Арина Александер – На краю (страница 32)
Теперь я вспомнила, кого именно напоминает взгляд Максима. Такими глазами смотрят те, кто находится под действием наркотиков: стеклянными, невыразительными, болезненными.
Он глупо улыбался своим мыслям и легонько водил пальцами по моему обнаженному телу. Я дернулась, со всей силы сбрасывая холодные руки с себя, но ничего не вышло. Словно в оцепенении, мышцы отказывались выполнять команду мозга.
Вместо крика с горла вырывалось почему-то только сдавленные всхлипы.
Сердце похолодело, когда вместо пальцев, по коже прошлось острое лезвие ножа, остановившись у места, где на шее пульсировала голубая жилка.
Свободной рукой Максим пробирался к месту, где были судорожно сцеплены ноги.
- Не трогай… не трогай меня…
Он надавил сильнее, раздвигая бедра.
- Не-е-е-т, - вырвалось из горла.
В ответ мои плечи начали легонько трясти:
- Проснись, Злата, ты меня слышишь?
Открыла глаза, с диким страхом осматривая незнакомую, тонувшую в сумраках комнату и сидящего напротив мужчину. Остатки сна потихоньку исчезали, сменяясь ощущениями реальности. Это сон, всего лишь сон… Но такой реальный.
Артём раскинул руки, приглашая в объятия и приглушенно всхлыпнув, я прильнула к его груди, со всей силы обнимая руками, словно цепляясь за спасательный круг.
- Плохой сон?
- Угу.
- Расскажи?
Нет-нет. Ему не стоит знать о моих страхах. Может, я накручиваю себя? Но сны, это ведь отражения нашей реальности? Ведь так? Тогда мое подсознание заведомо предупреждает меня об опасности.
- Просто переживаю за номер, получиться ли. Вот и снится всякая чепуха. Не бери в голову, – и отчасти это была правда, грядущее выступление не давало мне покоя.
- Твой танец шикарен. Всё пройдет на высшем уровне. Я верю в тебя и ты верь в себя.
Артём не спеша проводил руками по волосах, перебирая пальцами пряди, делясь своей аурой спокойствия, от чего я стала плавно погружаться в сон.
Последнее, что помню, было, мое предупреждение Артёму, чтобы он не думал никого калечить.
Я скорее почувствовала, чем увидела, как он склонил голову на мое плечо и в собственническом жесте обвил рукой талию. Прижавшись сильнее, я провалилась в глубокий сон.
Не знаю, сколько было времени, но, по ощущениям, далеко не утро, а день.
Глаза открывать совсем не хотелось. В теле разливалась сладкая нега. Каждый нерв был обострен до предела, словно и не было спасательного отдыха в виде сна. Каждой клеточкой своего тела я чувствовала присутствие Артёма, и от этого, сердце начинало учащенно стучать. Казалось, этот стук оглушал не только меня, но и всю комнату. По щекам непроизвольно прокатилась волна жара, стоило только вспомнить страстные моменты ночи.
Я осторожно открыла глаза и встретилась с изучающим взглядом Артёма. Оказывается, он уже проснулся и с довольным выражением лица наблюдал за моими душевными муками в виде стеснения и неловкости.
- Доброе утро, соня.
Он согнул руки в локтях, практически держа на весу свое тело, стал покрывать поцелуями шею, а следом и лицо.
- Доброе утро…
Пришлось отбросить смущение и затолкать его подальше, потому что именно в этом момент я обхватила руками мускулистые предплечья Артёма и притянула к себе в жарком поцелуе.
С губ сорвался хриплый стон, тут же отозвался образовавшимся узлом внизу живота. Всё шло к тому, что сейчас станет невероятно жарко от нахлынувшего неконтролируемого, животного желания.
Как вдруг, раздался телефонный звонок. И судя по мелодии, звонили мне. Мама. На неё я поставила рингтон одной из песен Стинга.
- Не отвечай, - со стоном попросил Артём.
- Это мама. Если не отвечу, потом же и пожалею. Я быстро.
Я вскочила с кровати и первым дело укуталась в плед, словно мама в любую минуту могла ворваться в квартиру и застать, в чем сама и родила. Голой.
- Алло, мама. Приветик… Я уже проснулась. Да, давно, – сзади послышался приглушенный смешок Артёма, на что я в ответ пригрозила ему кулаком. – Что-о?! И через сколько ты будешь? Хорошо, буду ждать…
В дикой панике я начала носиться по комнате, собирая разбросанную одежду по всему полу.
- Артём, через час мама приедет. Решила сделать мне сюрприз и провести денек вместе… Мне нужно срочно ехать.
