Арчи Вар – Четыре демона. Том 2 (страница 17)

При создании республики планировалось использовать смежную модель построения. Основой и верховной ступенью становился Монархический совет, важнейшее формирование, в состав которого входили избранники со всего света, взаимодействующие между собой в форме республики, где каждый равнозначен, но не все индивидуальны. Монархический совет — организация крайне сложная. Представителей делили на несколько видов, среди которых единоличными членами выступали тридцать территориально крупнейших государств: США, Россия, Япония, Китай, Турция, Индия, Казахстан, Бразилия, Аргентина, Канада, Австралия, Мексика и другие, прямо по списку крупнейших. Евросоюз попал по принципу одно государства, но в качестве полноправного соучредителя.

Маленькие страны собрали в пятьдесят групп, по территориям, интересам или убеждениям, с одним представителем от нескольких государств, но без ущемления, с правом слова и вето от каждой. Лидера ячейки выбирали внутренним голосованием, переизбрание раз в год, плюс по одному наблюдателю от каждого, чьи интересы представляет избранник. Нашлись мелкие, но добившиеся исключительного участия страны, в основном, островные и ни с кем не конфликтующие национальными интересами.

Представителем монархического совета мог быть кто угодно, президенты и монархи лично, их назначенцы, министры, ну, или как там это называлось в любой конкретно взятой стране. Совет принимал приоритетное решение в любых вопросах, достойных мировой арены или требующих его вмешательства, и абсолютно не важно, какой отрасли коснулась их рука. Запросто могли отменить вердикт Комитета, однако судебных систем нововведение не касалось. Единственное исключение — юрисдикция верховного международного суда. Высшая апелляционная инстанция, функционирующая не в одном конкретном месте, а огромной сетью филиалов, учитывающих особенности регионов.

Следующей ступенью выступил Верховный комитет — это самое крупное, массовое звено в управление новым миром. Здесь место получали представители каждой страны без исключений, количество кресел рассчитывалось из соотношения населения и территорий. Особая система расчёта позволила крупным странам сохранить положенный им вес, однако в целом количество кресел от большой тридцатки не могло превышать места остальных государств.

Комитет — подобие перемноженной Государственной думы, ООН или съезда коммунистической партии. Участники на данной ступени власти собирались чаще Совета, и их было много, для заседаний строили особые здания. Комитет направлен на решение межправительственных вопросов и соглашений, то есть, более приземлённые задачи, споры и междоусобицы нескольких стран, а не целой планеты. Они же снимали с должностей членов монархического совета в связи с недоверием или другими причинами. В структуру могли обратиться национальные или региональные власти с любой точки мира: попросить помощи, предложить услуги или участие в значимых экономических проектах.

Комитет определял положение групп и решал внутренние политические вопросы. Монархический совет отвечал за глобальный путь развития и лицо Земли на новом, межпланетном уровне представительства.

Первая и важнейшая задача комитета — уменьшение социального неравенства жителей земли. Что логично, бил пункт по более успешным странам, но большая часть денег для поднятия беднейших поступала из Ордена. Откуп за владение сектором оборота частиц, мол, для того оно и замышлялось, плюс ежегодные взносы остальных, а сумма выплат высчитывалась из количества кресел в Комитете. За эти же средства реализовывалось большинство задач, поставленных перед мировым правительством. Выглядело всё так, словно налички в Розе почти не оставалось.

При республике кроме огромного бюджета Орден получал расширение полномочий и контингента. Так укрепился их облик важнейшей мировой силы. Роза окончательно забирала на себя функции полиции, занимаясь всеми преступлениями, а не только теми, где участвовали Иные.

Существование двух конкурирующих служб и в самом деле было ни к чему, в этом согласен, особенно, если Орден мира менял ориентиры, делаясь проправительственным, без ориентира на Евроцелион. Возможно, реформа чуть-почуть добавляла людям веры в непредвзятость Ордена. Тем более, гвардия сохраняла большинство полномочий, лишь отрезая новый кусок — правопорядок, но уже третий.

Отделения Розы оставались тесно связанными между собой, но ради качественного, прямого международного розыска. Совершивший преступление разыскивался сразу везде, ни одна из стран больше не могла укрывать богатых преступников, и не было необходимости подавать запрос в Интерпол.

