Ardabayev Saken – Блогер (страница 8)

Глава17

Мы вышли из зала в густую, тёплую ночь Паттайи. Воздух сразу ударил в лицо влажный, тяжёлый, пропитанный запахами жареной еды, бензина и моря. Гул города не стихал ни на секунду: музыка из баров, смех, моторы байков, крики зазывал всё смешалось в один бесконечный шум. Ми шла рядом спокойно, будто этот хаос был для неё привычной средой. Она иногда оборачивалась на витрины, на огни, на людей, но без суеты просто наблюдала. Я шёл молча. В голове всё ещё стоял ринг. Движения Мистер Чен. Его спокойствие. Его контроль. И чем дальше мы уходили от зала, тем сильнее это чувство расходилось внутри. Будто во мне жили два разных человека: один только что вышел из боя, другой пытался понять, куда всё это ведёт. Ми вдруг слегка коснулась моего локтя, привлекая внимание, и что-то сказала на своём языке, потом улыбнулась, заметив, что я не понял. Я кивнул просто так, автоматически. И в этот момент поймал себя на мысли: с ней всё просто. Слишком просто. Она рядом, она улыбается, она идёт со мной без вопросов, без сложных пауз, без внутреннего напряжения, которое я привык чувствовать с другими. И именно это почему-то начинало радовать. Я вспомнил Настю. Её резкость. Сомнения. Взрывы эмоций. Как будто она постоянно проверяла границы мои и свои. С ней было сложно. Но живо. А с Ми спокойно. Почти слишком спокойно. Мы свернули на более тихую улицу. Свет стал мягче, музыка дальше, воздух чуть пустее. Ми шла чуть впереди, оборачиваясь на меня время от времени, будто ждала реакции. А я всё больше чувствовал, что стою между двумя мирами: один понятный и лёгкий, другой сложный, но настоящий. И я пока не знал, какой из них мой. Мы подошли к байку, и я просто сел. Она не спрашивала ничего завела его и повезла меня дальше. Скоро мы оказались на базаре. Въехали прямо в его живое сердце. Люди текли плотным потоком, легко огибая нас, не возмущаясь, не злясь. Они просто улыбались. Это был какой-то другой мир мир людей без претензий друг к другу. Она нашла место и припарковала байк. Что-то крикнула парковщику, тот сложил ладони у лица и поклонился ей. Она ответила тем же легко, почти автоматически. Это выглядело как привычный ритуал. Потом она взяла меня за руку и повела сквозь поток людей, будто точно знала, куда идёт. Я просто шёл следом. Вокруг были запахи, лица, шум, жар, дым еды. Всё смешалось в плотную, живую ткань города. И вот мы пришли к большим котлам с каким-то варевом. Из кипящей жидкости торчали неясные части животных ноги, кости, рога. Она сделала заказ, затем повела меня к столикам. Усадила и сказала: Hundred baht. Я молча протянул ей двести. Она кивнула и ушла. И в этот момент в голове всплыли слова Артурий: «не давай много денег». А сколько это много? Она ездит на байке. Значит, у неё есть свои расходы, своя жизнь, своя логика. И мне даже не хотелось разбираться, откуда у неё деньги и как всё это устроено. Это была не моя система. Это была их жизнь с их правилами, их спокойствием, их философией. И, странно она мне начинала нравиться. Не потому что я её понимал. А потому что рядом с ней на время исчезал шум вопросов. Она быстро вернулась с двумя соками и тарелкой фруктов. Среди них я заметил арбуз и взял кусочек. С лета не ел арбуза того самого, который всегда любил. Вскоре принесли еду. Ми спокойно принялась есть, уверенно и без лишних движений, как будто это было для неё совершенно естественно. Я попробовал первое блюдо и тут же поднял брови. Во рту вспыхнул адский перец. Всё жгло, горело, пульсировало. Я закашлялся, выпучил глаза, пытаясь справиться с огнём внутри. Запил соком, но легче почти не стало кашель не проходил. Ми резко вскочила, схватила