Ариэль Дюрант – Начало эры разума (страница 10)

От такого пиратства буканьеры перешли к прибыльной торговле рабами, которую за столетие до этого открыли португальцы. В испанских колониях Америки туземцы вымирали от непосильного труда, слишком тяжелого для их климата и конституции. Возникла потребность в более выносливой породе рабочих. Сам Лас Касас, защитник туземцев, предложил Карлу I Испанскому перевезти в Америку африканских негров, более сильных, чем карибские индейцы, чтобы они выполняли тяжелую работу для испанцев.97 Карл согласился, но Филипп II осудил эту торговлю и велел губернаторам испано-американских штатов не допускать ввоза рабов, кроме как по лицензии, дорогостоящей и редкой, выдаваемой администрацией страны.98 Зная, что некоторые губернаторы уклоняются от этих ограничений, Хокинс отправился на трех кораблях в Африку (1562), захватил триста негров, доставил их в Вест-Индию и продал испанским поселенцам в обмен на сахар, специи и лекарства. Вернувшись в Англию, он уговорил лорда Пемброка и других людей вложить деньги во второе предприятие и убедил Елизавету предоставить в его распоряжение одно из лучших своих судов. В 1564 году он отправился на юг с четырьмя кораблями, захватил четыреста африканских негров, отплыл в Вест-Индию, продал их испанцам под угрозой оружия, если они откажутся покупать, и вернулся домой, чтобы быть провозглашенным героем и разделить добычу со своими сторонниками и королевой, которая получила 60 процентов от своих инвестиций.99 В 1567 году она одолжила ему свой корабль «Иисус»; на этом и четырех других судах он отправился в Африку, захватил всех негров, которых только можно было уложить в трюмы, продал их в Испанской Америке по 160 фунтов за голову и возвращался домой с добычей на 100 000 фунтов, когда испанский флот настиг его у мексиканского побережья в Сан-Хуан-де-Улуа и уничтожил весь его флот, кроме двух небольших тендеров, на которых Хокинс после тысячи опасностей вернулся с пустыми руками в Англию (1569).

Среди выживших в том плавании был юный родственник Хокинса Фрэнсис Дрейк. Получив образование за счет Хокинса, Дрейк стал, так сказать, выходцем из моря. В двадцать два года он командовал кораблем в тщетной экспедиции Хокинса; в двадцать три, потеряв все, кроме репутации храбреца, поклялся отомстить Испании; в двадцать пять получил от Елизаветы заказ на каперство. В 1573 году, в возрасте двадцати восьми лет, он захватил конвой с серебряными слитками у берегов Панамы и вернулся в Англию богатым и отомщенным. Советники Елизаветы держали его в подполье в течение трех лет, пока Испания требовала его смерти. Тогда Лестер, Уолсингем и Хэттон снарядили для него четыре небольших судна общим весом 375 тонн; на них он отплыл из Плимута 15 ноября 1577 года в свое второе кругосветное путешествие. Когда его флот вышел из Магелланова пролива в Тихий океан, он попал в сильный шторм; корабли были рассеяны и так и не собрались вместе; Дрейк один, на корабле «Пеликан», двинулся вдоль западного побережья Америки к Сан-Франциско, совершая по пути набеги на испанские суда. Затем он смело повернул на запад к Филиппинам, проплыл через Молуккские острова к Яве, через Индийский океан к Африке, обогнул мыс Доброй Надежды и поднялся по Атлантике, чтобы достичь Плимута 26 сентября 1580 года, через тридцать четыре месяца после выхода из него. Он привез с собой 600 000 фунтов стерлингов добычи, из которых 275 000 фунтов были переданы королеве.100 Англия прославила его как величайшего мореплавателя и пирата эпохи. Елизавета обедала на его корабле и провозгласила его рыцарем.

Все это время Англия формально находилась в мире с Испанией. Филипп неоднократно обращался к королеве с протестами; она оправдывалась, обнимала свои трофеи и указывала, что Филипп также нарушает международное «право», посылая помощь повстанцам в Ирландии. Когда испанский посол пригрозил войной, она пригрозила браком с Аленсоном и союзом с Францией. Филипп, занятый завоеванием Португалии, приказал своему посланнику сохранять мир. Как обычно, удача дополнила переменчивый гений королевы. Что было бы с ней, если бы католическая Франция не была расколота надвое гражданской войной, если бы католическая Австрия и император не подвергались преследованиям со стороны турок, если бы Испания не была втянута в Португалии, Франции, папства и своих мятежных подданных в Нидерландах?

В течение многих лет Елизавета играла с Нидерландами, меняя свою политику в зависимости от обстоятельств, и никакие обвинения в нерешительности или вероломстве не могли заставить ее слепо следовать одним курсом. Голландский кальвинизм нравился ей не больше, чем английское пуританство, а пособничество революции — не больше, чем Филиппу. Она признавала важность для английской экономики бесперебойной торговли с Нидерландами. Она планировала поддержать восстание Нидерландов в достаточной степени, чтобы удержать их от капитуляции перед Испанией или завещания Франции. Пока восстание продолжалось, Испания не должна была вмешиваться в дела Англии.

