Ариэль Дюрант – Начало эры разума (страница 6)
В 1563 году собор богословов определил новое вероучение. Все были согласны с предопределением; Бог по Своей свободной воле, еще до сотворения мира и без учета индивидуальных заслуг или недостатков человека, избрал часть человечества для избрания и спасения, оставив всех остальных для порицания и проклятия. Они приняли лютеранское оправдание (спасение) верой, то есть избранные спасаются не своими добрыми делами, а верой в Божью благодать и искупительную кровь Христа; однако они интерпретировали Евхаристию в понимании Кальвина как духовное, а не физическое общение с Христом. Актом парламента (1566) «Тридцать девять статей», воплощающих новое богословие, были сделаны обязательными для всего духовенства Англии; они до сих пор являются официальным англиканским вероучением.
Новый ритуал тоже был компромиссом. Месса была отменена, но, к ужасу пуритан, духовенству было предписано носить белые сюртуки при чтении службы и копны при совершении Евхаристии. Причастие должно было приниматься на коленях, в двух формах — хлеба и вина. Обращение к святым было заменено ежегодным чествованием протестантских героев. Подтверждение и рукоположение были сохранены как священные обряды, но не рассматривались как таинства, установленные Христом; а исповедь священнику поощрялась только в преддверии смерти. Многие молитвы сохранили римско-католические формы, но обрели английскую форму и стали благородной и формирующей частью национальной литературы. На протяжении четырехсот лет эти молитвы и гимны, читаемые прихожанами и священником в просторном великолепии соборов или простом достоинстве приходской церкви, дарили английским семьям вдохновение, утешение, моральную дисциплину и душевный покой.
VI. ЕЛИЗАВЕТА И КАТОЛИКИ
Теперь настала очередь католиков страдать от преследований. Хотя они по-прежнему составляли большинство, им запрещалось проводить католические службы и иметь католическую литературу. Религиозные изображения в церквях уничтожались по приказу правительства, а алтари демонтировались. Шесть студентов Оксфорда были отправлены в Тауэр за сопротивление удалению распятия из часовни их колледжа.58 Большинство католиков безропотно подчинились новым правилам, но значительное число предпочло платить штрафы за непосещение англиканского ритуала. Королевский совет насчитал в Англии около пятидесяти тысяч таких «отступников» (1580 г.).59 Англиканские епископы жаловались правительству на то, что месса совершается в частных домах, что католицизм проникает в общественное богослужение и что в некоторых ярых местностях небезопасно быть протестантом.60 Елизавета упрекнула архиепископа Паркера в расхлябанности (1565 г.), и после этого законы стали соблюдаться более строго. Католики, служившие мессу в часовне испанского посла, были заключены в тюрьму; дома в Лондоне подвергались обыску; найденным там незнакомцам предписывалось дать отчет о своем вероисповедании; магистратам было приказано наказывать всех, у кого есть книги римско-католического богословия (1567).61
Мы не должны оценивать это законодательство с точки зрения относительной религиозной терпимости, которую завоевали для нас философы и революции семнадцатого и восемнадцатого веков. В то время религии находились в состоянии войны и были связаны с политикой — областью, в которой веротерпимость всегда была ограничена. В шестнадцатом веке все партии и правительства были согласны с тем, что теологическое несогласие — это форма политического бунта. Религиозный конфликт стал явно политическим, когда папа Пий V, после долгого и терпеливого, по его мнению, промедления, издал буллу (1570), которая не только отлучила Елизавету от церкви, но и освободила ее подданных от верности ей и запретила им «подчиняться ее постановлениям, мандатам и законам». Булла была подавлена во Франции и Испании, которые в то время искали дружбы с Англией, но ее копия была тайно вывешена на двери епископской резиденции в Лондоне. Виновник был обнаружен и предан смерти. Столкнувшись с этим объявлением войны, министры королевы обратились в парламент с просьбой принять более строгие антикатолические законы. Были приняты законы, согласно которым называть королеву еретиком, раскольником, узурпатором или тираном, вводить в Англию папские буллы или обращать протестантов в римскую церковь считалось смертным преступлением.62 Суд высшей комиссии был уполномочен изучать мнения любого подозреваемого лица и наказывать за любые его безнаказанные преступления против любого закона, включая блуд или прелюбодеяние.63
Католические монархи Европы не могли спокойно протестовать против этих деспотичных мер, которые так напоминали их собственные. Большинство английских католиков продолжали мирно подчиняться, и правительство Елизаветы надеялось, что привычка породит признание, а со временем и веру. Именно для предотвращения этого Уильям Аллен, англичанин-эмигрант, основал в Дуэ, находившемся тогда в Испанских Нидерландах, колледж и семинарию для подготовки английских католиков к миссионерскому служению в Англии. Он горячо объяснял свою цель:
Мы ставим своей первой и главной задачей… возбудить… в умах католиков… ревность и справедливое негодование против еретиков. Этого мы добиваемся, представляя перед глазами учеников необычайное величие церемониала католической церкви в том месте, где мы живем… В то же время мы напоминаем о скорбном контрасте, который существует у нас дома: полное запустение всего святого, что там есть… наши друзья и родственники, все наши близкие и бесчисленные души, кроме того, гибнут в расколе и безбожии; все тюрьмы и подземелья переполнены не ворами и злодеями, а священниками и слугами Христа, более того, нашими родителями и родственниками. Итак, нет ничего, от чего мы не должны страдать, вместо того чтобы взирать на бедствия, постигшие наш народ.64
Колледж функционировал в Дуэ до 1578 года, когда город захватили кальвинисты; затем он переехал в Реймс, а затем снова в Дуэ (1593). Библия Дуэ — английский перевод латинского Вульгаты — была выпущена в Реймсе и Дуэ (1582–1610 гг.) и вышла в свет за год до версии короля Якова. В период с 1574 по 1585 год колледж рукоположил 275 выпускников и отправил 268 на работу в Англию. Аллен был вызван в Рим и стал кардиналом, но работа продолжалась; еще 170 священников были отправлены в Англию до смерти Елизаветы в 1603 году. Из 438 человек девяносто восемь были приговорены к высшей мере наказания.