салфетки и убежала от меня, будто я превратился в какого-то дракона, изрыгающего огонь. Но вскоре вернулась уже с бутылкой пива. Протянула её мне с лёгкой улыбкой. Я сделал глоток холодного напитка и будто вернулся в тело. Стало легче. Я благодарно посмотрел на неё. Вокруг тайцы улыбались, посматривали в мою сторону и переговаривались между собой. Ми отвечала им с шутками, легко, уверенно. Её здесь явно знали и принимали. Никто не смотрел на неё с осуждением наоборот, в их взглядах было что-то вроде уважения или даже радости за неё. Мне принесли суши, и я с удовольствием их съел, запивая пивом. А Ми тем временем спокойно опустошила две тарелки варева и довольно облизнулась. Я невольно усмехнулся, глядя на неё. И это она «мало ест» подумал я. Она посмотрела на меня и сказала по-английски: Good. Tasty. Потом повторила то же самое на тайском, с гордой улыбкой. И так мы начали учить язык не по правилам и учебникам, а просто между ложками, взглядами и смехом. Мне понравился этот ночной базар. Здесь почти не было русской речи, и от этого всё ощущалось иначе более атмосферно, живо, будто ты попал в настоящий, а не туристический мир. Без агрессии, без привычных грубых слов и раздражения. Здесь люди не кидались словами они просто жили рядом друг с другом. И в этом было странное спокойствие. Ми, выучив несколько слов, которые посчитала нужными, повела меня дальше по рядам. Когда мы дошли до отдела женского белья, она вдруг остановилась. Посмотрела, подумала и спокойно выбрала себе несколько вещей, будто это было абсолютно естественно. Потом, немного поколебавшись, взяла и мне пару вещей. Она действовала уверенно, почти по-хозяйски как человек, который знает размеры, привычки и вообще всё лучше, чем ты сам. Я просто молча протягивал ей деньги. Она торговалась за каждую мелочь с таким азартом, будто это был отдельный спорт. А потом с гордостью показывала мне «выбитую» скидку, как трофей. И в этом было что-то очень живое и тёплое не про деньги, не про покупки, а про участие в одном общем процессе, где она вдруг брала на себя роль проводника, а я просто шёл рядом. Мы шли дальше по ночному базару уже медленнее.

Глава18

Шум вокруг оставался прежним жар, запахи еды, огни ламп, голоса на разных языках но внутри всё это как будто отодвинулось на второй план. Ми иногда отпускала мою руку, чтобы что-то показать или потрогать на прилавке, но почти сразу снова находила мою ладонь естественно, без паузы, как будто так и должно быть. Я ловил себя на том, что уже не считаю это странным. Мы остановились у лотка с напитками. Она что-то объяснила продавцу, потом повернулась ко мне и коротко улыбнулась не широкой улыбкой, как раньше, а спокойной, почти домашней. Она купила мне арбузный сок. Я взял стакан и сделал глоток. Холод прошёл по горлу, и на секунду стало тихо внутри. Это был жидкий арбуз. С ярким и насыщенным вкусом . Она стояла рядом, чуть ближе, чем нужно для просто «знакомых». Не демонстративно случайно. Как будто расстояние между нами само собой сократилось .Он ловила мой восхищенный взгляд и радовалась со мной. Мы пошли дальше, и я заметил, что уже не ищу глазами выходы, не считаю людей вокруг, не оцениваю шум. Просто иду рядом с ней. Иногда наши плечи слегка касались, и ни один из нас не отодвигался. Это было не похоже на то, что обычно называют романтикой. Не было слов, не было признаний, не было даже попытки что-то объяснить. Но было ощущение, что если сейчас остановиться и просто постоять в этом месте ничего не разрушится. И это странно пугало. Потому что я привык к тому, что всё либо сложно, либо временно. А здесь вдруг появилось что-то другое. Ми посмотрела на меня, будто хотела что-то