Ариана Годой – Через тебя (страница 35)

Произнеся это, я тут же сожалею. Мне нужно хорошо вести себя, иначе нас выгонят, так мама сказала.

- Прости.

- Все хорошо, – он не кажется обиженным. – Давай я что-нибудь приготовлю.

Той ночью, Артемис приготовил мне мой первый настоящий ужин за долгое время. И я пошла спать в кровать, а не на траву с газетами, с животом полным едой, а не воздухом. Это была лучшая ночь моего детства.

Домой я прихожу вымотанная. Путь домой был более долгим, чем я ожидала. Меня наполняется ностальгия от воспоминаний из той ночи. Открываю главную дверь и прижимаюсь к ней спиной. В гостиной темно, свет исходит только из камина. Тихую комнату заполняют звуки потрескивания горящего дерева.

Прежде чем увидеть, я чувствую его присутствие.

Наши с Артемисом взгляды встречаются. Свет камина отражается в его глазах. На нем как обычно костюм, однако, пиджак лежит на диване, рубашка немного расстёгнута, приоткрытая грудь, галстук развязан. Он только что вернулся с работы? Но уже почти полночь.

Он ничего не говорит, просто смотрит на меня. Не знаю, почему я не вижу того холода, на который постоянно жалуются Арес и Аполо. Я одна вижу его другим?

Неужели, я единственная, кому ты позволяешь видеть

через тебя

, буквально насквозь, Артемис?

Меня наполняет чувство, что я хорошо его знаю. Я чувствую, что он не стал бы поступать как его мать, изменять, что за всем этим обманом с невестой есть что-то еще. Я слишком наивная, думая так? Это отрицание? Прошло пять лет, возможно, он совершенно изменился и уже не является тем милым мальчиком, в которого я влюбилась много лет назад. Тогда, почему у меня такое чувство, что со мной он все тот же?

Он опускает голову и поднимается на ноги. Берет свой пиджак с дивана, и разворачиваясь идет к лестнице.

- Артемис.

Мой собственный голос застает меня врасплох. Что я делаю?

Он оборачивается, но не подходит, стоит на месте. Я отрываюсь от двери и иду к нему. Он осторожно наблюдает за каждым моим шагом, так что я останавливаюсь, оставляя между нами безопасную дистанцию.

- Скажи мне правду, Артемис, – он сводит бров.и – Я даю тебе эту возможность быть со мной честным.

Его голос нейтрален.

- О чем ты?

- Ты знаешь, о чем я говорю, – когда он ничего не говорит, я отчаянно вскидываю руки в воздух. – Забей, не знаю, о чем я думала.

Я удаляюсь от него, чувствуя себя идиоткой, видящей что-то, чего на самом деле нет. Я уже собираюсь выходить в коридор, ведущей в мою комнату, когда пара рук обхватываю меня сзади, останавливая. Артемис прижимает меня к себе, его грудь соприкасается с моей спиной. Он кладет голову мне на плечо, его голос тихий.

- Я не врал тебе, не играл с тобой. Я бы никогда не стал играть с тобой, Клаудия.

Я молчу, потому что знаю, что он и так все объяснит. Он не может сделать это, глядя мне в лицо.

- Я действительно порвал с ней, когда пришел за тобой в бар той ночью. Когда я поцеловал тебя, у меня никого не было, ты не была «другой», я бы никогда не поставил тебя в это положение.

- Но ты вернулся к ней.

Он не отвечает.

- Зачем ты поцеловал меня, если хотел вернуться к ней?

- Потому что я не хотел возвращаться к ней. Я хотел…

Я разворачиваюсь все еще в его руках. Обхватываю его лицо, заставляя посмотреть на меня, что было плохой идеей. Это просто пытка видеть его так близко.

- Чего ты хотел?

Искренность в его глазах поражает.

- Я хотел быть с тобой.

- Я не понимаю тебя, Артемис.

Он прижимается ко мне лбом, его дыхание касается моих губ.

- Я просто хочу, чтобы ты знала, что я не играл с тобой, я этого не хотел.

Я смотрю ему прямо в глаза.

