Аргус – Тайны наследства Единой Империи (страница 6)

— И тебя тоже, и Матвея Петровича! Я спать, разбудите меня завтра в девять часов утра, Генри пошел в ванную комнату. Быстро приняв душ, и засыпая на ходу, он пошел в спальню. На кровати сидела одетая Яна.

— Генри ложись, и я тебе помассирую голову, как раньше, — сказала она, — тебя это всегда успокаивало, пока Раечка спит. Генри лег на кровать, и положил голову ей на колени, а она стала массировать ему кожу головы. Генри обнял ее, и заплакал. Все напряжение с того момента, когда он увидел мертвую Дашу у машины, когда носился по городу, казня ее убийц, все сейчас прорвалось наружу. Яна гладила его голову и плакала сама. Потом Генри незаметно уснул, усталость взяла свое. Аккуратно положив его голову на подушку, Яна заботливо укрыла его одеялом, и вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Она заглянула к Раечке, та спала в кроватке, сопя носиком. Ее произошедшие трагедии пока не касались. Она направилась на кухню.

На кухне сидел отец Даши.

— Уснул, — сказала Яна, садясь на стул. Когда Даша не заехала за ней в назначенное время, как они договорились, она набрала номер Генри, но у того телефон был отключен. Тогда она набрала номер отца Даши, и услышала страшное известие. Схватив Раечку, она вызвала такси, и поехала на ферму. Когда она увидела мертвую Дашу, лежащей на кровати, она так разрыдалась, что испугала Раечку и отца Даши. Она снова потеряла единственную подругу, которая у нее была. Насилу успокоившись, она уложила Раечку, которую разморило на свежем воздухе, спать. Потом приехала полиция, Скорая помощь, оформляли документы. Дашу забрали, и увезли. Затем уехали полицейские.

Отец Даши сидел за столом и держал в руках телефон, на котором Даша, живая и веселая, готовила им с Генри ужин. Безмолвные слезы текли по его лицу. То, что ее убийцы мертвы, это не давало старому мастеру никакого утешения. Жизнь утратила всякий смысл.

Глава 4

Отец Даши посмотрел на Яну и спросил ее, — ты любишь Генри?

— Очень, больше всего на свете, и буду любить всю свою жизнь. Кроме него, больше ни один мужчина ко мне не прикоснется. Даже если он откажется быть со мной, — твердо сказала Яна, — но я к нему не приставала, когда Даша, когда она была жива, — и Яна снова заплакала.

— Я знаю, Даша полюбила тебя, и считала своей лучшей подругой, — сказал отец.

— Я ее тоже, — всхлипывая сказала Яна, — и Раечка ей так нравилась. Она хотела стать ее крестной.

— Хочешь стать женой Генри? — в упор смотря в глаза Яны, спросил ее Матвей Петрович.

— Это все, что я хотела бы в жизни. Стать его женой, заботится о нем, нарожать ему много деток, но я сама все испортила, — опять зарыдала Яна.

— Тогда слушай меня, есть один вариант, как это сделать.

— Как? — Яна даже перестала плакать.

— Я остался совсем один, — сказал отец Даши, — если со мною что-то случится, то права на участок прейдет к государству, а от него к какому-то благородному. И Генри может утратить права на него. А для его будущей семьи этот участок очень важен. Почему, я расскажу потом.

— И что? — не понимала Яна.

— А то. Ведь тебе нет еще восемнадцати лет?

— Мне еще и семнадцати нет, — вздохнула Яна.

— Тогда я тебя удочерю. И ты, как моя дочь, получишь права на этот участок. И станешь для Генри очень важной. Он и так тебя любит, хоть и не показывает это. А эта ситуация, поможет ему принять правильное решение. И он возьмет тебя замуж.

— Но существует два важных вопроса, — сказала обрадованная Яна, — я же плебейка, как я получу права на участок? И второй, Генри должен меня очистить от семени этого урода. Он обещал это сделать через год, после того, как родилась Раечка.

— Первый вопрос ерунда. Удочерив тебя я передам тебе не наследственный титул баронессы. То есть, ты можешь законно владеть этой землей.

— Не наследственный? То есть, Раечка не сможет его получить?

— Пока нет, и это хорошо.

— Почему?

— Потому, что есть еще ее биологический отец. Он в любой момент может предъявить права на нее. Да, пока ты нищая голодранка, он об этом не думает. Но если ты станешь владеть землей, которая стоит огромных денег, а Раечка твоя дочь, он тут же может вспомнить, что он отец. Пока, либо я, либо Генри ее не удочерит, а он это сделает, когда возьмет тебя замуж, эта ситуация очень опасна.

— Но я не смогу будучи баронессой выйти замуж за Генри, и не потерять титул, а вместе с ним и прав на эту землю, — произнесла Яна.

— Ничего, поживете гражданским браком, пока Генри не получит дворянский титул, а он его обязательно получит, я уверен. А что касается, твоего очищения, я возьму с него клятву памятью Даши, что он это обаятельно сделает.

