Аргус – На краю Вселенной (страница 12)
Глава 7
После инцидента в столовой, остальные шесть дней полета прошли нормально. Питер работал постоянно с ноутом, изучая и выбирая на какую базу или заставу ему проситься. К нему больше никто не приставал, более того, он и пищу принимал в одиночестве. Оба лейтенанта пересели за другой столик. Молодой капитан не сильно огорчился, — они оба ему не понравились. Парень своею трусостью, девушка просто не нравилась. В ней было что-то неестественное и фальшивое. Она точно что-то скрывала, а юноше не хотелось в этом копаться.
ПЛАНЕТА ТАРС. АРМЕЙСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ.
Генерал-лейтенант, командующий объединенными армейскими силами планеты Торн, сидел в своем кресле и ждал звонка от заместителя министра имперской обороны генерала армии Ландорфа. Формально, он подчинялся только Министру Имперской Обороны, да и то, только по отдельным вопросам. Но он мечтал покинуть эту проклятую планету и дослужить до пенсии, где-то в спокойном месте. Не подвергаясь постоянным нападениям Изгоев из космоса, и бунтам местных уголовников. А вот это уже зависело от генерала Ландорфа. Поэтому, когда ему сообщили, что тот позвонит, он с волнением ждал сеанса связи. Опыт подсказывал ему, что Ландорф будет просить его о какой-то подлости или гадости. Но и отказать ему он не мог.
Наконец, зазвонил телефон правительственной связи. Генерал-лейтенант снял трубку.
— Здравствуй, Майкл, — поздоровался Ландорф.
— Здравия желаю, господин генерал, — ответил командующий.
— Как дела, как супруга?
— Все хорошо, мечтает уехать отсюда поскорее!
— Вот именно по этому поводу я и звоню. Скоро освободится должность командира базы под столицей. Ты в числе кандидатов на нее!
— Я был бы счастлив ее занять, господин генерал!
— Для этого, одного твоего желания мало, нужно еще и мое желание, и оно главное!
— Я понимаю. Что я должен сделать, чтобы заслужить Ваше доверие?
— Сущий пустяк. К тебе скоро прибудет некий капитан Питер Райс. Отъявленный негодяй, хам, грубиян, убийца и скандалист!
— Ну, это как раз наш контингент! — вздохнул командующий. — Прислали бы хоть раз нормального офицера.
— Он даже на транспорте, который летит к Вам, устроил безобразную выходку со стрельбой и инвалидностью нескольких человек. Да, они были не ангелы, но такая жестокость запредельна.
— Что я должен сделать? Мне его арестовать?
— Нет, арестовывать его не нужно, будет отсиживаться на казенных харчах на гауптвахте, в тепле и безопасности. А служба, тем временем, будет идти.
— Тогда, что?
— Зашли его в такое место откуда никто не возвращался. И тогда, твои шансы переехать из этого филиала Ада в столицу, будут стопроцентные. У тебя есть такое место?
— Есть! Пять командующих базой покончили жизнь самоубийством.
— Это твое
— Должность командующего базой — генерал-майорская. Срок службы — год за пять. По закону, если он выживет, за эти пять лет, то выйдет в отставку, как минимум, генерал-майором. Очередность присвоения званий закреплена в договоре!
— Кто-то смог выжить там пять лет? — уточнил Ландорф?
— Никто. Максимальный срок службы, составил полтора года, после чего, тот командующий, сошел с ума!
— Превосходно! Можно его сразу туда и направить?
— Это последнее место службы на Тарсе. Сначала, я его отправлю в один гадюшник. Договорюсь, чтобы там его подставили так, что иного варианта, кроме службы на Стиксе, у него не будет.
— Что такое Стикс?
— Это название той базы! Кстати, там он будет служить совершенно один!
— Одиночное заключение на базе! Это превосходно!
— Значит, я могу рассчитывать на перевод?
— Рассчитывать ты можешь на что угодно, но переедешь, только после того, как сделаешь работу!
— Разрешите приступить к исполнению?
— Приступай и смотри, не подведи меня.
Связь прервалась. Генерал чувствовал себя так, как будто искупался в луже навоза. Но он знал правила игры. Или ты играешь по правилам системы, либо система тебя раздавит, съест и выплюнет не заметив. Потом, он вспомнил жену, ее мечту уехать отсюда к детям и внуками, и понял, что у него нет другого выхода, кроме как выполнить приказ, не просьбу, а именно приказ Ландорфа. Его не обманывал его дружеский тон, он знал, на что способен этот человек.
«Интересно, чем ему так не угодил это капитан?» — подумал он. Вызвав секретаршу он попросил ее принести ему личное дело капитана Питера Райса. После чего погрузился в его изучение.
