Ардана Шатз – Рецепт любви. Алхимическая практика (страница 10)

В последней части письма подруги рассказали, как проходит их практика, и оказалось, что проводить по несколько часов в пыльных архивах не только скучно, но и утомительно. На что я подумала, что это все равно веселее, чем коротать вечера после практики в глухом поселке посреди леса. Там, у Киры с Лолой хотя бы есть море, да и они вдвоем, а не поодиночке.

— Ханна, ты сегодня работала из рук вон плохо. — Заявил Артур за ужином.

Я скривилась, когда он отвернулся. Сегодняшним заданием было протереть все полки в зале и переписать красивым почерком ценники и составы зелий. И я просто не могла не вспомнить слова магистра, который сказал, что раз я не хочу стать лучше в алхимии, меня ждут хозяйственные работы вроде уборки. И, конечно же, снова оказался прав.

Не удивительно, что я снова и снова погружалась в размышления о своих чувствах к магистру, и от этого работа шла гораздо медленнее. Хотя я так и не решила, что все-таки чувствую к Кайросу Соландру: вполне понятные злость и раздражение или же странное и неправильное влечение. Мне одновременно хотелось и кинуть в него ретортой за его ухмылочки, и повторить тот поцелуй.

— Простите, Артур. Завтра я исправлюсь. — Буркнула я, радуясь, что старик не так внимателен, как его племянник, и не заметил, что я весь день витаю в облаках. Хотя, учитывая, что о нормальной обстановке в моей комнате позаботился все-таки магистр Соландр, а не Артур, можно было догадаться, что старику вообще нет дела до чужих переживаний.

— Надеюсь. — Так же ворчливо отозвался старик. — Не хотелось бы, чтобы Кайрос оказался прав насчет твой безрукости.

Я поджала губы. Нет, мне определенно хотелось швырнуть в магистра чем-нибудь тяжелым. Ни о какой влюбленности и речи быть не может.

18

Какими бы ни были мои к нему чувства, магистр возвращаться не собирался. И еще через несколько дней я перестала терзать себя ненужными фантазиями и включилась в работу. Тем более что Артур теперь давал мне более ответственные задания. Я вела журнал учета, помогала принимать заказы и пару раз даже занималась созданием базовых заготовок. И что самое странное, в этот раз у меня ничего не валилось из рук.

Колбы не спешили упасть на пол, чтобы разбиться, нож был острым, и даже крошечные горошинки розового перца, которые я измельчала для настойки бодрости, не разбегались от меня по всему столу.

Я даже позволила себе взять листья лавра и порезать их.

— Архоновы приспешники! — Тихо выругалась я, видя, как листья ложатся под ножом ровными полосками. — И почему сразу так нельзя было?

Догадка была очевидной. Алхимия сопротивлялась моим усилиям только в присутствии магистра. Я со злости чуть нож не воткнула в доску, хотя всеми правилами это было запрещено. Магистр Соландр так стремился сделать из меня примерную ученицу, но сам был причиной моих неудач!

Стоило мне только подумать о магистре, как все вернулось на свои места. Листья стали ломаться, доска заплясала под руками, а я чуть не споткнулась на ровном месте. Окончательно психанув, я бросила нож и выбежала на улицу, чтобы отдышаться. А заодно выбросить из головы магистра, невольно ставшего причиной моих бед.

Магистр, однако же, убираться из мыслей не торопился. Может, он сам наслал на меня это проклятье? А потом просто сделал вид, что провел проверку моего магического фона. Вот только зачем ему это?

Я села прямо на низкий порожек и прислонилась спиной к двери. Посмотрела в небо, затянутое низкими тучами, и глубоко вдохнула прохладный воздух. Опять придумала себе неизвестно что… Вряд ли магистру хочется заниматься подобными глупостями.

Перестав строить теории о злодейских планах магистра Соландра, я переключилась на Маркуса. Злость на бывшего парня моментально затопила меня, стирая последние мысли о том, кого нельзя вспоминать. Вот уж в кого мне хотелось кинуть не просто чем-то тяжелым, а желательно взрывоопасным. Чтобы он там сломал себе что-нибудь в своей Эльдоре!

Как ни странно, но мечтательно-мстительные мысли помогли мне успокоиться и, вернувшись в подсобку, я больше не сеяла хаос вокруг. Спокойно доделала заготовки и даже успела навести порядок на рабочем месте к тому времени, как Артур заглянул напомнить, что рабочий день окончен.

Насколько я понимала, у лавки не было какого-то строгого графика, как в магазинах Этерниса, где, опоздав хотя бы на полминуты, ты неминуемо натыкался на запертую дверь. С другой стороны, все, даже самые крошечные лавочки, открывались в указанное на дверях время.