Руководство миссионерами перешло к иезуиту Роберту Парсонсу, человеку энтузиазма и мужества, вспыльчивому полемисту и мастеру английской прозы. Он откровенно заявил, что булла, низлагающая Елизавету, оправдывает ее убийство. Многие английские католики были шокированы, но Толомео Галли, государственный секретарь папы Григория XIII, одобрил эту идею. II65 Парсонс призвал католические державы вторгнуться в Англию; испанский посол в Англии осудил этот план как «преступное безрассудство», а Эверард Меркуриан, генерал ордена иезуитов, запретил Парсонсу вмешиваться в политику.67 Не выдержав, он решился на личное вторжение. Он замаскировался под английского офицера, возвращающегося со службы в Нидерландах; его воинственная развязность, мундир с золотыми кружевами и шляпа с перьями провели его через пограничных чиновников (1580); он даже сгладил путь для другого иезуита, Эдмунда Кэмпиона, который последовал за ним в облике торговца драгоценностями. Их тайно разместили в самом центре Лондона.
Они посещали заключенных католиков и находили к ним снисходительное отношение. Набрав себе помощников из числа мирян и священников, они начали свою работу по вдохновению католиков на сохранение верности Церкви и обращению недавних «отступников» в протестантское вероучение. Светские священники, скрывавшиеся в Англии, встревоженные смелостью миссионеров, предупреждали их, что скоро их поймают и арестуют, что их обнаружение ухудшит положение католиков, и умоляли их вернуться на континент. Но Парсонс и Кэмпион упорствовали. Они переезжали из города в город, устраивая тайные собрания, выслушивая исповеди, читая мессу и давая благословение шепчущимся верующим, которые смотрели на них как на посланников Бога. В течение года после своего приезда они обратили в веру, как утверждалось, двадцать тысяч человек.68 Они создали печатный станок и распространяли пропаганду; на улицах Лондона можно было встретить трактаты, провозглашающие, что Елизавета, будучи отлученной от церкви, больше не является законной королевой Англии.69 Третий иезуит был послан в Эдинбург, чтобы призвать шотландских католиков вторгнуться в Англию с севера. Граф Уэстморленд ответил на вызов из Ватикана; он привез из Рима во Фландрию массу слитков для финансирования вторжения из Нидерландов; к лету 1581 года, как считали многие католики, испанские войска Алвы перейдут границу Англии.70
Предупрежденное своими шпионами, английское правительство удвоило усилия по поимке иезуитов. Парсонсу удалось перебраться через Ла-Манш, но Кэмпион был пойман (июль 1581 года). Через сочувствующие деревни и враждебный Лондон его доставили в Тауэр. Елизавета послала за ним и попыталась спасти его. Она спросила, считает ли он ее своей законной государыней? Он ответил, что да. Но на ее следующий вопрос: «Может ли Папа законно отлучить ее от церкви?» — он ответил, что не может решить вопрос, по которому ученые люди расходятся во мнениях. Она отправила его обратно в Тауэр с указанием, чтобы с ним обращались ласково; но Сесил приказал пытать его, чтобы он назвал своих товарищей по заговору. После двух дней мучений он назвал несколько имен, и были произведены новые аресты. Оправившись от дерзости, Кэмпион вызвал протестантских богословов на публичные дебаты. С разрешения Совета дебаты были устроены в часовне Тауэра; туда были допущены придворные, заключенные и публика; иезуит несколько часов стоял на слабых ногах, отстаивая католическую теологию. Ни одна из сторон не убедила другую, но когда Кэмпион предстал перед судом, его обвинили не в ереси, а в заговоре с целью свержения правительства путем внутренней диверсии и внешнего нападения. Он и еще четырнадцать человек были осуждены, и 1 декабря 1581 года их повесили.