Archer – Одаренный (страница 28)

— Вот скажите, Фрол Никитич. А где все сильные Акваманты? Магистры, гранд-магистры. Даже гранд-мастеров всего четверо на огромную Империю.

— Так нет их. — пожал он плечами.

— Вообще никогда не было?

— Ну… ежели верить легендам, то были вестимо. Те же Озерские — потомки сильнейших водников былых времен. Были, но как-то в один момент закончились. Отчего и когда, я не знаю. Даже в архивах императорской библиотеки, этих данных нет. Поверь, я там был завсегдатаем, и когда-то в юности меня тоже интересовал этот вопрос.

— Вам не кажется это странным?

— Что именно? Что нет данных, или что нет сильных водников?

— И то и то.

— Ну данные положим сгорели, когда Москву испепелили Арканой. А что до Аквамантов-магистров… ну так вот же ты, передо мной сидишь. Пока ты правда слаб и молод, но это пройдет. У тебя большое будущее, мальчик мой. Ты станешь первым Аквамантом в ранге магистра за последние… — он запнулся словно пытаясь вспомнить, когда вообще существовал хоть один одаренный этого ранга — За последние много лет. Очень много лет, похоже. Настолько много, что никто не знает, когда оный вообще существовал.

Сдается мне, таковых вообще никогда не существовало.

Глава 25

— Структура, мальчик мой — есть конкретное пространственное расположение атомов, ионов или молекул в соответствии с особенностями их взаимодействия между собой. — уже на следующий день, возле того же резервуара продолжал наставлять меня Решетов. — Существует несколько базовых гипотез строения воды. Две основных…

— Погодите, Фрол Никитич. — остановил я его. — Я ни слова не понял из того, что вы сказали.

— Почему же? — неподдельно удивился он.

— Я же школьник еще. А вас понесло в высокие материи. Мы такое еще не проходили.

— Хм… — Проф почесал подбородок. — Точно, я об этом как-то даже не подумал. В школах такое не преподают.

— Надо как-то попроще. Чтобы для чайников, вроде меня.

— Твоя правда. Давай попроще. Так вот, в молекуле воды три атома: два водорода и один кислород. Между собой они соединены ковалентной связью. Молекула является двойным симметричным донором и акцептором протонов. Атом кислорода имеет две неподеленные пары электронов. Это определяет структуру воды и ее строение в виде…

— Ой, все.

— Что не так?

— Вас опять понесло. Давайте лучше перейдем к практике. К примеру — сделаем лед.

— Ну давай. — согласился Решетов — Только не лед, а воду из пара.

— Это слишком легко.

— Ну-ну. Сделай мне чистейшую воду. Максимально чистую, без любых примесей.

— Дистиллированную?

— Чистейшую. Конденсируй ее не так, как ты обычно делаешь — потоком. А на молекулярном уровне. Задействуй восприятие на максимум. Не допускай примесей. Только молекулы воды и ничего более.

— Ну я попробую.

Осуществить это было гораздо сложнее, чем казалось. Раньше я просто желал конденсировать влагу из воздуха и все, не задумываясь над чистотой воды. Сейчас же мне приходилось чуть-ли не вручную отбирать каждую молекулу. Вру конечно, так никакой жизни не хватит собрать даже одну каплю. Я просто пробегался мысленным взглядом по структурной решетке, выискивая любые отклонения в ее идеальной геометрии.

«Не такая уж она и идеальная» — первое, о чем подумал я.

При детальном рассмотрении даже небольшого участка структурной решетки воды, отклонений были тысячи, сотни тысяч, неисчислимое количество. Если это все примеси, то я за миллиард лет их не удалю.

— Это невозможно — через пять минут вынес я вердикт, протирая ладонью испарину со лба. — Там их миллионы на квадратный микрометр.

— Вот! — обрадовался Проф — Если видишь, значит на верном пути. Не надо их удалять вручную, просто возьми за образец чистую молекулу и прикажи воде перестроиться по нему.

Стало полегче. Молекулы словно неведомый механизм начали стремительно перестраиваться, образовав в моем воображении абсолютно идеальную структуру.

— Готово — устало произнес я, указывая на небольшой шарик воды, сияющей в солнечных лучах и парящей на уровне моей груди.

Шкала с резервами сил просела на треть. А ведь я только перестроил объем одного стакана. Утомительная штука — эта ваша молекулярная химия. Я ее и в школе не особо любил, а сейчас прям возненавидел.

Проф вытащил из кармана небольшую склянку и одним движением зачерпнул воды из конденсированного сгустка, сразу ополовинив его.

— А теперь замедли молекулы этой воды — указал он на парящие остатки. — Преврати ее в лед.

Тут меня ждал облом. Вода не хотела замедляться. Она словно сопротивлялась или напрочь игнорировала мои желания. Но вот силы эти попытки жрали немерено. За эту минуту я устал настолько, что ноги уже перестали держать, а в глазах потемнело.

— Не могу — окончательно сдался я, медленно оседая на землю.

— Пока и не сможешь. — менторским тоном произнес Решетов. — Тут нужна только сила. Голая и неистовая. А у тебя только высокое восприятие, но совершенно нет сил. И да — чистую воду без примесей гораздо сложнее заморозить. В ней нет точек кристаллизации, поэтому переход в фазу льда произойдет только после сорока градусов ниже нуля. А если эта вода действительно чистейшая, то и того больше.

— И что теперь делать? — задал я резонный вопрос.

— Стать сильнее. А как ты знаешь — физическая сила и выносливость организма, напрямую влияют на мощь дара.

— То есть, надо заниматься спортом?

— Как вариант. — добродушно кивнул Фрол Никитич — Но и не забывать про практику. Каждодневные тренировки на пределе, так же повышают выносливость. Вот ты сейчас устал, и это непременно пойдет тебе в плюс. Силы еще остались?

— Немножко. — я глянул на шкалу сил. Она показывала треть от общего числа, но медленно уже начала заполняться.

— Эфемерную шкалу уже видишь? — Проф словно прочитал мои мысли.

— Вижу — кивнул я.

— Работать с ней можешь?

— А-а… нет.

— Раздели ее. На три части. На Критическую, Основную, и Поверхностную.

— Как? — удивился я.

— Все в твоем воображении. — легонько стукнул он меня по виску пальцем. — Все находится здесь.

— А зачем это нужно?

— Чтобы не умереть. — буднично ответил Проф. — Разделенная шкала сил не позволит тратить резервы больше, чем необходимо. Поверхностная ее часть — для повседневных дел. Бытовое воздействие, скажем так. Основная — для всего прочего — от практических занятий, требующих много сил, до боевых действий. Она должна быть самая объемная. И Критическая — шкала выживания. Переход от одной шкалы к другой, потребует твоего мысленного согласования, а не как ты сейчас — просто взял и вбухал все что есть, в единственной попытке превратить водичку в лед. Так и помереть незаметно можно от истощения.

— То есть, если я потрачу всю Основную шкалу сил, то без собственного разрешения не смогу магичить?

— Фу — поморщился Проф — Слово то какое — магичить. Воздействовать на материю — это правильно. Магичат только неучи и бездари. Ты же не из таких?

— Точно нет.

— Да, ты не сможешь использовать силы из Критической шкалы, когда Основная будет исчерпана. Без дополнительного мысленного согласования, разумеется. Все же умереть от перенапряжения или остаться в живых — личный выбор каждого одаренного. Проще говоря — это страховка, что ты не увлечешься и не сдохнешь в самый неподходящий момент от отката. Во время схватки с монстрами, например или с другими одаренными.

— Разве схватки между одаренными не запрещены законом?

— Ой, брось. Одаренные тоже люди. Помимо дуэлей — то есть, узаконенного способа, одаренные рады убивать друг друга при любом удобном случае.

— Почему же так?

— Ох, мой наивный мальчик. Мир так устроен. Чем меньше у тебя конкурентов, тем сильнее выглядишь именно ты, на фоне простых людей. Вот, кто тебе губу расквасил, и за что?

— Подрался с соседом по комнате.

— Повод был существенным?

— М-м… Скорее нет.

— Вот тебе и ответ на твой вопрос. Ты ему не понравился, и он решил тебя побить. Но, пока вы еще мальчишки, обошлось обычной дракой. У одаренных же, в арсенале имеются куда более изощренные способы выяснять отношения, и они не стесняются пускать их в ход. Ты не использовал воду в драке?