архимандрит Иоанн Крестьянкин – Письма разных лет (страница 12)
Милость Божия буди с Вами!
Дорогой отец Г.!
Исход у нас один, и всем нам он известен – вратами смертными войти в вечность. Болезни же – уведомительные телеграммы о том, чтобы мы не забывали о главном в жизни. Вот и Вас милость Божия извещает о необходимости построже себя держать, где бы вы ни были – в больнице ли, в монастыре ли, на подворье ли. И это не значит ходить с чувством обреченности завтрашнего своего дня. Это велит живо и ответственно относиться ко времени. Вам же сейчас надо исповедаться, пособороваться, причаститься и с Богом, не вдаваясь в умствования, и домыслы, и человеческие расчеты, предать себя воле Божией и в руки врачей. Дорогой мой, у Господа тоже, бывает, планы меняются, но это зависит и от нас непременно. Идите на операцию с молитвой: «Господи! Тебе все ведомо; сотвори со мной, как изволишь. Аминь!»
Для нас, монахов, должно быть так: и жизнь – Христос, и смерть – приобретение. Живу ли я, умираю ли, всегда Господень. Вот что для нас главное.
Будем молиться о Вас.
Дорогая о Господе матушка игумения М.!
Наша искусительная пустыня длится всю жизнь.
И в этой духовной школе на первых этапах нам даются уроки, из которых мы не во мнении, но в реальной практической жизни должны усвоить беспредельную глубину своей немощи, чтобы, уже избегая всяких прелестных вражиих уловок, предаться Богу, Его силе, мудрости. И сами себя Христу Богу предадим.
Второе и немаловажное, вытекающее из сознания своей немощи, – благодарение Богу за все: за дни, часы, минуты благоденствия с осознанием, что это Божией силой для нашего укрепления посылается; за горести, за наши преткновения на избранном пути и на пути спасения – как за бесценные уроки, которые остаются в памяти и в чувстве сердца на всю жизнь. Вот и Ваша немощь, которая провоцирует мечтания, – поучительна.
Единого рецепта на лечение этих недугов нет. Кому что подходит по складу ума и сердца и телесной силы или немощи. Если видите, что дневной отдых вместо ожидаемого отдохновения несет с собой ненужное расстройство, – прекратите его. Но тогда же измените нечто в режиме жизни своей – раньше отходите на покой вечером. Говорить легко, исполнить трудно, но надо найти свое личное, что будет на пользу душе и телу. Спать надо при здравии 7 часов, а при немощи и 8 допустимо.
Матушка, умудряйтесь. Но самое главное и действенное – живое обращение к Господу, ибо все Им, все от Него и все к Нему.
То же самое и в отношении «дома». Ну, не вражье ли это дело – в центре города, в монастыре. И нет от людей на него управы. У людей нет, но у Бога милости много. Молитесь всем монастырем Заступнице Усердной, чтобы Она оградила Свой девичник от посягательств врага. Очень хорошо взяться за ежедневное выполнение Богородичного правила. По свидетельству архиепископа Серафима (Звездинского), это моление зримо творит чудеса. Установите череду между сестрами, чтобы ежедневно совершалось это моление. И сами себя, и друг друга Матери Божией предадим.
В отношении мамы не смущайтесь ничем и молитесь, чтобы она подольше пожила ради брата. И помогайте им без воздыханий, но в меру. С Г. отношений не прерывайте, не только он нужен Вам, но и вы ему тоже очень нужны. А в отношении католиков Вам все Владыченька сказал, а вы уж потихоньку на Г. оказывайте влияние, он ведь неосознанно вступил с ними в общение, вернее, даже и не он, а они планово взяли над ним опеку.
У них это очень отработано, но это не по-Божьи, а по человеческим планам. А вы с молитвой ради помощи монастырю и ради спасения его души общайтесь с ним. Вот и все.
Господь да укрепит Вас. Матерь Божия избрала Вас на служение, к Ней и припадайте, когда силы оскудевают. Да и к сестрам будете поснисходительнее, нынешнее поколение людей хилое.
Правила монастырские менять не будем, а снисхождение к нуждающимся в снисхождении, как Божий дар любви, дадим.
Божие благословение Вам, матушка.
1 апреля 2001 года
Дорогая Л.!
Письмо твое я получил и молюсь о тебе. Лечись, детка, набирайся сил, а после больницы все решишь со своим духовником. Много надо претерпеть, чтобы научиться жить в воле Божией. Настроение внутреннее у тебя хорошее – все для Бога и ради Бога. Вот подлечишься, отдохнешь и напишешь матушке игумении письмо, как она благословит тебя. Ничем не смущайся, и в миру не все погибают, и в монастыре не все спасаются. Будем молиться и спасемся.
Со своим батюшкой связи не теряй. Уже многое пережито, и через многое ты прошла, а для монаха это важнее всего. Наш старец монастырский говорил о себе: «Я не ученый, а толченый». Из таких вот толченых Господь созидает народ Божий.
