Арчи Вар – Четыре демона. Том 2 (страница 11)

Напарника называли Мирза. Он испытывал примерно такие же эмоции, правда вызвало их не эго и никак не переживания из-за совершённого «убийства» с жертвой в моём лице, это ему пришлось не в новинку. Мирза кайфовал, думая о пятидесяти граммах чистого для здешних мест кокаина, уже купленного на часть полученного аванса и поделенного, ближайшая порция ожидала в машине. Почти всё проходило по плану, и он давно изнемогал от желания употребить. Мирза плотно торчал трое суток, почти не спал, а утром Сулан отобрал у него пакет до завершения операции. Ломка мучила разум наркомана, отыгрываясь на теле, и обстоятельство оказывало неоспоримое влияние на происходящее. Злость, агрессия и тупость одновременно исходили от него в качестве невидимого феромона. Стрельба оказалась проявлением психической нестабильности и нервоза. Главарь злился на пособника, им повезло ещё, что из-за закрытой Москвы машин на трассе почти не было.

Все мысли Мирзы сходились к одной потребности, а в те моменты, когда ясность ума возвращалась, он нервно разминал шею, обводя взглядом весь салон нашей машины, словно что-то искал. Не мог сфокусироваться или успокоиться, чем продолжал дестабилизировать разочаровавшегося лидера, зарёкшегося отныне иметь дел с этим торчком, хоть и близким, что всё осложняло. Ответственный бывший военный и легкомысленный бездельник — та ещё парочка. Однако, как мне кажется, зависимость второго спасла мою жизнь, он не обращал на меня внимания, его ничто не заботило, а потому он не стал меня добивать.

Знакомы напавшие целую жизнь, первый, являясь метисом православно-мусульманской семьи, воевал на Кавказе и крутился в бизнесе наёмников долгие годы, профессиональный убийца, но не социопат, а рациональная и сдержанная личность. Самый опытный среди остальных, не будь его, провернуть ничего бы не вышло.

Подтянул товарищей вместо специалистов в связи с отсутствием времени на поиск надёжных людей и обещанной завышенной суммой, хотя обычно с друзьями не работал. Третий оставался в тени, занял место водителя. Деньги вожаку требовались для переезда с семьёй в другую страну. Он хотел стереть своё прошлое и уйти от нависших над ним недоброжелателей, чьи секреты хранила память.

Сулана напрягала вся ситуация целиком и неопытность группы, создающая риски. Трусость Анатолия уравняла событие, но и осадок от тройки выстрелов по случайному свидетелю ещё не осел. А более всего остального пугал грабителя их работодатель, то есть, заказчик. Здесь всё прошло легко, а вот страховка на случай попытки подчистить следы не помешала бы.

— Замочил бы, да руки марать, — напоследок выдал преступник, удаляясь с чемоданом в руках. — Ходу! — приказал своему он, чем резко вернул сознание Мирзы в наш грешный мир. — И регистратор забери! — недовольно крикнул, зацепив пустой взгляд подчинённого.

Пусть очень туго, но голова Мирзы всё же работала. Ранее несколько раз мужчина зацепил взглядом толстый кошелёк Димы, лежащий между сидениями, и в последний момент бандит не растерялся и решил прихватить его для себя.

«Коли всё равно лезть в сало…» — подумал тот.

За всё это время, а точнее, за ту пару минут, я так и не смог прийти к конкретному решению по своим действиям. Тормозом выступал не мой страх, а действия Анатолия — его сговорчивость загнала меня в мысленную ловушку.

В самом начале я создал крупную острую сосульку, осторожно припрял её под сиденьем и ногами, около свисающей вниз левой руки, почти касающейся пола. Поступок Толика всем видом указывал на неуместность сопротивления, но непонятно, почему, ведь даже дыхание он сохранял ровное, ни страха, ни ужаса, несколько раз вслух проговорил слово «спокойно», обращаясь ко мне, как бы понимая, что я жив. Но груз свой отдал слишком легко.

Со стороны, конечно, выглядело как самоуспокоение, но что-то подсказывало — это не про Анатолия. Весь комплекс событий невольно запрещал мне действовать, заставляя подождать их ухода, для самосохранения. Плечо тоже непосредственно отговаривало шевелиться, пускай и без боли, но я его вообще не чувствовал, только сильный холод и онемение, которого не испытывал с самого открытия стихии холода ни разу. Даже по приколу выходя зимой почти без одежды, или когда сфера срабатывала прямо в руке, обдавая плазмой, словно азотом, до подобного не доходило.

Мирза прокомментировал свои действия, уже сняв камеру с лобового:

— Это мне пригодится!

Говоря, он нагнулся за чужим кошельком и опрометчиво прижался к моей шеи грудью, вытянувшись, чтобы достать желанное. Нависая, Мирза опасался и пристально всматривался в полковника, тыча ему в лицо оружием. Кошелёк действительно завлекал, будучи наполненным до упора. Сверху торчали деньги, у Димы так часто бывало, и это без той пачки кредитов, что мы выручили за частицы.

— Быстрее…! — с матом крикнул Сулан.

Успев вернуться к ударенной машине, он увидел, что пособник всё ещё крутится возле нас. Ещё и в салон залез, до конца выводя босса из себя.

— Сейчас, подо… — хотел ответить Мирза, но фраза закончилась животным визгом.

Получив кожаный бонус, отставший налётчик дёрнулся к выходу, но действие завершить ему помешали. Алчность этого человека подвигла меня к действиям, на которые я бы не отчаялся, не залезь он на меня сверху. Воспользовавшись позой, в которую мужчина себя поставил ради наживы, я его убил, хоть и совершенно не думал о таком исходе во время удара. Если вдуматься, вообще не осознавал свой поступок, разум оставался затуманенным, прояснившись лишь в переломный миг, когда я заставлял тело подчиниться и нанести сильный удар снизу.

Раньше всегда полагал с надеждой, что подобной ответственности в моей жизни не будет. В голове прокрутился удар по лицу Димы и выстрелы по мне, левая рука сильно задрожала. Останавливать резко возникшее непонятное ощущение по всему телу, напоминающее помесь страха и ненависти, я не стал, да, наверное, и не смог бы. Понимая краткость удачи в моменте, голову на время отключил, обнулив моральную ношу, а подсознание, получившее власть в свои руки, беспромедлительно осуществило мощнейший колющий выпад по обидчику.

Понимая, что мой враг вооружен, я поделил свои действия на два этапа. Сначала всем весом подскочил вверх, очень резко, чтоб прижать его к потолку, а уже придавив, сохранил положение, удержав в неподвижном состоянии. Ноги тряслись, в машине было узко, и выпрямление далось тяжело, но и времени много не требовалось, вбил колкую льдину во врага, что было мощи. В сосульке находилось небольшое количество маны, прошедший через меня с болью и дискомфортом из-за повреждений, чего раньше не было. Не знаю, был ли второй налётчик Иным, но у меня получилось нанести смертельной урон, попав, прямо между рёбер Мирзы, а от страха я ещё и атму в его тело вогнал, создав внутреннюю вспышку, заметную даже из далека и через тонер.

Остриё скрылось в теле до середины, затем лопнуло и разделилось надвое, кисть упёрлась в пузо. Атма затронула внутренние органы и образовала длинные изогнутые шипы по всей длине ледышки, так что сосульку было больше не достать из тела. Вспышка синего цвета озарила сразу две стороны: с точки проникновения в плоть до моей руки и со стороны выхода, у спины цели, между ним и крышей, запачкав салон свежей, не обмёрзшей кровью. Краткий импульс не смог скрыться от его подельников, лидера передёрнуло от увиденного, а моя энергия, вырвавшаяся из двери, обморозив проём, поставила точку.

Мысленно Сулан в сотый раз прокручивал заранее подготовленный план ухода от прибывающих гвардейских кораблей и осложнений не ожидал. Когда моя месть была осуществлена, их план дал трещину, но Сулан быстро сориентировался. Распорядитель не сильно переживал из-за потери одного из своих. Более того, отреагировал, словно ему на руку сыграло, самому не пришлось избавляться от друга. Сильнее напрягала потеря видеоресторатора с записью преступления, ведь на них даже масок не было, но возвращаться он не стал. Миссия показала бандиту нелепость выбора кадров, Мирза стал проблемой в сокрытии следов и мог подставить всю группу. Сулан сделал правильный выбор и, не теряя времени, без отклонений прыгнул на место пассажира. Машина сорвалась с места.

Отступление не сразу удостоилось моего внимания, я целиком был занят лежащим на земле другом, но и не заметить сорвавшуюся с места машину было невозможно.

Когда напавшие удалились, я с облегчением выдохнул. Постепенно накатила пронзительная боль во всей руке и в плече, а холод отступал, быстро угасая. Пытаясь пошевелить конечностью, я понял, что не получается. Скинул Мирзу и попытался выйти из машины. Выставил ноги, однако подняться оказалось затруднительно, решил не спешить. Правым боком оперся на спинку и повернулся на Толика, испытывая к нему весьма противоречивые чувства, а увидев каменное лицо, разозлился ещё сильнее. Тот молчал. Больше всего меня напрягало ощущение, что он нас использовал, ведь не ожидая такого, невозможно столь спокойно себя вести. Факт показался бесспорным.

— Ни к чему это было, — монотонно, но очень отчётливо проговорил полковник с неким осуждением.

Поверженный не шевелился. Но я всё же потолкал его ногой с отвращением и пренебрежением. Выплеснул негативный заряд, что Анатолий внёс в нашу жизнь.