Артур же торговал, кажется, больше по настроению, чем по какому-то расписанию. Он мог не открывать лавку до обеда, а мог начать торговать еще засветло, если ему не спалось. Другое дело, что в эти часы у него, естественно, не было посетителей. Но я все равно просыпалась, слыша, как он расхаживает туда-сюда по торговому залу, то и дело переставляя товары на полках. И хорошо, что хотя бы для меня он сделал исключение, и моя работа проходила в одно и то же время с погрешностью в пару часов.

Сегодня вот он решил закрыться пораньше и так же пораньше отпустил меня. А я, воспользовавшись поблажкой, тут же улизнула на улицу.

Прошлась по улочкам, зашла в булочную, где накупила чуть подсохших утренних булочек со скидкой, потом заглянула на почтовую точку, где мне снова сказали, что крупных свитков не появилось и все еще не предвидится. Прогулялась по лесу, радуясь, что в этом месте есть куда сбежать. Окажись я в каком-нибудь шахтерском городке, вечерние прогулки не были бы такими умиротворяющими. С другой стороны, это и не прибрежный Арканис, где, по словам Лолы, можно целый вечер просто сидеть на одном месте, любуясь волнами.

Я загадала в следующем году обязательно записаться на практику куда-нибудь, где есть море. И в этот раз сделать это одной из первых, чтобы иметь возможность самой выбирать направление, а не довольствоваться тем, что осталось.

За ужином Артур больше не ворчал и вообще выглядел каким-то понурым. А утром я обнаружила, что, несмотря на то, что солнце уже встало, лавка еще закрыта, а Артура нигде не видно. Пройдясь по дому и не обнаружив старика, я постучала в дверь его комнаты и осторожно заглянула внутрь.

— Ханна… — Проскрипел тусклый голос откуда-то из-под груды одеял на кровати. — Хорошо, что ты зашла. Напиши на двери, что сегодня мы закрыты. Я тяжело болен.

19

На несколько мгновений я запаниковала. Куда бежать, что делать, кого звать на помощь? Но потом взяла себя в руки. Тем более что голос Артура пусть и был полон всемирной тоски, но не был похож на голос умирающего. И тем не менее я пока не знала, чем именно заболел старик, так что не торопилась входить в его комнату. Если болезнь окажется заразной, я и сама могу слечь. И тогда нам точно придется ждать помощи от кого-то еще.

— Артур, что с вами? Позвать целителя? — Я на всякий случай выудила из кармана чистый платок и прижала его ко рту и носу.

— Целитель мне не поможет. — Донеслось со стороны кровати. Ворчливо и с драматическим надрывом.

Я подавила смешок и ответила с максимальной заботой в голосе, на которую была способна.

— Давайте я сварю вам целебного настоя и морса из лесных ягод. Закрою лавку и приготовлю вам завтрак. Чего бы вы хотели?

Артур помолчал немного, а потом все-таки ответил.

— Теплый багет с маслом и сыром и горячий чай с ягодами и сахаром мог бы помочь. Да, и не забудь те булочки, что ты каждое утро таскаешь из пекарни! И возьми свежие, а не вчерашние! Три штуки!

Я поспешила закрыть дверь, чтобы Артур не услышал фырканье, которое я уже не могла сдержать. Отличный аппетит для умирающего!

Но деваться некуда, не оставлять же старика в таком состоянии? Будет ему и багет с маслом, и чай, и булочки. И целебный настой тоже будет. На всякий случай.

Сегодняшнее задание было отличной сменой деятельности. Постоянное поддержание порядка в торговом зале и в подсобке уже немного утомили, и мне хотелось разнообразия. Я даже начала скучать по академии. Даже во время учебного года мы всегда были заняты множеством вещей: лекции, практические занятия, долгие вечера в библиотеке, редкие вечеринки по выходным в общем зале факультета, вылазки в Этернис с подругами, сплетни, эмоции… Всего две недели без всего этого, и я уже затосковала, мечтая вернуться в стены академии. А ведь ждала практики, как даров Крылатого Создателя. Мда уж. Правда, тогда я мечтала, что практика пройдет в компании Маркуса, а все свободное время мы будем только вдвоем, поглощенные нашей любовью. Тьфу ты!

Стоило подумать о любви, как в мысли без спроса ворвался магистр Соландр. Ворвался и застрял там, не желая убираться прочь. Вот что делает практика в такой дикой глуши. Я уже начала сходить с ума! Еще немного, и вместе с Артуром откроем здесь лазарет. Он будет страдать от своей мнимой болезни, которая у обычных людей называется “мне хочется внимания”, а я стану биться головой о стены в попытках избавиться от навязчивого образа магистра. Слишком уж привлекательного для роли преподавателя в академии.

Громко вопрошая Крылатого Создателя, за что мне все это, я копалась в кухонных шкафчиках в поисках кастрюльки или ковшика для морса. Нашла засушенные ягоды, бросила в воду. Пока вода в ковше нагревалась, порезала хлеб, достала из холодного хранилища масло и побежала на улицу, чтобы успеть в пекарню, пока все булочки не раскупили.