Арина Александер – Испытание верностью (страница 12)

Через час перерыв закончился, и в вестибюле снова стало нечем дышать. Кондиционеры не справлялись с таким количеством посетителей.

Я пришибленно наблюдала за такими же поникшими конкурентками и думала о том, что если бы не Удовиченко, плевать бы хотела на такое трудоустройство. Угрюмо погрузилась в мысли, не замечая возникшего спустя пятнадцать минут возмущения.

— … а что вы хотели? Он деловой человек и не может с самого утра распыляться только на вас. Возникли дела, — распиналась всё та же «распорядительница».

— А когда он вернется?

— Что за неуважение?!

— Сколько можно ждать?! Будто к президенту устраиваемся.

— Что за херня?

— Я всё сказала! Будто мне не чем заняться? Кому нужна работа: мне или вам? Хотите? Дожидайтесь!! В остальном – никто не держит.

Я резко припала к окну и увидела, как к крыльцу подъехал уже знакомый БМВ Х5 с крутым именным номером и подобрал высокого мужчину, стоявшего ко мне спиной. И как это называется, а? Кидалово? В желудке заурчало. Лучше бы сходила со всеми на перекус. А теперь хрен его знает, когда заявится. Может, через полчаса, а может… вообще забьет на всех и вся. Знаком такой типаж. Зараза! Только зависимость от ситуации заставила стиснуть зубы, вернувшись в прежнюю позу.

…Студинский не приехал ни через полчаса, ни через два. За это время я успела проникнуться офисной атмосферой, выучить интерьер первого этажа и пейзаж за окном. Спина онемела, ноги затекли от непривычки долго стоять. Устав бездумно пялиться на всё, что не попади, обратила внимание, что диваны опустели. Серьёзно? Да не может быть?! И платиновая блонда не выдержала? Ну и ну!..

На ватных ногах доковыляла к ближайшему удобному креслу, расположенному поближе к лестнице и блаженно выдохнула, закинув правую ногу на подлокотник. Хорошо, что в брюках, можно вообще развалиться, расставив конечности. Считаю, что вполне заслужила на подобную вольность после шестичасового ожидания.

Постепенно монотонный гул голосов и нервное напряжение сделали свое дело: подложив под щеку ладонь, задремала, потеряв счёт времени. 

— … и давно она здесь? — послышался над головой довольно густой, вязкий голос, просочившийся в меня непонятной истомой.

— Да с самого утра. — Этот зычный голос я уже знаю. — Жаль девчонку. Все давно накивали пятками, а она молодец.  

— Эй, спящая красавица! — легкое касание к руке, после чего я разлепила веки, недоуменно осматриваясь по сторонам:

— Что?.. Где?.. Вернулся?

— Вернулся, вернулся! — завибрировало рядом, и я сжалась в комочек от неожиданно возникшего притяжения к подобному колебанию воздуха. — Пойдем, расскажешь, как докатилась до подобной жизни?

— Простите? – и только сейчас доперла, кто склонился надо мной, подавляя бешеной энергетикой.

— Я говорю, пойдем, пообщаемся, что ли, раз столько ждала.

Пока я наводила резкость, справляясь с неловкостью от совсем неприемлемой позы, Студинский отстранился и, дав распоряжение проходившей мимо девушке принести кофе, начал подыматься по лестнице.

Стараясь не ступать на затекшую ногу, я поспешила хвостиком, буравя взглядом широкие плечи. Сколько ждала этого момента, что сейчас, мягко говоря, опешила, не зная, как правильно преподнести себя и куда пристроить дрожащие руки.

— Прошу, — распахнул передо мной дверь, пропуская вперед. Вздрогнула, испытывая на себе его магнетический взгляд, и прошла в глубь кабинета. Он шел следом. И тут же почувствовала, как на затылке от его дыхания зашевелились волосы. — Присаживайся.

Я села за овальный стол, спрятав руки на коленях, прям как провинившаяся школьница. Не могла смотреть ему в глаза, заранее зная, какую подляну уготовила.

— Итак… — начал он и прервался: в кабинет вошла засмущавшаяся девушка и поставив перед нами кофе, быстренько ретировалась. Егор потянулся к нему, и удовлетворенно прикрыв глаза, сделал первый глоток. Мой желудок протестующее заурчал, требуя немедленных калорий. Покраснела, но к кофе не притронулась. Не то настроение. — ... Я тебя слушаю, — отставил чашку, уперев в меня холодные, голубые глаза. — Расскажи, кто такая, откуда! Почему именно Я. Почему именно Ты!

Казалось бы, что он такого спросил, но я вдруг испытала сострадание к тем девушкам, вылетевшим от него в подавленном состоянии: он буквально поглощал, заставлял чувствовать себя этакой ма-а-аленькой букашкой. И дело тут не в занимаемой должности, авторитете, власти. Такой мужчина может, как вознести на вершину, так и уничтожить, раздавив одним только взглядом. С ним стоит быть предельно честной, почему-то уверенна – он легко распознает ложь. Поэтому, как можно искренней улыбнулась и, положив руки на стол, открыто просканировала светло-русые волосы, легкую небритость, квадратный, волевой подбородок и четко очерченный контур губ.