Если откровенно и с личной позиции, столь масштабное укрепление власти — огромная головная боль для всего народа, латентная и выдаваемая за всеобщую безопасность. Правительство сохраняло право содержания гвардейского контингента. Нацгвардия — та же армия в размерах, рассчитанных почти тем же способом, что и количество членов верховного комитета, взносы и прочее в соответствии с территориями и количественным показателем населения. В России в пересчёте выходило около ста тысяч человек, что почти равно регулярной армии в период до изменений нашего Солнца. Гвардейцы могли обеспечивать безопасность стратегически важных объектов, личностей или границ, а так же грузы и всё, что угодно, не вошедшее в договор, но при необходимости. Крастеры всё так же занимались Иными, а Фобосы — деятельностью Ордена в РФ.

Особую значимость приобрела организация по надзору за Орденом Мира, название слышал всего один раз и не запомнил… В федеральном ведении оставалась почти вся система судебной власти и прокуратура. Следственный комитет с дознавателями стали смежными, а вот контроль мест лишения свободы предлагали возложить на Орден, тем более тюрьмы они уже строили. Повсеместно вырабатывали единый перечень вненациональных правонарушений, чтоб разделить общепринятые и традиционные ценности. Новое законодательство строилось так, дабы не вступать в противоречие с государственным, но при наличии прецедента последнее слово оказывалось за вторыми.

Как только я узнал о смене владельца исправительных учреждений, задумался о последствиях. Если тюрьмы переходили в ведение Ордена мира, главное, чтобы те не пересекли грань и не стали американской системой, где выгодно сажать людей, чтобы использовать их труд. Этакое рабовладельческое предприятие двадцать первого века.

Повсеместно в мире развернулся вопрос об утверждении организации «Высшее дело», занявшейся духовно-религиозной сферой. Базой планировали сделать международный религиозный центр на Мальте, с представителями всех старых религий во главе с Рационалистами. Деятельность — работа с народом и гуманитарное ведение, они уже собирались несколько раз, нашли общую нить, сосредоточившись на многоликости бога и страхе потерять ещё больше электората из-за пришельцев.

Высшее дело нацеливали на надзор за соблюдением прав человека и других социальных аспектов, например, моралью общества, а так же на продвижение межнациональной идеи единого мира. Священнослужители опекали заключённых по обращению и в виде неожиданной проверки. И даже хотели заниматься обучением Иных вне Ордена, этакой альтернативой пути. Основой видели духовность выходцев этой организации, вроде не боевых Магов, а монахов, выступающих за правое дело и социальную справедливость.

Религиозная община самостоятельно определяла специфику обучения, исходя из особенностей. Высшее дело обладало правом содержать собственные силы в виде Непристрастных.

Не сказал бы, что идея с Республикой в целом была выгодна нашей стране, но Россия, как бывший сырьевой экспортёр, находились не в лучшей форме. Нефть, конечно, обильно скупалась пищевой промышленностью, но объёмы со старыми были несопоставимы.

До пришествия Асов русский мир пытались расшатать санкциями, опрометчиво простимулировав наше внутреннее производство. За пять лет самообеспечения государство сильно скакнуло во всех отраслях, так и вывезли, осуществив экспресс-переход в новую эру. Не введи они против нас ограничительные меры, мы б загнулись при снятии барьера, своего раньше не было, а другим стало бы не до нас.

Санкции остались в прошлом, их отменили сразу после ослабления барьера, но власти перестраховались и не перестали поддерживать внутренних производителей, лишь увеличивая количество госпрограмм и льгот. Отечественный рынок обрёл ясные правила в виде улучшенного законодательства, а за предпринимателями закрепили нишу. Правительство по-прежнему зарабатывало неплохие средства в энергетической сфере. Кроме стандартного сырья и атомной энергетики русские первыми продвинули технологию переработки маны, необходимое оборудование и софт, выстраивая многомиллиардные обогащающие предприятия и конденсирующие сети в Полисах по всему миру.

Как я уже сказал, для России республиканский союз в целом выглядел не самой надёжной партией, но мы всегда стремились к снятию напряжения в мире, а теперь появился реальный шанс. Изменения в поведении Запада были налицо, закончилась массовая русофобия, они слушали нашего лидера на мировой арене и всем видом показывали, что готовы многое поменять. США наконец вышли из состояния агрессора, выживающего и грабящего арабов и другие бедные страны, по которым успели пройтись после второй мировой. В свежей реальности им тоже пришлось восстанавливать собственное производство, подобно русским, но если у нас было развалено, то в Штатах вывезено в Китай. Кончено, Американцы переменам были не сильно рады, особенно касаемо мировой финансовой системы.