Благословенная удача позволила королеве оказать помощь мятежникам с приятной прибылью для своей казны. В декабре 1568 года несколько испанских судов, перевозивших 150 000 фунтов стерлингов для оплаты войск Алвы в Нидерландах, были загнаны английскими каперами в порты Ла-Манша. Елизавета, только что узнавшая о катастрофе Хокинса при Сан-Хуан-де-Улуа, поняла, что ей представился удобный случай возместить то, что Англия потеряла в результате этого поражения. Она спросила епископа Джуэла, имеет ли она право на испанские сокровища; тот рассудил, что Бог, будучи, несомненно, протестантом, будет рад видеть папистов разграбленными. Кроме того, королева узнала, что деньги были одолжены Филиппом у генуэзских банкиров, и Филипп отказался принять право собственности на них до их безопасной доставки в Антверпен. Елизавета приказала перевести деньги в свои хранилища. Филипп подал жалобу; Алва конфисковал всех английских подданных и товары, которые мог захватить в Нидерландах; Елизавета арестовала всех испанцев в Англии. Но необходимость торговли постепенно восстановила нормальные отношения. Алва отказался склонять Елизавету к союзу с мятежниками. Филипп сохранил самообладание. Елизавета сохранила деньги.

Непростой мир затянулся до тех пор, пока постоянные набеги англичан на испанские суда и призывы друзей заключенной Марии Стюарт не вовлекли Филиппа в заговор с целью убийства королевы.101 Убедившись в его причастности, Елизавета выслала испанского посла (1584) и оказала открытую помощь Нидерландам. Английские войска вошли во Флашинг, Брилл, Остенде и Слюйс; командовать ими был послан Лестер; они были разбиты испанцами при Зутфене (1586). Но вот, наконец, вопрос был решен. И Филипп, и Елизавета всеми силами готовились к войне, которая должна была решить вопрос о владении морями и религии Англии, возможно, Европы, возможно, Нового Света.

Испания разбогатела благодаря Колумбу и папе Александру VI, чьи арбитражные декреты 1493 года присудили почти все американские континенты его родной Испании. С этими путешествиями и буллами Средиземноморье перестало быть центром цивилизации и могущества белого человека, и началась эпоха Атлантики. Из трех великих атлантических наций Европы Франция была отстранена гражданской войной от борьбы за океанское господство. Оставались Англия и Испания, торчащие, как ухватившиеся за мысы, в сторону земли обетованной. Сместить Испанию с ее главенствующего положения в Америке было невозможно; к 1580 году у нее там были сотни колоний, у Англии — ни одной; и каждый год из рудников Мексики и Перу в Испанию уходили огромные богатства. Казалось, что Испания должна властвовать над всем Западным полушарием и создать обе Америки по своему политическому и религиозному образу.

Дрейк не был доволен такой перспективой. Некоторое время война за мир шла между ним и Испанией. В 1585 году на средства своих друзей и королевы он снарядил тридцать кораблей и выступил против Испанской империи. Он вошел в эстуарий Виго на северо-западе Испании, разграбил порт Виго, обнажил статую Богородицы и унес драгоценные металлы и дорогие облачения из церквей. Далее он отправился к Канарским островам и островам Зеленого Мыса, разграбил крупнейшие из них, пересек Атлантику, совершил набег на Санто-Доминго, взял 30 000 фунтов стерлингов в качестве дани за отказ разрушить колумбийский город Картахену, разграбил и сжег город Сент-Огастин во Флориде и вернулся в Англию (1586) только потому, что от желтой лихорадки погибла треть его команды.

Это была война без названия. 8 февраля 1587 года английское правительство предало смерти шотландскую королеву. Филипп сообщил Сиксту V, что теперь он готов вторгнуться в Англию и свергнуть Елизавету. Он попросил у папы 2 000 000 золотых крон; Сикст предложил 600 000, которые должны были быть выплачены Испании только в том случае, если вторжение действительно произойдет. Филипп поручил своему лучшему адмиралу, маркизу Санта-Крузу, подготовить самую большую армаду, известную до сих пор в истории. Корабли собирали или строили в Лиссабоне, запасы собирали в Кадисе.

Дрейк убеждал Елизавету дать ему флот, чтобы уничтожить Армаду до того, как она примет непреодолимую форму. Она согласилась, и 2 апреля 1587 года он с тридцатью кораблями поспешил из Плимута, прежде чем она успела передумать. Она передумала, но слишком поздно, чтобы успеть к нему. 16 апреля он ввел свой флот в гавань Кадиса, маневрируя вне досягаемости береговых батарей, потопил испанский корабль, совершил налет на транспорты и корабли, захватил их грузы, поджег все вражеские суда и ушел невредимым. Он бросил якорь у Лиссабона и вызвал Санта-Крус на бой. Маркиз отказался, поскольку его корабли еще не были вооружены. Дрейк двинулся на север к Ла-Корунье и захватил собранные там большие запасы; затем к Азорским островам, где захватил испанский галеон. С ним на буксире он вернулся в Англию. Даже испанцы удивлялись его смелости и мореходству и говорили, что «если бы он не был лютеранином, то в мире не было бы подобного человека».102