Аргус – На краю Вселенной (страница 54)

Генерал Ландорф презрительно ухмыльнулся.

— Не только Империи Торн! — заметив это, в ответ ухмыльнулся Питер. — Но и в средства массовой информации трех других Империй: Тарай, Лидус и Крон! Им Вы, генерал, рот не закроете! Вот это будет скандалище!

Лицо генерала вытянулось и на нем появилось выражение сильнейшей досады.

— Питер, — примирительно, не преставая улыбаться, сказал генерал Круз, — насколько я Вас знаю, Вы не сторонник экстремальных поступков. Что Вы предлагаете, что бы решить эти, возникшие между Вами и армейским руководством, недоразумения.

— Я бы назвал это преступлениями, но из уважения к Вам, генерал, соглашусь с этой формулировкой, — согласился Питер.

— Итак, что Вы хотите? — снова спросил генерал.

— Вот это совеем другой разговор, — удовлетворенно сказал молодой человек, — сначала я скажу, что мне положено по закону, то, что я получу в любом случае, даже если для этого придется обратиться в суд.

— Думаю, что до суда дело не дойдет, — снова улыбнулся генерал Круз, — мы все настроены на конструктивное сотрудничество!

— Было бы не плохо, — ответил Питер, — итак. За мой беспримерный подвиг по спасению ваших задниц, и населения планеты Тарс, проявленные лично мною, находчивость, мужество и героизм, я требую:

Первое, — меня восстанавливают в рядах вооруженных сил.

Второе, — мне присваивают звание генерал-майора.

Третье, — меня награждают орденом за заслуги перед Империей первой степени с мечами, его не хватает для моей полной коллекции.

Четвертое, — мне выплачивают компенсацию за прошедший год и премию в размере сто миллионов империалов.

Пятое, — меня отравляют в почетную отставку по выслуге лет и утрате здоровья при исполнении своих служебных обязанностей, с полной пенсией и правом ношения мундира.

Шестое, — мне дарят истребитель, на котором я прилетел. И после этого, я надеюсь, больше никогда не видеть ваших гнусных рож, особенно Вашу, генерал Ландорф! Вроде бы все, кажется, ничего не забыл.

— Вы специально хамите и грубите нам? — недовольно спросил командующий армейскими силами Тарса.

— Скажу честно, меня от вас всех, кроме генерала Круза, просто тошнит. Как вспомню вашу трусость год назад, так руки сразу ищут пулемет, как тогда, на полигоне, — откровенно сказал Питер.

— Я думаю, все Ваши условия, кроме ста миллионов компенсации, мы могли бы удовлетворить, — примирительно произнес генерал Круз, — Питер, поймите нас правильно. Зарплата будет Вам начислена, особенно учитываю Вашу работу среди изгоев, по заданию Службы Имперской Безопасности, но таких денег у нас нет.

— Вы, господин генерал, злоупотребляете моим хорошим отношением к Вам! Почему меня должно волновать, что может, а что не может армейское командование? Когда я уничтожил, в одиночку, экспедиционный корпус изгоев, меня никто не спросил, могу я это сделать или нет! Но помня Ваше геройское поведение, я согласен снять это требование о компенсации в обмен на легализацию того, что я привез с собой.

— А что Вы привезли с собой? — спросил полковник.

— А это Вас не касается. Это мои дела со Службой Имперской Безопасности! Господа, вы меня утомили. Сроку вам для принятия моих условий – три дня! Если через три дня я не буду последовательно восстановлен, произведен, представлен к награде, не получу истребитель, и уволен на пенсию, то вы все пожалеете, что изгои вас тогда не убили. Так вы бы погибли героями, а так сдохните с позором в штрафбатах. На этом, я с вами прощаюсь! — и Питер, встав со стула, поставил его на место и направился к выходу.

— Мы Вас не отпускали! — взвизгнул Ландорф.

— А мне плевать, — нагло ответил молодой человек.

— Питер, подождите, — встал со стула генерал Круз, — господа, мое мнение таково: нужно согласиться с предложениями полковника. Я проведу его на медкомиссию, а вы пока посовещайтесь.

И они с Питером покинули кабинет, направившись в госпиталь. По дороге, генерал, смеясь, сказал:

— Питер, Ваше отсутствие в течении года, окончательно смыло с Вас все остатки субординации и чинопочитания, а так же полностью убили страх перед начальством.

— Мне нечего больше бояться, некуда и не к кому возвращаться, — с глубокой печалью ответил молодой человек, — по сути, мне приходится начинать жизнь с начала, с нуля.

— Не смешите меня, Питер! Какой ноль? Генерал-майор на почетной пенсии в двадцать пять лет! Ваши сверстники и однокурсники только капитаны, да и то не все. И кроме этого, Вы очень богаты!

— Как Вы узнали?

— Какой бы я был руководитель Службы Имперской Безопасности Тарса, если бы не знал, что Вы привезли с собой мешок необработанных алмазов и драгоценных камней. Вы о его легализации говорили?

— Да. У Вас и там есть свои люди?

— Да!

— Почему они не сообщили, что я жив? Может быть, тогда, Вероника меня дождалась бы?

— О том, что Вы живы, мы узнали совсем недавно, наш человек не в той группе, которая Вас подобрала.

Выйдя на улицу, они сели в автомобиль, и поехали в центральный военный госпиталь Тарса. Там они поднялись на пятый этаж огромного корпуса, и остановились перед дверью, на которой висела табличка:

«Начальник отдела медицинской экспертизы».

Генерал постучал, и услышал в ответ:

— Входите!

Открыв дверь, он и Питер, вошли. За столом сидела Екатерина Ларская, – дочь командующего северным сектором Тарса. Теперь на ней были погоны капитана медицинской службы, а на пальце обручальное кольцо. Увидев Питера, у нее широко открылись глаза.

— Ты?! Вы?! Живой?! — ее удивлению не было предела. — Вы же погибли на Стиксе!

— Вы не первая, кто тоже так подумал! — ответил Питер. — Еще не отлили ту пулю, и не сделали ту бомбу, которая бы меня убила.

— Госпожа капитан! Служба Имперской Безопасности просит провести медицинское освидетельствование Питера Райса, на предмет его годности к прохождению действительной военной службы, или комиссования, по причине состояния здоровья. Вот письменный запрос! — и генерал протянул ей официальную бумагу. — Питер, я Вас оставляю, как закончите, наберите меня, я пришлю машину, у нас будет еще очень важный разговор с Торном.

— Я не хочу с ней говорить, — ответил Питер.

— Ее нет в Империи, она в Лидусе, с мужем, нужно поговорить с генералом. И это обязательно, прошу Вас.

— Хорошо!

И генерал покинул кабинет. Екатерина встала из-за стола и пригласила молодого человека пройти в соседний кабинет.

— Раздевайтесь до нижнего белья, — приказала она. Питер снял одежду, а Екатерина вскрикнула, увидев его спину и заднюю поверхность ног, покрытых коллоидными пост ожоговыми рубцами. Она прослушала его, померила ему давление, и выписала кучу направлений на обследование. Питер оделся и отправился по кабинетам.

Он сдал кровь, его просвечивали разными аппаратами, засунули в какую-то трубу, но через два часа, он снова был в кабинете Екатерины. Она взяла пачку бумаг и вместе с Питером направилась в кабинет директора госпиталя. Там уже сидело несколько человек, членов комиссии.

— Дорогая, передай мне, пожалуйста, документы, — громко сказал директор, с погонами полковника медицинской службы, пристально глядя на Питера. Тут он заметил обручальное кольцо на его пальце, такое же, как и у Екатерины, и понял, что полковник ее муж. И он знает об их отношениях, точнее, о чувствах Екатерины к нему.

— Полковник Райс! — послышалось после того, как члены комиссии изучили представленные результаты обследования и анализов, — мы вынуждены Вас огорчить.

— Чем же? Я действительно умер? — пошутил Питер, вызвав кривую усмешку у мужа генеральской дочери.

— Нет, пока Вы живы и для человека, оказавшегося в эпицентре взрыва гифтонового реактора, очень даже здоровы. Но!

— Все дерьмо начинается именно после но! — вздохнул комиссующийся.

— Для строевой службы, ввиду ожогов на спине и ногах, Вы не пригодны. Коллеги, предлагаю рекомендовать командованию комиссовать полковника для выхода на пенсию, в виду травм полученных при несении службы, — сказал директор госпиталя, подумав про себя: «Ты уйдешь из армии, уедешь отсюда, и будешь подальше от моей жены»

— Кто «За»? — вынес он свое предложение на голосование и все проголосовали «За».

— Отлично! Полковник, подождите полчаса за дверью и получите сразу заключение на руки, копию мы отправим по почте. Милая, — сказал полковник, видя, что Екатерина хочет выйти за Питером в коридор, — останься, пожалуйста, и помоги быстро оформить документы. Не будем заставлять нашего героя ждать. Жена, молча, повиновалась.

Через тридцать минут Питера пригласили и вручили ему пакет с документами для Армейского управления. Екатерина смотрела в стол. Питер поблагодарил и вышел в коридор. За ним вышел директор клиники.

— Подождите, Питер, — попросил он офицера, — мне известно про Вас и Катю. Я знаю, она меня не очень любит, пока, но я сделаю все, чтобы она стала счастливой. Не разрушайте наш брак, пожалуйста.

— Полковник, не переживайте. Скоро я уеду с этой проклятой планеты и, надеюсь, больше никогда сюда не вернусь. На счет Кати не переживайте, я не имею дело с замужними женщинами. Спасибо и прощайте.

— Спасибо! — полковник пожал руку Питеру и смотрел ему вслед до тех пор, пока тот не скрылся за поворотом коридора.

Выйдя на улицу, Питер набрал номер генерала Круза и сообщил ему, что освободился. Через десять минут, подъехала машина, которая отвезла офицера в здание Службы Имперской Безопасности. Пройдя вахту, он поднялся в кабинет генерала. Тот его уже ждал у монитора.