Арчи Вар – Восьмое измерение. Лимб (страница 42)

Командующий размещался на последнем этаже, в комфортабельном кабинете с широкими рамами незастеклённых окон от колен до потолка, занавешенными полупрозрачным синим шёлком. Климат в регионе был тёплый и вполне допускал подобное. Но для зимнего периода были предусмотрены ставни, висящие по бокам.

Олдуин – командующий стражами вдоль всей южной границы. Высший, причём пожилой и очень уважаемый, почти шестидесяти лет от роду. Второй чин в городе после губернатора, заседающего неподалёку, в дворцовой части замка.

Рослый, плотный, весом килограммов девяносто пять. Видно, что когда-то он был очень хорош в бою. Прошлое выдавали шрамы и дефект левой руки, а также награды и коллекция раритетного снаряжения. То были отголоски богатого военного прошлого, когда-то давно Олдуин потерял эту конечность. Возможности Лимба позволили восстановить руку, но без гарантии полного выздоровления. Командующий, например, получил проблемы с контролем мизинца и безымянного пальца. Кипенно-белые волосы, присущие большинству Высших, короткая, но густая бородка, аккуратно постриженная и уложенная конусом.

Военные подвиги остались позади, теперь Олдуин большая шишка, аристократ, знается с императорской семьёй, приближен к «совету Высших». Давно ни с кем не сражался, хотя иногда для себя практикуется, дабы окончательно не растратить навыки. Немного оброс жирком, обленился и размяк, но это от хорошей жизни. Его покой охраняла уйма солдат, несколько личных стражей и неприступность местного «Бастиона».

Крепкая дверь, покрытая листовым металлом, похожим на начищенную медь, и украшенная резьбой, изображающей летний лес с цветами, животными, птицами и даже травой, причём с тончайшим исполнением каждой травинки. Все элементы играют живыми красками. Мастера целую неделю вчетвером занимались дверью, чтобы угодить Олдуину. Причём тот не давал подобных распоряжений, для него всё стало сюрпризом.

Лука постучал в дверь и вошёл, не дожидаясь разрешения, ибо их заждались. Следом Орта, а остальные гвардейцы остались в коридоре, закрыв за ним дверь.

– Положите клинок сюда, – учтиво попросил лейтенант, обращаясь к Орте и указав на небольшую вертикальную подставку, рядом с которой уже стоял меч Бала, прислоненный к стене.

Уважительный тон Лука избрал неспроста: ему хоть и не было дела до Орты, но он не мог позволить себе иного обращения к Высшему в присутствии своего командующего. Известная всем тема: Олдуин требователен к людям при общении с Высшими, будь то даже подозреваемые или заключённые. А Орта и вовсе пока был всего лишь гостем, пусть и ранее провинившимся.

У невысокой перегородки перед выходом на лоджию Орта увидел Бала и Олдуина. Паладин был в лёгкой рубахе, шортах и плетённых сланцах. Командующий – в мантии, больше напоминающей светлый халат, только без рукавов и длиной до колен. Они сидели друг напротив друга в удобных, обитых бархатом деревянных креслах, а между ними стоял чайный столик с вином, фруктами и, собственно, самим чаем. Были и другие местные напитки в кувшинах, бокалы из толстого горного хрусталя.

Обстановка явно царила весьма непринуждённая, сразу чувствовалось отсутствие претензий со стороны представителя закона. Тема разговора заключалась в чём-то другом.

Олдуин сидел, закинув ногу на ногу и попивая жамелу – горький напиток из корней и диких ягод, оказывающий лёгкий дурманящий эффект. Вкус, напоминающий командующему о родине, от которого тот не готов был отказаться ни на один день.

– Заходи, присаживайся… Ты, наверное, не завтракал. Принести что-то из нормальной еды? – Командующий ткнул по едва заметной переносной кнопке, и тут же в комнату вошёл парень из обслужившего персонала. – Наслышан о тебе. Непомерная в наше время щедрость и удивительный характер. Рад встрече, – спокойным голосом и в братской манере завёл разговор Олдуин.

– Нет аппетита. Спасибо! – отказался Орта, опустившись в третье кресло. Заодно осмотрел комнату и приметил, что нигде нет их вчерашней добычи.

Командующий дал отмашку, и паренёк не стал приближаться.

Орталеона тревожила одна странность: Бал сидел молча и на нём, как говорится, лица не было. Словно узнал нечто очень важное и теперь не понимал, как ему с этим быть. Он даже не посмотрел на Орту, уставившись в одну точку и в явной прострации.

– Бал. Оставь нас, дай поговорить наедине. Заходи, если что понадобится. Как-никак ваша гильдия много сделала для города и нашей локации, – проговорил Олдуин, выпроваживая Паладина. Тот совершенно не сопротивлялся.

– Спасибо за понимание! Я тоже у вас в долгу.

Паладин встал, мельком бросил взгляд на Орту, но сразу же отвернулся и ушёл. В том, что Бал испытывал чувство обиды, не было никаких сомнений.

