Ардана Шатз – Хранительница света для темного дракона (страница 26)

А потом я вспомнила, что меня заперли. И что дарх здесь не потому, что внезапно соскучился по мне. Я отступила на шаг, подняла взгляд и похолодела.

Дарх явно был разгневан. Его янтарные глаза потемнели почти до черноты, челюсть была сжата, а губы вытянулись в тонкую линию. Он выглядел как хищник, готовый к прыжку.

– Я всё объясню! – Выпалила я, отступая ещё на один шаг. – Я не собиралась использовать магию. У меня её вообще нет! То есть не было. То есть…

– Откуда у тебя настойка корня серебрянки? – Неожиданно спросил дарх низким, почти рычащим голосом. – И кто сказал тебе принимать ее так долго?

Я моргнула, сбитая с толку.

– Что?

– Отвечай. – Дарх шагнул в комнату, и дверь за ним закрылась с тихим щелчком. – Откуда у тебя настойка?

– Клэр… – Я сглотнула, чувствуя себя провинившейся школьницей под взглядом строгого директора. – Клэр дала мне её, когда закончила осмотр. Сказала, что это поможет лучше спать и чувствовать себя бодрее.

– И ты просто взяла и начала пить неизвестное лекарство? Даже не спросив, что это такое?

– Я спросила! Клэр объяснила, что это необходимо мне. – Я почувствовала, как по щекам растекается румянец. – Как я могла не поверить ей? Она ведь целительница в вашем замке! И настойка действительно мне помогала. Я стала лучше спать, меньше уставала. Все, как и сказала Клэр.

– Корень серебрянки нельзя принимать дольше трёх дней. – Голос дарха немного смягчился, хотя глаза оставались тёмными. – После этого он начинает разрушать естественные магические барьеры организма.

– Но у меня же нет магии…

– Это ещё не всё. – Он перебил меня, и я прикусила язык. – Длительный приём влияет на психику. Вызывает чрезмерное возбуждение, побуждает к странным, нелогичным действиям. И как итог – совершенно лишает разума.

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, случалось ли со мной что-то подобное.

– Не припомню ничего подобного. – Медленно проговорила я. – Если только не считать того, что мне вдруг захотелось напечь пирожков, чтобы накормить караульных у разлома.

Губы дарха дрогнули. На какую-то долю мгновения я увидела в его глазах тёплые искорки. Но улыбка тут же исчезла, и дарх снова стал серьёзным.

– Ланика, ты сказала, что у тебя никогда не было магии. Но корень серебрянки не пробуждает магию. Он только разрушает барьеры. А значит, должно быть что-то еще, что так повлияло на итог. Что-то, что изначально отличает тебя от других

Он смотрел на меня так пристально, будто хотел заглянуть в самое сердце. А оно словно забыло, что должно биться. Я застыла, борясь с трусливым желанием промолчать.

– Прошу, поверь мне. – Начала я, молясь, чтобы дарх меня не перебил. Потому что тогда у меня не хватит сил закончить. – Я, правда, не хотела навредить тебе, или этим землям, или кому-то еще. Просто… Так вышло что…

Дарх молча смотрел на меня, но не произносил ни слова. И тогда я набрала в легкие побольше воздуха и решилась.

– Я не из этого мира. Я сама не знаю, как здесь оказалась. Но у нас не существует магии, но есть разные другие вещи. И нет драконов. И страшных разломов. И я даже выгляжу по-другому. Просто я как будто оказалась в чужом теле. В теле Ланики Аймейстер. И мне некуда было идти, я просто испугалась, а потом… Прости…

Тишина камнем упала между нами, и мне показалось, будто воздух начал искрить.

– Ты злишься? – Прошептала я, не в силах больше выносить это молчание.

Дарх не ответил. Вместо этого шагнул ко мне. Я инстинктивно отшатнулась, но его руки уже обхватили мои плечи, притягивая к себе. Я оказалась в его объятиях, прежде чем успела понять, что происходит.

Дарх прижал меня к груди так крепко, что я чувствовала, как бьётся его сердце – быстро, неровно. Совсем не так, как должно биться сердце холодного и бесстрастного правителя. А потом моего виска коснулись его губы.

– Злюсь. – Странным, хриплым голосом отозвался дарх. – Злюсь на то, что ты сразу не призналась.

Я судорожно вздохнула, чувствуя невероятное облегчение. Но когда он отстранился и заговорил, его лицо снова стало жестоким.

– Оставайся здесь. Мне нужно распорядиться насчёт ареста.

Мое сердце ухнуло вниз.

– Ареста?

– Клэр. – Дарх произнёс это имя так, что у меня по спине пробежал холодок. – Она знала, что делает. Знала, чем грозит длительный приём серебрянки. А значит, сознательно хотела тебе навредить.

Он направился к двери, но на пороге остановился и обернулся.

– Отдыхай. Скоро принесут ужин. А завтра… – Его губы изогнулись в улыбке. – Завтра я покажу, как продвигается твоя свечефикация.