виноват? Жизнь? Или каждый понемногу? Женщина устало опустилась на стул, на котором только что сидел сын, и провела руками по лицу.

Двое детей, от разных мужей. Обоих любит одинаково, за обоих болит душа. Только Лера всегда тянулась к ней, требовала к себе заботы и участия. А Андрей… за измену и развод накопил в себе детскую обиду, которая с возрастом переросла в нечто отчужденное, невидимое между ними, но явно ощутимое.

На кухню вошел мужчина и сразу заметил еёзадумчивость:

- Я слышал голоса внизу. Кто-то приходил?

- Андрей. Хотел повидаться с сестрой… Немного поговорили.

- Наверное, как всегда: ты пилила его, а он – проявлял свою неблагодарность? Зачем ты его вообще трогаешь? Пускай живет так, как хочет. У него есть отец, в конце концов.

- Петя, ты ни черта не понимаешь. Он же мой сын.

- Правильно. Сын. И расстраивать не имеет права. Оставь его в покое. Он жив, здоров – это самое главное. Со временем одумается.

«Дай Бог» - с надеждой подумала Людмила Васильевна и заходилась угощать мужа домашними пирожками с сожалением вспомнив, что сын их толком и не попробовал.

***

Чтобы поскорее выехать на главную дорогу, Андрей решил сократить путь через небольшой проулок, хорошо ему знакомый. В детстве он часто любил похулиганить здесь вместе с Ярославом, обрывая спелые фрукты, чисто так, ради прикола или на спор.

Многое изменилось с тех пор. Изменились и сами парни. У каждого теперь свои цели. А вот двор, с которого Андрей тягал гроздья розового винограда, каким был, таким и остался. Он даже притормозил возле калитки под впечатлением от нахлынувших воспоминаний. Что-что, а его хозяйку, теть Шуру он помнил хорошо.

Неподалеку, на плоском огромном камне, играла девочка. На нем были разложены карандаши и пару альбомных листов. Она о чем-то сосредоточенно рассказывала кудлатому щенку, не сводящему с неё своего пристального взгляда.

Мирная картина, которая вызывала огромный контраст с соседними богатыми кварталами. Зато здесь всё просто, всё открыто, словно на ладони. Бери и проходи по улице, заглядывай в каждый двор, высматривай чужую жизнь без фальши и наигранности.

Наблюдая за девочкой, Андрея словно осенило. Он рывком открыл бардачок и проверил, на месте ли деньги, полученные за бой во вторник. И почему эта мысль не пришла ему сразу?

Рушив с места, он помчался в городскую поликлинику № 5, куда должны были отправить пострадавшую от огня малышку. Судя по финансовому положению её семьи, денег на лечение у них нет.

Всё равно ему они не столь важны. И на ринг он выходил только для того, что бы снять напряжение, а не для заработка. Не часто, но иногда бывало так, что хотелось выплеснуть весь накопившейся  негатив в особенно тяжелые дни.

Правое нижнее ребро до сих пор побаливало после той ночи. Хорошо, что хоть допер сделать на днях снимок. Как оказалось, ничего серьёзного.

Невольно вспомнилась светловолосая девушка с нереально красивыми голубыми глазами и то,  как она смотрела на него сквозь пальцы. По завершению боя он даже бросился её искать, но она словно сквозь землю провалилась. Таинственная незнакомка, которая ожидает парня на объездной, а потом разгуливает по одному из самых престижных клубов города, причем, закрытого типа.

- Придурок! - выругался он в голос, подъезжая к больнице. - Разве не понятно, что такие куколки охотятся за кошельками потолще?

Расспросив при входе, как пройти в отделение реанимации, Андрей поднялся на пятый этаж. Сестринский пост пустовал и пришлось немного подождать дежурную медсестру.

За закрытыми широкими дверьми застыла, словно другая жизнь. Находящихся там пациентов не волновала ни  погода за окном, ни какой сегодня день недели. Только борьба… Только она была важна в тот момент.

Ему стало не по себе. Поскорее бы оказаться на свежем воздухе.

- Молодой человек, вы что тут делаете? – подошедшая медсестра с журналом в руках негодующе уставилась на его спецформу.

- Простите, я хотел бы узнать о состоянии маленькой девочки. Её должны были сюда доставить в три часа ночи с ожогами.

Медработница сокрушительно покачала головой:

- Умерла она… утром. Пострадало более шестидесяти пяти процентов тела…

Что там она ещё говорила Андрею было не важно. Он уже не слушал.

Отстраненный взгляд скользнул по окну, за которым ярко светило солнце. Правая рука со всей силы сжала конверт с деньгами.

Ноги сами вынесли на улицу, подальше от противного запаха лекарств и… смерти. Понедельник оказался не просто тяжелым днем, а по настоящему убийственным.

Парень постарался зацепиться взглядом хоть за что-то, что вернуло бы его к нормальным ощущениям. Неподалеку прогуливалась молодая мамочка с коляской. Газетчица предлагала свежий выпуск местной газеты среди посетителей больницы. Толпа студентов выстроились возле автомата с кофе. Видимо, пришли проходить комиссию. Недалеко от входа на инвалидном кресле с ампутированной ногой разместился ветеран. Он несмело держал в руках бейсболку, не решаясь поднять голову. Кто-то из прохожих останавливался и бросал бумажные купюры, кто-то – мелочь.

Проходя мимо него, Андрей наклонился и опустил в его руки конверт.

Направляясь к машине, он не видел удивленного взгляда, брошенного ему в след и не слышал слов благодарности. Они ему были не нужны.

Ближе к полудню, переодевшись и немного отдохнув, Андрей приехал к отцу. Отыскав его в боксе по регулировке развал-схождения, он с интересом стал наблюдать за работой своего учителя.

- Ты почему не дома? – удивился он, заметив парня.

- Я только оттуда.  – Андрей обошел машину. – Помощь нужна?

- Нужна, коль не шутишь.

Переодевшись в комбинезон и приняв у отца инструмент, он в процессе работы стал рассказывать о прошедшем дежурстве, и что с утра побывал у матери.

- Интересно, что там машина Ярослава, не барахлит больше? Не встречал его? – поинтересовался отец.

- Нет. А что с ней было?

- Да движок выйохивался. Прилетел тут ко мне под вечер неделю назад, просит, дядь Саш, выручай, срочное дело, машина поломалась. Я посмотрел, говорю, что к утру починю, а он весь не в себе, мол опаздывает на важную встречу. Я ему и подогнал свою девятку.

- И что?! – удивился Андрей. – Взял?

- Видать, действительно опаздывал, потому что прыгнул в машину и помчался, только его и видели.

- Ну и Ярослав. Вечно у него какие-то заморочки. Кстати, всё идет к тому, что в скором времени я породнюсь с ним. Кто бы мог подумать? Парень не плохой, росли, считай вместе, даже были дружны, но вот что-то не лежит к нему душа.

- Это потому, что стали меньше видится, ездить вместе на рыбалку, ходить на тренировки. Вы выросли. У каждого теперь своя жизнь. А ты, как сарший брат, переживаешь за свою сестрёнку и понимаешь что, выйдя замуж, она уже не будет той маленькой беззащитной девочкой, которую стоит защищать ото всех. Разве я не прав?