Господь с тобою!
Дорогой о Господе отец А.!
О временах и сроках не знают ни люди, ни ангелы – это положил в Своей власти только Отец наш Небесный.
А потому живите ежедневно в Боге, и естественный конец нашей земной жизни придет к нам раньше всеобщего конца, – и этот конец станет началом бесконечной вечности. Живите так, чтобы эта бесконечность была радостью жизни в присутствии Господа. А если врачи опасаются за здоровье Вашей матушки, то и вы не менее их должны беречь ее. Для этого надо соблюдать Божии повеления и в близких отношениях и учитывать те ограничения, которые налагает на Вас служение у Престола Божия. Тогда все будет хорошо. А всякое предохранение – грех и для мирянина, не говоря уже о священнике.
Очищайте сердце, тогда и служение будет благоприятно Богу. А пение профессиональное редко несет в себе живой, до Господа доходящий глас. Сердце надо иметь обращенным к Богу. Только тогда никто на пение и внимания не обратит, но все устремятся за Вами к Богу. О переводе на другой приход раньше времени не помышляйте.
Предайте себя воле Божией и от Его руки принимайте все на каждый день, не заглядывая в далекое завтра.
А отцом А. Вас будут называть, когда Вы действительно станете для этих людей отцом и Ваши духовные советы им победят их прежние о Вас представления.
Дорогой отец Д.!
Вы опять мудрствуете, опять беретесь за то, что Вам Господь не поручал. Мы с Вами только священники и должны делать свое дело пастырское в той обстановке и в той среде, которую благословил Господь на данный период времени.
«Нам не было поручено сделать так, чтобы истина восторжествовала. Нам было поручено всего лишь свидетельствовать о ней», – сказал один мудрый человек. И я повторяю Вам его слова. Нам самим надо жить во спасение и делать все, что зависит от нас. А Вы сами отбиваете себе вкус к духовным трудам, мысленно обрекая их на поражение. А мысли-то не в духе Христовом, не по Богу, а по человеческим суждениям. А все это потому, что, действительно, мало места в жизни нашей отдано Спасителю. Уже в третьем веке святой мученик Иустин говорил, что не во власти христиан прекратить гонения на Церковь, на веру: «Гонения будут продолжаться до тех пор, пока приидет Господь и освободит всех». А нам, верующим, надо оказаться с Ним в тот момент, когда Господь придет.
«Бодрствуйте, стойте в вере, будьте мужественны, тверды. Все у Вас да будет с любовью» (1 Кор. 16, 13–14).
Дорогой отец С.!
Прижать бы Вашу голову к груди, обнять, как ребенка, и нашептать Вам на ушко «сказку» о том прошлом счастье в жизни, когда спасительная сила Божьего касания преобразила для Вас мир и озарила его радостью. И память об этом должна была лечь прочным фундаментом в основание Вашего религиозного опыта.
Я не знаю, с каким чувством давали вы священнические обеты и принимали в ответ на них благодать священства. А ведь и это не могло не породить реального чувства близости Божией и спасительной силы касания Божией благодати и тоже стать существенной зарубкой в духовной жизни. И дорогой мой, разве все это получили мы по праву своей праведности? Нет и нет, но как любовь Божию в ответ на Вашу первую любовь.
Да, Спаситель пришел спасти грешных, и, когда умножился грех, стала преизобиловать благодать. И сколько сейчас людей, уже, казалось бы, погрязших в пучине самого мерзопакостного греха, получают спасительный толчок от Господа к возрождению души (это я Вам из повседневного опыта духовника говорю). Толчок получили, а дальше должно быть осознание чуда Божией любви, преобразующей жизнь. Не гордостное самомнение о полученном даре, но осознание своей крайней греховности, своего полного бессилия снять с себя коросту проказы, поразившей все существо, и вместе с тем бесконечной благодарности Богу и упования на Его силу и милость на будущее.
Свое же – только желание и посильный труд, не сверхсильный, ведь нельзя требовать и от себя того, чего в настоящий момент ты сделать не в силах.
Батюшка дорогой, безысходность у тех только, для кого не светит Свет Божией Истины и Правды. Ваша «безысходность» может быть от неправой внутренней установки. Не мы с вами спасаем, не мы с вами даем силу к жизни, все – от Бога, мы же лишь посредники, свидетели, указатели. Тяжело выслушивать исповедь современного человека, но она же и порождает в душе духовника жалость к человеку – начало любви, зрение вражьих происков, а главное, в том, что такой человек переступил порог Церкви, увидеть несомненную Божию любовь к самому заматеревшему во грехе грешнику.
А вы устали, а вы поддались самости, а вы забыли, что мы и учителя, и ученики одновременно. И уроки духовной жизни для нас сугубы и рассчитаны на всю жизнь. И чередуются духовные прозрения и взлеты со спадами, и все надо пережить, и это— наука из наук, и, думаю, посложнее институтской.