— Меня зовут Лида. Матвеева. И ещё три дня назад я не знала о вашем существовании, — смело выдержала на себе ставший заинтересованным взгляд и мысленно восторжествовала. — Я пришла к вам по объявлению в надежде получить должность ассистентки, так как имею в этой области кое-какой  опыт и считаю, что ничем не хуже от побывавших тут ранее девушек.

Студинский снял чёрный пиджак, закатал рукава белой рубашки и, сцепив за затылком руки, расслабленно откинулся на спинку кресла.

— Ну, лучше или хуже, нам ещё предстоит выяснить, — улыбнулся холодно. — А вот сначала… — и неожиданно перешел на английский,  спрашивая об образовании и предыдущем месте работы.  

Я достала дипломы: красный бакалавра и обычный магистра. Подвинула как можно ближе к нему и спокойно, правильно подбирая речевые обороты и склонения, поведала о фирмах, на которых проходила стажировку и, конечно же, рассказала о трехлетнем опыте работы в косметической компании Полянского.

Всё это время Студинский не сводил с меня глаз. Честно? Не знала куда деться. В кабинете кроме нас больше никого не было, понятно, он будет смотреть на меня, но под этим тяжелым, проницательным взглядом хотелось признаться во всех существующих и не существующих грехах. Он заглядывал в самую душу. Никогда ничего подобного не испытывала. Возможно, это чувство вины давило и заставляло так остро реагировать.

— Неужели это место так важно для тебя? — отъехал от стола, слегка повернувшись в мою сторону, когда я замолчала, ожидая его вердикта.

— Вы даже не представляете, насколько.

— Ну что же, хорошая девочка Лида, — зачем-то потянулся к ремню, не прекращая наблюдать за моим лицом, — сейчас мы узнаем, в чем ты ещё так хороша.

Я во все глаза проследила за его руками и нервно сглотнула, понимая, чего от меня ожидают. Это… Да я… Я в жизни его всего два раза делала и то, по пьяни. Ощущения так себе. Да и кому делала, Тарановскому. Тогда много экспериментировали, используя друг друга и мне открыто заявили, что это не мое. А может, я просто не была по-настоящему заинтересована в том, чтобы доставить мужчине  наслаждение. Но… То был Серёжка, с которым по приколу и не такое чудили, а здесь…

— Я… Вы… Это серьёзно?

— Серьёзней не бывало, — пальцы опустились на ширинку, приглашая к действию.

А я ещё испытывала чувство вины. Илонка права: что он, что Тимур – разницы абсолютно  никакой.

В носу защипало. Я оторвала взгляд от сильных рук, посмотрела в насмешливые глаза и оценила появление нахальной ухмылки.

Всего лишь миг – и я схватилась за дверь, застыв в нерешительности. Спиной чувствовала его взгляд и внутренне содрогалась от вот-вот готовых сорваться слёз. Перед глазами не лакированная дверь, а Даня… Удовиченко… В ушах – его гнусный, подлый шантаж.

Что за жизнь, а?  

Медленно обернулась, застав Егора всё в том же положении.

Ни один мускул не дрогнул на его лице, пока я подходила к креслу с опустошенным видом и с таким же опустошенным видом опускалась на колени между его ног.

Глава 6

Заледенелые пальцы потянулись к чёрной молнии и в ту же секунду оказались перехваченными горячей ладонью. Свободная рука мягко обхватила мой подбородок и слегка приподняла, заставив посмотреть в нордические глаза. Егор подался вперед и мое сердце екнуло: настолько близко были его губы. Я даже смогла уловить легкий шлейф парфюма в сочетании с чем-то мужским, опасным и в то же время до головокружения возбуждающим.

Эти руки… крепкие, властные и… неожиданно нежные.   

— Достаточно! На сегодня хватит испытаний. Завтра утром продолжим.

Я непонимающе моргнула, только сейчас осознав, что готова была сделать минет ради должности ассистентки, и ощутила неожиданно возникшее чувство омерзения к собственной ничтожности. Это и послужило тем толчком, который подорвал с паркета, накрыв целым спектром противоречивых ощущений.

— Приходи на восемь. Дипломы пока останутся у меня.

Я знала, что он смотрит, поглощает каждую эмоцию, упивается моментом, поэтому не сказав ни слова, остервенело прихватила сумку и выскочила из кабинета, давясь на ходу слезами.

Это была всего лишь проверка. Боже, что он подумает обо мне?  

Спускалась по лестнице сломя голову, напоминая одну из сегодняшних претенденток. Было всё равно, как на меня смотрели работники офиса; с каким беспокойством окликнула «распорядительница». Я ничего не видела и не слышала. Остановилась только на крыльце, судорожно хватая ртом воздух.

Мимо прошли хихикающие девушки, небрежно толкнув плечом. А-а-а, это те самые, которым назначено на вечер. Ну-ну, удачи. Готовьтесь постоять на коленках, если ещё этого не делали.