Лука сначала стоял у входа, а потом вышел вместе с Паладином, приняв команду и на свой счёт, оставив Высших наедине.

– О чём вы хотели со мной поговорить? Это из-за инцидента с Маликом?

С первого взгляда Олдуин казался адекватным, крайне рассудительным, опытным и мудрым командиром, которого тяжело не уважать. Его привычек и негативных качеств Орта тогда не знал. Причём сам командующий с людьми общался на равных, а вот к другим Высшим прививал почтение, чтобы не опозорили на важных приёмах. В Асдар часто прибывали торговые и ремесленные делегации со всего Лимба.

– Малик? Нет, что ты. Он своё получил за то, что находился в подобном месте, состоя у меня на службе! А ты на меня не работаешь. Как тебе жить и себя вести, дело не моё, – пояснил Олдуин, взяв из корзины с фруктами яблоко. – Я не консервативен. И не настаиваю на сохранении старинных моделей поведения. Для меня нет узких рамок, навязываемых традициями, и расового превосходства Высших над людьми. Но, как и все, мы с тобой вынуждены считаться со сложившимися устоями. Ведь на них построена вся империя, а без дворянства общество распадётся. Хотя не могу сказать, что одобряю твоё легкомысленное поведение.

– Приятно слышать, что вы свободны от предрассудков. Но неужели цель моего визита – философские разговоры? – в лёгком недоумении спросил Орта.

Командующий улыбнулся и слегка скривил лицо. Помолчал немного и, словно только что придумав, как правильно сказать, вновь уставился на Орту.

– Кстати, о состоянии и происхождении. Ты ведь, наверное, из знатного рода. Тратишь наследство или его преумножаешь, обзаводясь знакомым, живя на широкую ногу, – Олдуин негромко рассмеялся. – Я было подумал, ты мошенник. Втираешься в доверие к богатым людям, а потом пускаешь их по миру. Решил собрать информацию и, представляешь, какое дело, почти ничего не нашёл, – угрозы в словах командующего пока не звучало. – Всего лишь несколько упоминаний! Однако твой друг любезно мне всё разъяснил. Ты, значит, потерял память?! Это так?

– Да, – слегка покачав головой, ответил Орта. Он даже не подумал, что собеседник может придать этому жесту значение, однако тот сделал вывод.

– Могу тебе с этим помочь. У меня есть отличный медик. Превосходно прочищает сознание. Балу помог всего за десять минут разговора. Вот только он с тех пор отчего-то совсем не в настроении, – словно ни о чём не догадываясь, пожал плечами Олдуин.

– С чего бы такая забота, если не секрет? А то ведь и с вашей стороны такое предложение можно назвать непомерной щедростью, – вступил в игру Орта.

В тот же момент по телу его пробежала дрожь. Весть о том, что Паладин снова всё помнит, выполнила главную задачу – выбила его из колеи. Но, судя по всему, Бал ничего не рассказал командующему, или же тот специально себя так вёл, словно находился в неведении. Орта попал в довольно-таки сложную ситуацию и сейчас раздумывая, как дальше себя вести.

– Ну, как же! Мы теперь тебе обязаны, как-никак победить в сражении против Индры и заставить отступить самого Горга – подвиг. Знал бы ты, как высоко новость подняла боевой дух армии, а Империи сейчас нужны герои. Смерть ваших друзей не будет напрасной, – командующий не то подбадривал, не то склонял к откровенности. – Вот я и подумал, что следовало бы лучше тебя узнать. Потом познакомим с командирами, представим ко двору, а там, глядишь, и награду заслужишь. Без памяти о заслугах героев в нашем деле никак! – предельно чётко объяснил Олдуин.

Но для Орты всё это прозвучало довольно двусмысленно. Будто из него собираются сделать кумира, что в его планы не входило.

– Никакого подвига. Всё сделала эта троица – Энто, Бал и Зи. Я лишь заставил Демона уйти, когда тот больше не мог сражаться. Даже задержать не успел, – Орта постарался преуменьшить значение своего поступка.

– Прекрати. Всё было не так, – настаивал Олдуин. – Но обычным бойцам ни к чему знать все подробности. Мы поставим вашим друзьям памятник в столичной аллее славы! Но вы сами – другой случай. Живой пример доблести. Не просто пережили огненный Армагеддон, а вышли победителями. Впервые за тысячу лет! А это явление загубило немало наших собратьев. О вашем подвиге будет знать каждый. Он не останется без внимания, а в скором времени Империя выступит в освободительный поход, и наши воины будут идти в атаку, выкрикивая имена ваши и ваших погибших братьев!

Теперь ещё и из погибших собрались сделать мучеников и символ доблести альянса, что Высшему не понравилось.

– Нет нужды, – стремясь сменить тему и возвращаясь к предложению Олдуина, сказал Орта. – Память почти восстановилась. Все основные моменты мне уже доступны. Остальное – вопрос времени… – убеждал Орта командующего, одновременно отчаянно выдумывая себе прошлое.