Арина Александер – На краю (страница 65)
- Скажи, что мне сделать, чтобы ты поняла всю опасность нахождения с ним рядом? Мне казалось, после случившегося, ты и на метр к нему не подойдешь.
- Артём, я хотела рассказать, но ты спешил, – и это была правда. После того, что я услышала сегодня, я решилась на откровенность, заранее зная, что ему будет неприятно, но не вышло.
- А когда ты собиралась рассказать, и собиралась ли вообще? – он понемногу начинал закипать.
- Завтра… Я хотела рассказать завтра утром. Артём, он приходил извиняться…
- Только не говори, что ты повелась на этот цирк?
Меня возмутило до глубины души его мнение обо мне.
- Нет! Пойми… мы были в многолюдном помещении, он бы ничего плохого не сделал. Он начал нести всякую чушь о примирении и о том, что он с тобой вынужден жить в мире, хотя желает обратного. Я послала его. Всё.
Артём глубоко дышал. Он пытался успокоиться, но было видно, что ему не удается этого добиться:
- Вот как мне работать, когда все мои мысли рядом с тобой? Злата, не молчи, дай совет. Как не звереть и не забивать голову глупостями? Приставить охранника, который даже в туалет будет ходить с тобой? Или… поставить на тебе свое клеймо, чтобы каждый видел и знал – эту девушку трогать нельзя?
- Так поставь, – я повернулась к нему лицом и доверчиво заглянула в бушующий ураган его глаз. – Сделай так, чтобы я навечно стала твоей.
- Ты толкаешь меня на необдуманные поступки, – прорычал сквозь зубы Артём и оттеснил меня к стене. Его грудь быстро вздымалась и опускалась от тяжелых вдохов и выдохов.
Я оказалась словно в ловушке. Артём держал меня достаточно крепко, но не настолько сильно, чтобы причинить боль.
Пальцами одной руки он грубо схватил меня за волосы, а другой – сжал ягодицы. Прижимая к себе всё сильнее и сильнее, он жадно атаковал мой рот, иногда покусывая за нижнюю губу, вызывая во мне невероятное чувство экстаза. Затем он стал с жадностью целовать мое лицо, шею, опускаясь ниже и ниже. Ткань футболки больно царапала возбужденные соски и чтобы избавиться от этого мучительного наслаждения, я принялась стягивать её с Артёма.
- Иди сюда, - я взяла его за подбородок и наклонила к себе.
Наши губы встретились в испепеляющем поцелуе, языки сплелись, а руки сами потянулись к резинке штанов. Чтобы дело пошло быстрее, он сам освободился от них и, обхватив руками мои ягодицы, рывком приподнял вверх. Я тут же обхватила его ногами.
Между моих ног расположилась будоражащая твердость, и мне поскорее захотелось ощутить её внутри себя. Словно прочитав мои мысли, Артём направился со мной на второй этаж и там, положив аккуратно на кровать, принялся за снятия последнего оплота моей крепости. Трусики опустились на пол. Я изнывала под его изучающим взглядом и в приглашающем жесте раздвинула ноги.
Он нежно коснулся пальцами внутренней стороны бедра, неспешно поднялся вверх и на долю секунды остановился перед входом в лоно. Его лицо было сосредоточенным и на висках выступили небольшие капельки пота от сдерживаемого желания. Ладонь непроизвольно сжала лобок, указательный палец прошелся по промежности, остановившись на самой чувствительной точке и принялся вращательными движениями доводить меня до безумия. Бедра сами задвигались в ускоренном ритме, помогая поскорее избавиться от напряжения.
Всё это время мы не разрывали зрительный контакт, и выражение его лица распаляло меня ещё больше. Он словно упивался моими стонами наслаждения, глаза горели неконтролируемой страстью и, уловив мои сокращения, тут же расположился между ног.
Я заметила, как он потянулся к прикроватной тумбочке и, отодвинув ящик, достал упаковку презерватива.
- Я хочу без него, - моя рука потянулась к серебристому четырехугольнику и положила его назад. – Хочу тебя всего, целиком.
- Злата, я настолько сейчас не контролирую себя, что могу и не успеть. Это рискованно.
- Давай об этом буду переживать я, – я увидела в его глазах нерешительность. - Что, боишься последствий?
- Я мечтаю о ребёнке от тебя. В этом можешь даже не сомневаться. Но я не могу просить о таком. Тебе ещё рано. Ты учишься…
- …ты словно моя мама, - перебила я. - Позволь мне самой принимать решения.
- Хорошо! – он в сомнении прикусил нижнюю губу. - Я буду внимательным.
Я неотрывно наблюдала за тем, как он, прикрыв глаза, осторожно вошел в меня. Одновременный стон удовольствия сорвался с наших губ. Обхватив его спину ногами, я сильнее прижалась к нему.
Он мой. Всецело, с ног до головы, он мой. Я никому его не одам. Хочу растворяться в нем до последнего атома, сливаться с ним в каждом ударе сердца и носить под этим сердцем его частичку. Осознание этого оглушило меня, накрыло теплой волной и разлилось по венам приятной истомой.
