Архелая Романова – Жена некроманта (страница 21)
— А где она? — поинтересовалась я месторасположением леди Мойры.
— Внизу, отдает распоряжение слугам сделать чай, — поджал губы Энтони, а я в который раз удивилась характеру старушки: ее чуть не убили, половину замка разрушили, а она собралась чаевничать! Ну, просто чудо, а не бабуля.
— Давай я все объясню в гостиной, — попросила я, сжимая ладонь мужа. Тот кивнул, и резко привлек меня к себе, с силой прижимая к груди. Краем глаза я заметила, как Стела, смущенно опустив глаза, медленно вышла в коридор, оставляя нас наедине.
— Тони…
— Рини…
Мы начали говорить одновременно, и тут же сконфуженно замолчали, стоя в обнимку.
— Я думал, что с тобой что-то случилось. Боялся, что не успею, — шепотом признался мне Энтони, гладя меня по волосам. Высвободившись из его объятий, я подняла лицо вверх и сказала:
— А я боялась только одного: что не успею сказать, как люблю тебя.
Энтони напрягся — я почувствовала, как затвердели его мышцы под моими ладонями, а лицо стало каменным, жестким, черты заострились, а глаза потемнели.
— Что ты сейчас сказала? Повтори, — властно произнес он.
— Я люблю те…
Я так и не договорила — Энтони прильнул к моим губам с таким пылом, что я ощутила всю ту нежность и страсть, которые он скрывал долгое время. Прижав меня к себе, Тони зарылся одной рукой в мои волосы, а другой охватил подбородок, и, чуть отстранившись, внимательно посмотрел в мои глаза:
— Я очень сильно люблю тебя, Виринея Фелиция Анрес Анфрой. И если ты еще раз ввяжешься в какие-нибудь неприятности, то горько пожалеешь — мне придется связать тебя и запереть в одной из комнат.
Я только улыбнулась, прекрасно понимая, что это пустые угрозы. И окаменела от внезапной мысли, пронзившей мозг: Филипп! Где он? Его убили? Тогда где его тело?
Энтони, ощутив перемену моего настроения, озабоченно спросил:
— В чем дело, Рини? Тебя что-то беспокоит?
— Где Лавин? — нервно воскликнула я. Энтони нахмурился и, поджав губы, признал:
— Филипп… Скрылся.
— Что?? Но как? — я не поверила своим ушам.
— Туман, что окутал кабинет, был очень сильным, и действовал по своей воле, — неохотно начал объяснять Тони.
— Как магия Смерти?
— Да. Наверное, да, но… Мне больше показалось, что это магия Пустоты.
Что? Я распахнула глаза шире, не веря услышанному.
— Когда туман рассеялся, Филиппа здесь не оказалось, — продолжил Энтони. — Думаю, он выпрыгнул в окно.
Я медленно перевела взгляд туда, где вместо окна зияла дыра в стене.
— И остался жив?
— Не знаю. Во всяком случае, тела на земле не было обнаружено.
Я прикусила язык: ведь мне тоже знаком полет из этого окошка, и я тоже осталась жива. Правда, исключительно благодаря магии Смерти. Но если муж прав, и Филипп владеет магией Пустоты…
Мне стало не по себе. Древняя, утерянная сила, последние владельцы которой жили на земле несколько сотен лет назад. Невозможно, чтобы Филипп обладал ею…
— Этого не может быть, — произнесла я, и с удивлением обнаружила, что собственный голос дрожит. Энтони пожал плечами.
— С этим будут разбираться дознаватели. Эдвард должен прибыть сегодня-завтра, и взять дело под контроль.
Я кивнула, все еще прижимаясь к супругу.
— Пойдем, — Тони потянул меня вниз. — Тебе следует присесть и успокоиться.
В гостиной на диванах уже расселись все члены семьи: тут была и леди Глэдис, которую разбудила Цилла, теперь сидящая рядом с матерью, и леди Мойра, с лица которой не сходила улыбка, и бледная, измученная Стела, скромно устроившаяся на самом краю скамьи.
Финн и Мелли сидели возле входа, и, завидев нас, Дегросс поднялся, чтобы увести Энтони в сторону. Пока мужчины шептались, я бросилась к Амеллин.
— Как ты?
— Нормально, — Мелли виновато улыбнулась, — толку от меня, конечно, никакого не было.