- Я отвезу тебя, не волнуйся, успеем.
Он сам быстро вскочил с кровати и с завидной скоростью начал доставать вещи из шкафа. В мою сторону полетела белая футболка на пару размеров больше меня самой.
- Это конечно не оригинал, но уже что-то.
- Ну, хоть с цветом угадал, - подколола я, рассматривая со всех сторон футболку.
Зато как было приятно, когда она оказалась на мне.
Да, велика, не то слово, но блин, это не передать словами… Я ловко завязала прикольный узелок с боку, в результате, получилось довольно не плохо. Быстро прошлась расческой по волосам и застыла, почувствовав на себе пристальный взгляд Артёма.
Он в один прыжок настиг меня и притянул к себе за руки, от чего расческа оказалась на полу, а я сама, поднявшись на носочки, ответила на глубокий поцелуй. Никогда бы не подумала, что мужские губы могут быть настолько нежные, пылкие, поглощающие.
На миг я забыла обо всём. Лишь бы не размыкать своих рук вокруг его шеи, лишь бы вечно вот так прижиматься к нему и целовать, целовать до безумия. Я настолько потеряла ориентацию, что стоило Артёму осторожно разомкнуть объятия, как едва не упала, подавшись назад. Он быстро подхватил за талию, удерживая на месте:
- Ещё немного – и мы никуда не поедем…
Я лишь молча подняла с полу расчёску и стараясь не смотреть на Артёма, бегом направилась с комнаты в поисках пальто.
Это просто немыслимо, вот так, теряться рядом с ним. Нужно учиться сдерживать свои порывы. Но как?
Накинув светлые брюки и свободный тёмный джемпер, Немцов спускался сзади, полностью взяв свои эмоции под контроль. В руках позвякивали ключи от машины. Ни дать, ни взять, само спокойствие. Словно и не мучился в агонии страсти всего несколько минут назад. Не то, что я. Стоит только бегло бросить взгляд и сразу станет ясно, чем эта девушка занималась всю ночь.
Срочно в холодный душ. Вот бы успеть до приезда мамы.
Я так переживала, что мы не успеем, что даже когда вольво остановилось у входа в общежитие, бегло поцеловала Артёма и рванула дверцу. Но тут же была цепко схвачена за руку и рывком прижата к торсу. Горящие, тёмно-серые глаза остановились на губах, от чего, непроизвольно, их пришлось увлажнить языком, а слух уловил тихое:
- До вечера…
Не чувствуя земли под ногами и чуть не сбив на бегу вахтершу, я неслась по коридору. Оставалось совсем ничего до приезда мамы, а ещё нужно успеть принять душ и привести свои мысли в порядок.
Комната встретила полумраком от зашторенных штор и тишиной. Без Мельниковой как-то пусто.
Решила позвонить, чтобы узнать, как её дела и как всегда: ни привета, ни ответа.
Неприятные воспоминания от сегодняшнего сна нахлынули с новой силой, стоило только взглянуть на свою кровать. Брр, прям мороз прошелся по коже. Нужно чем-то себя занять, чтобы сбросить нехорошие предчувствия. Первым делом – контрастный душ. Он хорошо бодрит и приводит мысли в тонус.
С трепетом сняла белую футболку, которая всё это время касалась кожи и напоминала об Артёме. Стоит вернуть или лучше оставить у себя? Лучше оставлю.
Пока закипал чайник, просушила феном волосы и накрыла на стол. Хорошо, что есть хоть какая-то еда, но и это по меркам мамы «пухнете с голоду». Не успела достать пирожные, как в дверь постучали. С радостью распахнула дверь пошире. На пороге стояла мама. Как же я рада её видеть.
- Мамулечка…- мы счастливо обнялись.
- Привет, солнышко! Как ты здесь? Не звонишь, не пишешь. Совсем о маме не думаешь.
Мама, она везде мама. Всегда волнуется, переживает. Хочет знать о каждом шаге и если не позвонил в течении дня раз пять – всё, пиши пропало, с дочуркой что-то случилось.
Если бы она знала, сколько всего мне хочется ей рассказать, но что-то постоянно сдерживает, словно я боюсь спугнуть свое счастье, если поведаю о нем.
Пока мама мыла руки и распаковывала домашние угощенья, привезенные с собой, я разливала чай. Наконец, со спокойной душой она присела за стол.
- А где это Юля? Домой поехала на выходные?
- Угу… Мам, кстати, забыла сказать. Через две недели я иду на свадьбу дяди Юры. Меня Юля пригласила.
- Ты же не имеешь никакого отношения к их семье? Посторонний человек.