сказать, но передумала. Только чуть сильнее сжала мою руку на секунду. И снова отпустила, будто ничего не произошло. Но я это почувствовал. И почему-то запомнил сильнее, чем весь этот шумный рынок вокруг. Закончив с покупками, мы пошли к байку через уже поредевшую толпу. Парковщик, увидев нас, молча выкатил байк. Мы сели и поехали обратно. На въезде в Паттайя-парк стояли полицейские. Они останавливали байки в основном русских, которые шумели, спорили, возмущались. Но полиция оставалась спокойной: просто забирала ключи, у кого-то снимала номера, особенно с дорогих байков. Их никто не слушал. Но нас даже не остановили. Наоборот будто заметили издалека, раздвинули конусы и пропустили. Хотя мы ехали без касок. Я отметил это, но ничего не сказал. Припарковав байк, Ми сразу прошла на ресепшен и она показала свою ID-карту и оставила у них. Мы поднялись в номер. И в этот момент я краем глаза увидел Настю. Она стояла в стороне, за углом, и наблюдала за нами. Недолго. Почти незаметно. Я не успел понять её взгляд и она уже скрылась. В номере Ми высыпала покупки на кровать и с увлечением начала примерять новые вещи, называя их на тайском. Я повторял за ней уже на английском, иногда путая слова, иногда смеясь сам над собой. Она поправляла меня, тоже смеясь. Мы смеялись вместе, без причины, просто от лёгкости момента. И мне действительно было хорошо с ней. Не громко. Не бурно. А спокойно так, как будто жизнь на время перестала требовать объяснений. Когда она осталась в новых кружевных трусах она поймала мой возбужденный взгляд. Она подошла ко мне играя высокой круглой грудью с темными сосками. И уткнулась ими в мое лицо обдавая запахом женского тела . Затем вытащила мой член и сдвинув трусики запустила его в себя только на мгновенье . потом озорно отскочила и принялась танцевать . Но я уже завелся. Она отскочила к тумбе и выставив свою попку призывно посмотрела на меня. Приспустив трусики я вошел в нее и в первый раз кончил в девушку в положении сзади . Легонько оттолкнув меня она присела и отсосала мне все остатки нашей близости. Мне было до чертиков хорошо . от близости . От ее взгляда и отношения ко мне. Она выбрали вещи себе и мне. И мы переодевшись . Мы ещё смеялись, когда в номер без стука вошёл Артурий. Он остановился на пороге, окинул взглядом комнату, разбросанные покупки, Ми, меня и усмехнулся так, будто всё уже понял заранее. О, протянул он. Семейная идиллия. Быстро ты устроился. Я замолчал. Ми тоже на секунду перестала улыбаться, но тут же снова сделала вид, что занята вещами, будто не придала значения его тону. Артурий прошёл внутрь, не торопясь, сел на край стула и вытянул ноги. Паттайя любит такие истории, сказал он спокойно. Сегодня ты смеёшься, завтра не знаешь, где проснёшься. Зачем ты пришёл? спросил я. Он пожал плечами. Посмотреть, как ты тонешь. Или плывёшь. Тут уж как повезёт. Комната вдруг стала теснее. Как будто воздух изменился. Артурий кивнул в сторону Ми: Ты думаешь, это всё просто? Улыбки, байки, базары .Он усмехнулся. Здесь всё временное. Даже люди. Особенно люди. Я почувствовал, как внутри поднимается раздражение. Не резкое тяжёлое, вязкое. Ми тихо положила вещи на кровать и посмотрела на меня, будто ожидая реакции. Но я не знал, что сказать. Артурий поднялся, подошёл ближе и уже тише добавил: Только не привязывайся. Это единственное правило, которое здесь реально работает. Он развернулся к выходу так же спокойно, как и вошёл. И уже у двери бросил через плечо: А то потом будет больнее. Дверь закрылась. И в комнате снова стало тихо. Но теперь эта тишина была другой не тёплой, как раньше, а напряжённой, как перед дождём. Тишина после ухода Артурий держалась недолго.