- А теперь, чего ты хочешь? – Он закрывает глаза и в сомнениях кусает губы. Я отпускаю его лицо и делаю шаг назад. – Хочешь остаться с ней.

Артемис молчит, это ответ для меня. Я натягиваю улыбку.

- Хорошо, я понимаю. Я благодарна за то, что ты все прояснил для меня, так что мы можем вернуться к цивильным отношениям без того, чтобы мне хотелось убить тебя каждый раз, когда вижу, – я прощаюсь, помахивая руками. – Спокойной ночи, Артемис.

Я оставляю его в гостиной одного с опущенными плечами, как будто что-то, что больше него, нанесло ему поражение, еще до того, как началась битва.

Глава 19:

«Это была плохая идея»

Артемис

Не могу перестать смотреть на нее.

Я пытался отвлечься, обсудить с отцом дела или общественные связи с мамой. Даже пытался затеять разговор с Аресом, но едва входит Клаудия, я не могу оторвать от нее глаз, как бы не старался, и это мне не нравится. Меня раздражает это чувство потери контроля.

Мы на рождественских каникулах в Греции. Любимое место и традиция нашей семьи. Клаудия со своей матерью как обычно приехали с нами, но в это раз, в частности, потому, что Клаудии нужно ухаживать за дедушкой. Она выглядит такой расслабленной рядом с ним, кажется, у них очень теплые отношения. Мне никогда не удавалось наладить с ним такие отношения. Я его очень уважаю, он мой образец для подражания, но у нас не было возможности узнать друг друга лучше.

Мы на террасе отеля, сидим за длинным столом. Вечернее солнце придает всему оранжевый оттенок. Мама пьет свое любимое вино, отец занят графиками в планшете, Арес и Аполо в своих телефонах, комментируют фотографию, которую мы сделали утром, видимо, она разлетелась по интернету.

Дедушка ушел отдыхать, а Клаудия сидит за столом напротив меня. На ней красный купальник, который сочетается с ее волосами, и почти прозрачное пляжное платье, которое едва ее прикрывает. Тем не менее, я вижу ее декольте. Кожа выглядит такой мягкой, что я не могу не представлять, как провожу языком по ее шее, спускаясь к груди.

Качаю головой, отводя взгляд.

Не будь извращенцем, Артемис.

Эта женщина скоро меня погубит.

Мои мысли стали еще извращённое после того поцелуя на кухне, когда я попробовал ее, почувствовал, услышал ее стоны. Это все заставило меня хотеть ее все больше и больше.

Но ничего не выйдет, так что перестань фантазировать.

Клаудия обеими руками берет кусок арбуза и, прикасаясь к нему губами, кусает. Эти мягкие губы слегка краснеют, пока она поглощает ягоду. Я хочу встать, обхватить ее за шею и поцеловать, попробовать сладкие от арбуза губы.

Как я уже сказал, у меня проблемы с концентрацией, когда она рядом.

Клаудия, кажется, замечает мой взгляд, и ее глаза встречаются с моими. Она хмурится и шепчет мне.

- Что?

Просто фантазирую о тысяче вариантов, как бы я мог трахнуть тебя.

- Ничего.

Она немного загорела, от чего веснушки на ее щеках и носу стали виднее.

Клаудия смотрит на меня недоумевающим взглядом, а затем продолжает есть, так что я поднимаюсь. Мне нужно подышать, пока я не возбудился прямо на глазах у всей семьи.

На лифте я поднимаюсь в наш номер с руками в карманах шортов. Несколько женщин в униформе заходят в лифт, и я слышу, как они перешептываются и смеются, периодически поглядывая на меня. Я уже привык к женскому вниманию, но я не из тех мужчин, которые из-за этого зазнаются. В конце концов, привлекательность не делает меня лучше или хуже кого-то. Хотя это и облегчает мне отношения с женщинами, в этом нет никакого смысла, если я не могу бороться за внимание женщины, которая важна для меня.

Вхожу в номер, дедушка сидит на диване, смотрит фильм с чашкой попкорна в руках. Я скромно улыбаюсь ему в приветствии и направляюсь в свою комнату. Это огромный номер.

- Артемис, – голос дедушки заставляет меня остановиться и обернуться.

- Да? Тебе что-то нужно?