СТОЛИЦА ИМПЕРИИ ТОРН. ДВОРЕЦ СЕМЕЙСТВА КОРШУНОВЫХ.
Прошла почти неделя после того утра, когда Вероника увидела кольцо Питера на своей тарелке. Она впала в какое-то оцепенение. В лицее начались каникулы, и она сидела целыми днями в своей комнате на кровати, тупо смотря в экран ноута. На нем была их совместная фотография с Питером, возле скульптуры ее прадеда на Орлином мосту. Их снял ее брат. Оба весело смеялись и были так счастливы. И все это исчезло, как будто и не было никогда. И в этом была виновата только она. Она все неправильно рассчитала, хотела сделать как лучше, и все сама испортила. И теперь уже ничего не исправишь.
А самое главное, что он уехал в полной уверенности, что она его предала и бросила, связавшись с этим уродом. Она была готова его ждать хоть десять лет, так как любила всем сердцем. Но он этого не знает. Теперь его там окрутит какая-нибудь расторопная девка. Женит его на себе, родит ему детей, и он будет потерян для нее навсегда. И осознание этого давило на нее тяжким бременем. А если он там погибнет? Так и не узнав, как она его любит?
Боль в сердце становилась невыносимой. Она была такая, что она даже не могла плакать. Мама с тревогой наблюдала за ней, и ее беспокойство нарастало. Вероника практически ничего не ела, ослабла, похудела, стала бледной. Она хотела только одного. Умереть, чтобы ее сердце и душа так не болели.
Вечером в кабинете отца собралась вся семья, но без Вероники. Она лежала с своей комнате на кровати и смотрела неподвижно в потолок.
— Нужно что-то делать! — решительно сказала мама, — наша дочь умирает! Я не могу этого больше видеть!
— Это точно, — подтвердил сын, — никогда не думал, что выражение умереть от любви, увижу сам, вживую! Рассказал об этом Авроре, она даже заплакала! А Ника даже не плачет. Мне страшно, мама! Вот не думал, что она так влюбится!
— Генри, — обратилась мама к мужу, — нужно что-то делать! Чего ты молчишь, дочка вот-вот умрет, а ты на столько равнодушен!
— У меня есть, чем ее расшевелить. Сегодня мне принесли видеозапись «подвигов» Питера на транспорте!
— Ты ее смотрел?
— Конечно, это впечатляет!
— Папа, она у тебя с собой? — в дверях стояла исхудавшая Вероника.
— Да, я специально ее принес.
— Давай посмотрим. Хочу видеть его, последний раз, может быть.
— Сестренка, ты что говоришь такое?! — младший брат вскочил и, бросившись к ней, крепко обнял.
— Ника не умирай пожалуйста, я так тебя люблю! — он заплакал. Сестра молча гладила его по голове почти прозрачной ладошкой.
— Хватит! — отец стукнул по столу кулаком, — никто не умрет! Вероника, я тебе обещаю, что как только Питер прибудет на Тарс, мы установим с ним связь и все объясним.
— Что объясним? — вяло спросила Вероника, — что я его предала?
— Что он неправильно все понял. Если ты захочешь мы можем туда даже слетать! — заявил отец.
— Правда, папа? Ты не шутишь! — ожила девушка.
— Папа не шутит, — обрадовалась мама, — но дочка, ты хочешь показаться перед Питером в таком виде? Тощей как скелет?
— Нет, конечно! Но я думала, что все уже кончено! И я его никогда не увижу! Я не хотела жить!
— Пока мы живы, ничего не кончилось, — сказал тоже обрадовавшийся отец.
— Давайте смотреть видео, папа, — нетерпеливо сказала Вероника.
— И давайте что-нибудь перекусим, — тут же предложила мама, — дочка, ты что хотела бы?
— Если честно, то отбивную, — призналась Вероника.
— Отлично, сейчас разогреем. Идем в столовую, я отдам распоряжение на кухню, там и посмотрим! — мама подхватила дочку под руку, и все радостные направились в столовую. Пока отбивные грелись, отец вставил флешку в разъем монитора и на экране появилось изображение столовой транспорта. К столику, где сидел Питер, подходили парень и девушка в форме лейтенантов медицинской службы.
Вероника впилась глазами в лицо любимого и ловила каждое его движение и эмоцию. События на экране развивались стремительно. Все охали и вздыхали, а когда лицо Питера стало грустным при упоминании о девушке, Вероника не выдержала и разрыдалась. Она так сильно рыдала, что все испугались. Ее худенькое тело билось, словно в судорогах. Вся та боль, которая копилась в ней все эти дни выходила наружу, очищая ее душу. Пришлось остановить просмотр, пока она не упокоилась. Но после того, как она от души выплакалась, на ее лице засияла улыбка, впервые за это время.
Закончив просмотр, младший брат с восхищением сказал: