Аргус – На краю Вселенной (страница 59)

Обратный полет показался куда короче, чем полет к лагерю, и вскоре показалась столица. Все прильнули к иллюминаторам. Под истребителем проплывали окраины столицы. Наконец, показалась Академия Гуманитарных Наук. На спортплощадке уже стояли сотрудники. Питер осторожно посадил корабль, и открыл аппарель. На борт поднялись грузчики, и стали выносить, под присмотром Дианы, ящики. Девушки тоже вышли, поблагодарив и попрощавшись с Дианой и Питером, разъехались по домам.

Когда все ящики разгрузили, а рабочие получили подробные инструкции от Дианы, молодые люди снова поднялись на борт, и истребитель направился на свою стоянку в аэропорт. Там, после парковки самолета, они сели в автомобиль и поехали в город.

— Дианочка, — спросил девушку Питер, — давай заедем в супермаркет и закупим продукты. Я хочу устроить праздничный ужин в честь твоего приезда! Ты покажешь мне, где такой магазин есть?

— Питер, давай, я сама сяду за руль, — предложила улыбающаяся девушка.

Она лихо подкатила на стоянку перед огромным магазином. Держась за руки, они вошли в большой просторный зал. Девушка повела его вдоль полок, выбирая все, что считала нужным. Питер любовался ею, изредка, уловив момент, обнимал и целовал ее. Она смеялась глубоким грудным смехом, шутливо увертываясь, но всегда в ответ жарко целуя его. Пришлось взять вторую тележку. Расплатившись на кассе, они выгрузили продукты в багажник, и поехали домой. Бабушка уже звонила Диане, беспокоясь, почему они задерживаются.

Заехав в гараж, где их уже ждала герцогиня, Диана запарковала автомобиль и вышла. Они с бабушкой бросились обнимать друг друга. А Питер стал выгружать продукты. Женщины присоединились к нему, но пришлось все равно сходить несколько раз.

Питера послали переодеваться, а бабушка с внучкой стали сервировать стол в столовой. Потом все сели за стол. Питер понял, что такого, богато сервированного продуктами стола, в доме не было давно. Сердце наполнилось щемящей жалостью к этой девочке и к ее бабушке. Ему очень захотелось вернуть радость и биение жизни в этот гостеприимный дворец, где его так ждали все эти годы.

Глава 32

— Амалия, — сказал он, когда все приступили к еде, — не обижайтесь, мне кажется, этому дому очень бы не помешали две вещи: слуги и ремонт. Я не хочу, чтобы Вы и Диана, тратили свое время и силы, убираясь в нем.

— Какие обиды, Питер, — ответила герцогиня, — ты абсолютно прав.

— Тогда, давайте завтра, наймите прислугу и подумайте, как нам сделать ремонт.

— Питер, — глядя в тарелку, тихо прошептала Диана, — это очень дорого, у нас с бабушкой нет таких денег.

— Зато они есть у меня! И я очень хочу сделать твою жизнь радостной и светлой. Милая Диана, не обижай меня своим отказом!

— Она не обидит! Наконец, после долгого перерыва, в этом доме появился настоящий мужчина! — решительно сказала Амалия.

— Дианочка, какие реквизиты твоей банковской карты? — спросил девушку генерал.

— Я не помню, сейчас принесу, — и девушка, выйдя из-за стола, быстро вернулась с пластиковой картой, протянув ее Питеру. Тот быстро стал что-то набирать в телефоне. Через пару минут пискнул мобильный Дианы, уведомив о получении нового сообщения. Девушка открыла его и потрясенно сказала:

— Сколько?! Бабушка, посмотри! — и она передала ей телефон.

— Один миллион империалов! Спасибо, Питер! Завтра я всем займусь. Наши старые слуги только и ждут, чтобы я их снова вызвала на работу!

— Спасибо, родной! — снова прошептала Диана, восторженно глядя на любимого.

— Я постараюсь сделать все так, чтобы ты больше никогда не огорчалась, — просто ответил молодой человек. Бабушка только одобрительно кивнула. Потом все вернулись к ужину. В это время зазвонил телефон Питера. Все посмотрели на него.

— Это генерал Коршунов! — при этих словах Диана вся сжалась в комок. — Нужно ли ему отвечать? — спросил он, глядя на герцогиню.

— Питер, заместителю Руководителя Службы Имперской Безопасности не ответить нельзя! — строго ответила Амалия.

— Я не хочу с ним говорить! — настаивал Питер.

— Питер, не дури, ответь! — еще более строго сказала бабушка.

— Хорошо! Да, генерал, слушаю Вас! Что? Зачем? У меня нет никаких нерешенных вопросов с Вами! — и закрыв микрофон рукой, тихо сказал: — Он пригашает меня к ним в дом. Что ему ответить?

— Соглашайся, и не вздумай отказаться! — герцогиня в упор смотрела на Питера.

— Хорошо, когда? Завтра к часу? Я буду! До свидания! — и молодой генерал отключился.

На Диану было жалко смотреть. Она вся съежилась и на лице ее была написана крайняя степень отчаяния.

Питер встал, подошел к сидящей Диане обнял, и, прижав ее головку к себе, нежно сказал:

— Дианочка, тебе не о чем беспокоиться. В моем сердце теперь только ты.

— Правда? — Диана заплакала и уткнулась головой ему в живот. — Я так боюсь. А вдруг ты передумаешь? И не захочешь быть со мной? Не бросай меня, пожалуйста!

— Внучка! Немедленно прекрати! Ты оскорбляешь Питера такими предположениями! — строго сказала герцогиня.

— Милая, бабушка абсолютно права! — успокаивал девушку генерал.

— Почему ты называешь меня только милая! Почему ты ни разу не назвал меня любимой? — всхлипывая, спросила Диана.

Питер опустился перед ней на колени, взял ее головку в свои руки, и, глядя в глаза, произнес:

— Прости, любимая, — после чего поцеловал ее в губы. Диана обхватила его шею руками и так же жарко ему ответила.

Бабушка, утерев слезу, произнесла:

— Как жаль, что ни твой дедушка, ни твои родители, до этого не дожили. Но ничего, они там, на небесах, радуются вместе с Вами. Дети, давайте ложиться, а с тобой Питер, я завтра поговорю на счет этого визита. Мне нужно еще кое-что выяснить.

Питер хотел помочь женщинам вымыть посуду, но они его отослали спать, с уверением, что им нужно самим кое о чем посекретничать.

Питер поднялся в свою комнату, раздевшись, выключил верхний свет и включив прикроватный ночник, стал изучать старые карты, оставленные Генри Валентом.

Дверь в его комнату открылась, и вошла Диана, одетая в пижаму. Она быстро подошла к кровати Питера и шепнув деловито: «Подвинься», — залезла под одеяло, и прижалась к нему.

Молодой человек, отложив планшет, обнял девушку и начал нежно ее целовать.

— Питер, миленький, — виновато сказала Диана, — я очень хочу стать твоей сейчас, совсем твоей, но есть проблема.

— Это какая проблема? До свадьбы нельзя? — улыбнулся он ей.

— Эти глупости, пусть малолетние дурочки говорят. Нет, у меня месячные начались! Я так надеялась, что успею. Прости! Давай просто обнимашки?

— Ну конечно, любимая! — и Питер еще крепче обнял ее.

— Вот как только закончатся, сразу все и сделаем. Я не собираюсь, быть такой дурой, как Вероника! Она тебя не любила!

— Это почему?

— А потому! С тобой она не хотела становиться женщиной до свадьбы?

— Да, и что в этом плохого?

— Зато со своим мужем, она стала женщиной, через месяца после известия о твоей гибели на Тарсе и за три месяца до своей свадьбы!

— А ты откуда знаешь? — удивился Питер.

— Сам посчитай! Она родила через полгода после свадьбы!

— Да, так и выходит!

— Я вот почти месяц с нервным расстройством после этого лежала, а она с мужиком переспала! Вот ты видишь, кто тебя любит по-настоящему?

— Вижу, любимая.

Диана оперлась на свой локоток, и, серьезно глядя в глаза Питера, сказала:

— Питер нужно решить два вопроса!

— Какие?

— Первый! Нужно купить большую кровать для нас. Мы теперь будем спать вместе! Я пять лет была одна в холодной постели, и больше не хочу этого ни минуты!

— Милая, она не поместится в эту комнату.

— А мы тут и не будем жить. Мы переселимся в родительскую спальню.

— А там нет кровати?

— Есть! Но я не хочу делать наших детей на кровати, где мои родители делали меня! Это как-то нехорошо.

— Конечно, купим новую кровать.