Мне было так хорошо, что хотелось кричать на весь мир. И я кричала. Я слышала хриплые стоны Артёма, упивалась его эйфорией.
Его губы были везде. Он прокладывал огненную дорожку из поцелуев по моей груди, засасывал соски, ласкал языком ключицы и возвращался назад к моим губам. Мы целовались неистово, словно виделись в последний раз, и внутри меня росло осознание того, что дороже его нет никого на свете. Я принадлежала ему всей душой, всем сердцем.
- Я люблю… тебя, слышишь? – доносилось до меня словно из глубин тоннеля.
- Я люблю тебя, - эхом отвечала я.
Наши пальцы переплелись.
Мы черпали силу друг в друге для продления наслаждения. Чтобы хоть как-то заглушить свои стоны, я покусывала плечи Артёма и это распаляло его ещё больше.
Приближалось то мгновение, когда отрываешься от земли и начинаешь улавливать сначала замирание, а потом сумасшедшее сокращения внутри. Я теснее прижалась к Артёму, ещё крепче обвила ногами, не давая возможности выйти из меня в ответственный момент.
- Не останавливайся, прошу тебя, - молила я.
- Что ты со мной делаешь? – со стоном произнес он и полностью опустился на меня, содрогаясь всем телом.
- Ставлю на себе твою метку, – счастливо ответила я, наслаждаясь его тяжестью.
- Пускай первой будет девочка, - неожиданно произнес он через пару минут, подымаясь на согнутых локтях и заглядывая мне в глаза. – Такая же нежная и красивая.
- Нет, первым будет мальчик, – со стопроцентной уверенностью заверила я и, заметив восторженный блеск его глаз, добавила: - Но над этим ещё придется поработать.
- С тобой – хоть всю ночь напролет.
Глава 25
Утром нас ожидал приятный сюрприз.
Мы были на кухне. Я готовила блинчики, а Артём следил за каждым моим движением, словно кот, перед которым сейчас поставят миску со сметаной.
Настроение было приподнятое, всё-таки 31 декабря.
После вчерашней ночи, наши чувства окрепли в разы, завязались в прочные узлы и пустили такие глубокие корни, которые словно паутина оплели мое сердце. Я чувствовала, с Артёмом происходили те же изменения.
Мне нравилось ловить на себе его взгляд, видеть улыбку. Такие моменты очень ценны, их хочется продлить, как можно дольше.
Среди этой гармонии раздался стук. Стучали в дверь, громко так, с небольшими промежутками, словно выбивали какую-то мелодию. От неожиданности я выронила лопатку, а Артём сразу насторожился и, поднявшись со своего места, направился в гостиную. Я хвостиком увязалась следом.
- Ты кого-то ждешь? – мой тихий голос звучал чересчур громко в притихшей квартире.
Артём отрицательно замотал головой и без лишних раздумий распахнул дверь. На пороге застыла коренастая фигура Карпова.
- Вы не ждали, а я приперся, - его глаза задорно блестели и морозный воздух, исходивший от меховой шапки, приятно щекотал мое обаяние.
- Григорий, вот это сюрприз! – Артём отступил, пропуская гостья. – А это что? – он указал рукой на что-то позади Карпова.
- Подожди, дай для начала перевести дыхание, – он поздоровался с Немцовым и закрыл за собой дверь. - Ну, здравствуй, милая, - и я тут же оказалась в медвежьих объятиях, радуясь небольшой, но очень красивой ёлочке, которая стояла позади его.
- Григорий Александрович, как я рада вас видеть. Проходите, не стойте в дверях. Мы чаюем. Присоединяйтесь к нам.
- Как я могу отказаться? Я не против чего-нибудь горяченьког, но для начала, позвольте поздравить вас с наступающим Новым Годом и подарить небольшой подарочек.
Я протянула руки, в которые передали колючую лесную красавицу, и во все глаза уставилась на Артёма:
- Теперь у нас появилась возможность её украсить. Это так символично. Спасибо вам большое, Григорий Александрович! – в восторженном порыве я приобняла его, а он, смеясь, обнял в ответ.
- Я знал, что у твоего парня такого атрибута не найдется, вот и решил порадовать.
Артём снисходительно закатил глаза, мол, ничего вы не понимаете, и мы направились на кухню:
- Какими ветрами в наших краях? – поинтересовался он и поставил на стол ещё одну чашку, которую я стразу наполнила земляничным чаем и блины.
- Сегодня прилетает дочь с зятем и внучкой с Германии. Приехал встречать. Появилось немного лишнего времени, вот и решил проведать.
- И правильно сделал. – Артём наполнил блюдце вареньем и тоже приложился к угощенью.
Я, притаившись возле плиты, слушала спокойное общение мужчин. Казалось, словно мы и не уезжали с деревни Карпова, а продолжали сидеть на его кухне и разговаривать обо всём на свете.
Допив чай и посмотрев на часы, Григорий начал собираться.