— Не говори так, — возразила я. — Ты чуть не погибла!
Амеллин поежилась, очевидно, вспомнив руки Филиппа на своей шее, и поплотнее закуталась в шаль. Помолчав, она спросила:
— Лавин скрылся, ведь так?
— Да, — нехотя призналась я. — Энтони считает, что он выпрыгнул в окно, но не разбился. Тела так и не обнаружили — значит, подлец ушел на своих двоих. И…
Я немного помедлила, думая, стоит ли упоминать еще одну догадку Энтони. И решилась:
— Тони считает, что сила Филиппа… Это была магия Пустоты.
— Что? — Амеллин вскинула на меня серые глаза, недоуменно отшатнулась. Шаль сползла с ее плеч, а все присутствующие в гостиной мгновенно обратили на нас внимание.
— Тише, — шикнула я. — Это еще не точно.
— Но… Это невозможно, — тихим голосом проговорила Мелли. — Последний раз магия Пустоты пробуждалась около двухсот лет тому назад. И… Она крайне опасна. Всех магов Пустоты ставили на учет, чтобы отслеживать и контролировать их способности, а после — и их потомков, даже если внешне признаков не было. Откуда у Лавина такая магия?
— Понятия не имею, — дернула я плечами. — Во всяком случае, это еще не точно. Вполне вероятно, что Тони ошибся. Когда приедет Эдвард, можно будет расспросить его.
Мелли согласно кивнула, и подняла глаза. Я проследила за ее взглядом, и заметила, что Финн с Энтони уже договорили, и сейчас испытующе смотрят на Стелу, которая от такого пристального внимания съежилась еще больше.
— Думаю, нужно все объяснить, — тихо произнесла Мелли. — Рассказать все, что мы узнали.
Я вздохнула. Ну, да, придется, иначе Энтони сейчас прожжет в Стеле дыру. Кашлянув, я встала и обратилась ко всем в гостиной:
— Дорогие… э-э-э, друзья и родственники, — начала я неуверенно. Леди Мойра хмыкнула, но, заметив мой яростный взгляд, уткнулась в чашку с чаем. — Сегодня кое-что произошло…
— Кое-что? — рявкнула злая Присцилла. — Где мой жених?
Ну, вот этого я и боялась. Набрав в грудь воздуха побольше, я честно призналась:
— Сбежал.
— Сбежал? — взвизгнула Цилла, краснея от гнева.
— Я бы от такой тоже сбежала, — пробормотала Стела, вызвав смешок у Финна и леди Мойры. Леди Глэдис поспешила встать на защиту дочери:
— Виринея, дорогая, что случилось? Я проспала весь день, а когда Цилла меня разбудила, то половина дома оказалась разрушенной… До меня дошли сведения, что Филипп напал на вас. Разве это возможно?
— Возможно, — устало ответила я, и махнула рукой. — Давайте я расскажу все по порядку, а потом вы зададите все вопросы. Хорошо?
Все кивнули, кроме Присциллы — та наморщила нос и презрительно фыркнула, но Энтони так посмотрел на нее, что девчонка тут же замолкла.
— Отлично. Начну, пожалуй, — кашлянула я. — В первую ночь в Рогорне я услышала странный шум, донесшийся из коридора. И решила проверить комнату, из которой, как мне показалось, доносился странный шум. Это был кабинет покойного лорда Кастера, но, как вы понимаете, я не смогла определить, взяли ли что-нибудь оттуда, поскольку была там впервые.
— Тогда украли мертвый камень? — вмешалась в разговор леди Глэдис. — Так это все-таки были не вы? Но тогда кто? Леди Мойра?
— Что за чушь ты несешь?! — рявкнула старушка на невестку. — Совсем ополоумела? Камень и так принадлежит мне, зачем мне его красть?
— Тихо, — топнула я ногой, пока две леди не начали друг друга убивать. — Да, леди Глэдис, именно в ту ночь украли мертвый камень. Но это сделала не я, и не леди Мойра.
— Но кто? — вздорно осведомилась бабушка Энтони. — К камню может прикоснуться лишь тот, в ком течет магия Баллардов…
— Кажется, я знаю, кто, — произнес мой муж и посмотрел в сторону Стелы. Я согласно кивнула, и попросила: