Аравинд Адига – Белый Тигр (страница 11)
Тут меня как треснут по голове!
Поднимаю глаза. Вижу занесенный кулак Аиста.
Натыкаюсь на сердитый взгляд.
— Понял, за что? — спрашивает Аист.
— Да, сэр. — На лице у меня широкая улыбка.
— Отлично.
Не проходит и минуты, как опять — шарах по башке!
— Отец, объясни ему, за что. По-моему, он не понял. Малый, не дави так сильно. Мягче. А то отцу не по себе.
— Да, сэр.
— Отец, тебе непременно надо бить слуг?
— Здесь тебе не Америка, сынок. Не задавай таких вопросов.
— Это почему еще?
— Тумаки им только на пользу. Они не против, Ашок. Так уж повелось. А то уважать не будут. Помни об этом.
Пинки-мадам в разговорах не участвовала. Она и из комнаты-то своей не выходила. Вот разве наденет черные очки да сыграет в бадминтон с Рамом Парсадом. И что с ней такое, недоумевал я. С мужем нелады? Может, он в постели не на высоте?
Когда Аист во второй раз скажет «Вода остыла» и сам вынет ноги из бадьи, моя работа окончена.
Выливаю остывшую воду в раковину. Минут десять мою руки, вытираю и опять мою, но ничего не помогает — запах дряблой старой кожи въедается в ладони на весь день.
Только в одном случае слуга номер один и слуга номер два трудились на пару. Как минимум раз в неделю в один из вечеров часов этак в шесть мы с Рамом Парсадом вместе выходили из дома и направлялись на главную улицу к магазину под вывеской
«ДЖЕКПОТ» — МАГАЗИН АНГЛИЙСКОГО АЛКОГОЛЯ
ЗДЕСЬ ПРОДАЕТСЯ ИНОСТРАННЫЙ АЛКОГОЛЬ ИНДИЙСКОГО ПРОИЗВОДСТВА
Должен объяснить вам, господин Цзябао, что в этой стране мужчины делятся на две категории: любители «английских» напитков и поклонники «индийского» спиртного. Деревенщина вроде меня пьет «индийское»: тодди, арак[20] или сивуху домашнего приготовления. Богатые, ясное дело, предпочитают «английский» алкоголь. Ром, виски, пиво, джин — словом, наследие колонизаторов. (А чисто китайское спиртное есть, господин Премьер? С удовольствием бы попробовал.)
В обязанности шофера номер один входило покупать раз в неделю в «Джекпоте» для Аиста и сыновей самое дорогое виски. Негласный протокол обязывал младшего слугу сопровождать старшего, уж не знаю, с какой целью. Наверное, чтобы старший не сбежал с бутылкой.
Магазин ломится от товара, за прилавком перед полками с разнокалиберными бутылками стоят двое мальчишек-продавцов и не очень-то расторопно обслуживают орущих клиентов.
Сбоку, на белой стене, красным фломастером намалеваны сотни названий. Ассортимент огромен и разделен на пять граф: ПИВО, РОМ, ВИСКИ, ДЖИН, ВОДКА.
«ДЖЕКПОТ» — МАГАЗИН АНГЛИЙСКОГО АЛКОГОЛЯ
ПРАЙС-ЛИСТ
Наше виски
Первоклассное виски
Виски второго класса
Виски третьего класса
(Есть виски еще дешевле! Спрашивайте у продавцов!)
Наша водка
Первоклассная водка...
Магазин битком — человек пятьдесят, не меньше, покупатели потрясают в воздухе крупными купюрами и выкрикивают дурными голосами:
Судя по поношенной одежде, вряд ли всю эту роскошь они себе берут. Они, как и мы с Рамом Парсадом, — слуги, их прислали хозяева. После восьми вечера в уик-энд здесь настоящее побоище, да и сейчас мне приходится потолкаться, чтобы пропихнуть Рама Парсада к прилавку. Рам Парсад надрывается:
«Черный пес»», или «Black Dog», — самое дорогое виски в магазине. Аист с сыновьями пьют только его.
Рам Парсад бережно принимает бутылку, я прокладываю ему обратный путь через толпу — только в эти минуты мы с ним действуем заодно.
По дороге домой Рам Парсад непременно останавливается и вынимает бутылку из картонного футляра. Он говорит, для проверки, не обманули ли его в магазине, но, по-моему, врет. Ему просто приятно подержать в руках стеклянный сосуд, наполненный дорогущим благородным напитком, будто он его себе купил. Налюбовавшись, он прячет бутылку обратно в картонку и шествует домой, а я тащусь следом, и золотистая жидкость так и плещется у меня перед глазами.
Ночью Рам Парсад похрапывает у себя на кровати, а я лежу на полу, подложив под голову руки, гляжу в потолок и думаю о том, какие разные у Аиста сыновья.
Просто день и ночь.
Мукеш-сэр невелик собой, некрасив, смугл и проницателен. Насквозь тебя видит. Домашние прозвали его Мангуст. Он женат уже несколько лет, скромница-жена, родив ему двух сыновей, как и положено, растолстела. Телосложением Мангуст совсем не походит на отца, зато унаследовал отцовский ум и хватку. Устроишь себе секундную передышку — сразу орет:
— Шофер! Что околачиваешься без дела? Помой машину!
— Уже помыл, сэр.
— Тогда бери метлу и подметай двор.
Мистер Ашок телосложение унаследовал от отца — высокий, широкоплечий, осанистый, сразу видно, хозяйский сынок. По вечерам они с женой играли во дворе в бадминтон. Я на нее так и таращился: ведь на ней были брюки! А мне еще не доводилось видеть женщину в брюках — в кино разве что! Ну просто одна из многочисленных американских диковин, вывезенных мистером Ашоком из Нью-Йорка, вроде забавного акцента или фруктового лосьона после бритья.
Как-то раз Рам Парсад и раскосый непалец перемывали косточки хозяевам, а я подслушивал.
— Она ведь из другой касты, слыхал? Она христианка.
— Да ты что!
— Точно!
— И он на ней женился?
— Они поженились в Америке. Стоит нам, индийцам, попасть туда — все, касты побоку, — сказал непалец. — Старик был категорически против. Да и ее родня тоже не очень обрадовалась.
— Так как же они поженились-то?
Непалец уставился на меня:
— Подслушиваешь?
— Нет, сэр!
Однажды утром в комнату водителей постучали. Я вышел. У двери стояла Пинки-мадам с двумя ракетками в руке.
Одна ракетка предназначалась
Во дворе меж двух столбов была натянута сетка; хозяйка встала по одну сторону, я — по другую. Она ударила по волану, он высоко взлетел и упал к моим ногам.
— Эй! Шевелись! Отбивай!
— Простите, мадам. Приношу свои извинения.
В бадминтон я играл впервые в жизни. Стукнул ракеткой по волану и угодил прямо в сетку.
— Да, толку с тебя никакого. Где другой шофер, как там его?