— Спасибо, папа Матвей, — и Яна обняла старого мастера, потом замялась, и спросила — а можно я полежу с Генри, только полежу, никаких вольностей, а то он там совсем один?

— Конечно, я думаю Даша не была бы против, Раечку с собой возьми, пусть привыкает к ней.

— Спасибо, — и Яна побежала за кроваткой с Раечкой. Взяв переноску с ребенком она пошла в комнату к Генри. Там положив девочку на стул рядом с кроватью, она легла, обняла спящего Генри, и прошептала ему, — Теперь все будет хорошо, любимый.

Генри утром разбудила в восемь часов Яна. Она наклонилась над ним, поцеловала его в губы и стала будить. Он открыл глаза, и спросил, — Пора?

— Пора, милый, — сказала Яна, — ты не против если я буду называть тебя так, как раньше?

— А Матвей Петрович не будет против? Мы же еще даже Дашу не похоронили.

— Не будет, вставай соня, идем завтракать и у него к тебе серьезный разговор, — и Яна стянула с него одеяло.

— Ты что делаешь, бесстыдница, — улыбнулся Генри.

— Можно подумать, я что-то там не видела, — тоже улыбнулась она, и добавила, — идем, завтрак стынет.

На кухне они все сидели на кухне. Яна кормила грудью Раечку в углу, чтобы мужчины не видели.

— Генри, — начал отец Даши, — скажи мне прямо и честно сейчас — ты любишь Яну? Хорошо подумай, от твоего ответа многое зависит. После всего того, что произошло, продолжаешь ли ты ее любить?

Яна замерла в углу, перестав даже дышать.

— Да, я ее продолжаю любить, несмотря на все, что произошло, — твердо ответил Генри. В углу облегченно выдохнула счастливая Яна.

— Спасибо родной, — тихо сказала она, — я всегда это знала и чувствовала. Я тебя больше никогда не подведу.

— Хорошо, теперь поклянись, что ты через год проведешь очищение Яны, а потом возьмешь ее в жены. Поклянись именем Даши, — твердо сказал отец Даши.

— Я и так это сделаю, — сказал удивленный Генри.

— Поклянись, — продолжал настаивать Матвей Петрович.

— Хорошо, клянусь, — и Генри прочитал текст ритуальной клятвы.

— Отлично, теперь я хочу, чтобы ты знал, что я решил удочерить Яну, с передачей ей своего баронского титула. И прав на эту землю.

— Это прекрасная идея! — радостно воскликнул Генри, — лучше и придумать ничего нельзя! Поздравляю и Вас и Яну!

Яна отнесла поевшую и заснувшую Раечку в комнату, и вернувшись, села за стол к мужчинам. Они заканчивали завтрак, и обсуждали планы на день.

— Генри, я уже заказал машину с бетоном, она будет в одиннадцать часов, а для закупки того, что ты заказал, я поеду на склад. Хотя, я так и не знаю, что ты задумал. А когда мы поедем за Дашей?

— Думаю, мы управимся до трех часов дня, потом вместе послушаем выступление Финансового Директора, и после этого поедем за Дашей. Раньше все равно в экспертизе они ничего не сделают. Матвей Петрович, я прошу Вашего разрешения похоронить Дашу, как мою жену, рядом с моими родными.

— Я хотел, чтобы она лежала рядом с мамой, но ты прав. Она была, хоть и недолго, твоей женой, и была счастлива с тобой. Пусть будет так. А меня похороните, когда настанет мой час, рядом с женой.

— Путь это будет нескоро! Чтобы Вы еще на свадьбе Раечки погуляли, — попросила Яна.

— Яна, тогда памятник, общий установим уже через год. Вместе с Дашей.

— Конечно, милый.

— Тогда за работу, — Генри встал, — а я позвоню Магистру. От него много звонков было со вчерашнего дня. Отец Даши, вышел из дому и уехал на склад, Яна стала собирать одежду для Даши, и начала подготовку к обеду.

Генри вышел на улицу, сел на лавку и набрал номер Магистра. Тот сразу взял трубку.

— Здравствуй, мой мальчик. Мои соболезнования по поводу Даши. Это ужасная трагедия, — начал Магистр.

— Здравствуйте, дядя Лео. Ваши люди опять облажались, — не стал миндальничать и лицемерить Генри.

— Это справедливо, — не стал спорить Магистр.

— Я сам со всем разобрался, и все уладил, — устало сказал Генри.

— Я знаю, теперь ты успокоился? Вендетта завершилась?

— Вендетта да, а на сердце у меня появился еще один рубец.

— Мальчик мой, мы летим на Тартар и будем у вас послезавтра. Я хочу успеть на похороны Даши. Она была хорошей девочкой.

— Спасибо, это будет большая честь для нашей семьи. И еще, дядя Лео, сегодня в три часа дня, Финансовый Директор, выступит по телевиденью и сделает важное заявление, которое касается и Горной Гильдии, послушайте обязательно.

— Я видел вчера твой визит к нему. Это было очень опасно, а если бы он тебя застрелил?