Аполлон Кузьмин – Мародеры на дорогах истории (страница 25)

Народ ростовщиков и скрипачей, Закуренная Богом папироса, Сомненья мне душу изранили И печень до почек проели: Как славно жилось бы в Израиле, Когда б не жара и евреи… Я еврея в себе убивал, Дух еврейства себе запретил, А когда сокрушил наповал, То евреем себя ощутил.

И, конечно, в таких строках:

Еврейство — очень странный организм, Питающийся духом ядовитым, Еврею даже антисемитизм Нужнее, чем еврей — антисемитам.

Как было сказано, слова Честертона предполагают тайные организации. Именно таковы масонско-оккультные ордена, таковы нацизм и сионизм. И, пожалуй, ничто так не питает антиеврейские настроения, как наличие обширных запретных зон, прикосновение к которым вызывает прямо-таки зоологическую ярость. И самыми запретными надолго оказались "Протоколы Сионских мудрецов" и вроде бы их антипод — гитлеровская "Майн Кампф". А ведь если "Протоколы" — фальшивка, то зачем же так нервничать?

Гневную статью В. Носенко и С. Рогова "Осторожно: провокация!" опубликовал несколько лет назад "Огонек" (№ 2, 1988 г.). Статья имеет подзаголовок "Кому нужны черносотенные мифы?" и призывает к репрессиям по отношению к тем, кто "Протоколы" читает. Но как выявилось в последних публикациях, "Протоколы" (под другим названием) впервые были опубликованы еще в 1895 и затем в 1897 году, то есть до Первого всемирного сионистского конгресса (см.: Бегунов Ю.К. Был ли Нилус автором "Протоколов Сионских мудрецов"? // "Русский вестник", 1993, № 7). "Черносотенцев" в это время еще не было. Авторы "Огонька" напоминают о том, что "Протоколы" всего лишь "плагиат" (впрочем, тоже не указывают предшественников) в основном с сочинения Мориса Жоли "Диалог в аду между Макиавелли и Монтескье, или же Политика Макиавелли в XIX веке глазами современника", опубликованного в 1864 году в Бельгии и вызвавшего в свое время крупный скандал.

Только какой же смысл списывать с сочинения, хорошо известного заинтересованному читателю? А самое любопытное, пожалуй, заключается в том, что известен и еще один "плагиатор", буквально переписывавший Жоли, — это автор книги "Еврейское государство", один из главных лидеров и теоретиков сионизма — Теодор Герцль. Именно в "плагиате" обвинил Герцля Е. Евсеев, опубликовавший в 1979 году статью "Что скрыто за "Библией сионизма" ("Советская культура", 25.IX). Автор показал, что "Герцль просто переписал работу француза Жоли". Вот только слово "плагиат" и здесь вряд ли подходит: ведь и в том, и в другом случае важно не то, кто автор, а какова идеологическая и политическая ориентация представляемой документом общественной группы. И идеолог нацизма Розенберг тоже буквально повторял и Жоли, и "Протоколы" (см.: Л. Замойский, с. 177–178). Ничуть не "мягче" всех их по расистской направленности сочинения другого лидера сионизма — Ахад Гаама (которому нередко приписывают "Протоколы", в частности, на том основании, что были известны списки их на иврите в Одессе в конце 80-х годов).

Иными словами, во всех названных документах одна и та же идеология, и расхождения касались лишь того, кто составит элиту "сверхлюдей", которые получат право господствовать над миром. И Л. Замойский резонно ставит вопрос о назначении самого сочинения Жоли. Автор "Диалога" — масон, член ордена розенкрейцеров, то есть наиболее мистического, оккультного направления в масонстве, породившего и гитлеровский "Черный Орден". А в сокрытии подобных документов заинтересованы все тайные или явные диктаторы, поскольку в них представлен механизм властвования. Он один и тот же со времен Шумера, меняется лишь техническое оснащение.

Как было сказано, автор предисловия к книге Дж. Стефана Л. Делюсин сосредоточивается на "идейно-политической близости гитлеризма и сталинизма". А заключает он предисловие характерным пассажем: "Знакомство с книгой… полезно и потому, что "шуты гороховые", выступающие под маской национал-патриотов, не перевелись еще на нашей земле. Как и русские фашисты, они видят источник бед и тягот русского народа в злых происках жидомасонов. Даже свою непопулярность в обществе, легко объяснимую их невежеством и бездарностью, эти национал-патриоты объясняют тоже происками и интригами жидомасонов, в чем проявляется их сходство с русскими фашистами". Это и есть настоящий, невыдуманный нацизм: высокомерное третирование "низших" либо в расовом, либо в социальном отношении. Несомненно также, что подобные пассажи более всего и подогревают ответную ненависть.

А "темные силы" около Сталина действительно были. И, видимо, не только те, о которых писал Г. Климов. Какой-то свет на эти силы проливает и "Красная симфония" Ландовского ("МГ", 1992, № 3–4). Именно эти силы поднялись из глубин в последние годы, разрушив страну и превратив народ в воров и нищих. И в, казалось бы, атеистическом обществе вдруг пышным цветом расцвели оккультные ордена и верования восточноязыческого характера. "Мы так разрисуем несправедливости чужих правительств, создадим такую к ним неприязнь, что народы тысячу раз согласятся на рабство, которое гарантирует им мир и порядок". Кто это сказал? Это сказано в трех разных источниках: у Жоли, в "Протоколах" и в "Мифах двадцатого века" Розенберга. А как реализуется это, мы прекрасно видим на экранах нашего телевидения, совсем недавно обличавшего тоталитаризм и власть партократов, а ныне ратующего за полное отчуждение народа от власти путем ликвидации его выборных органов — Советов.

Откуда тянет смрадом фашизма[11]

6 мая 1993 года войдет в историю: всемирно известный монархист и (по собственному определению) фашист, глава общества "Память" Д. Васильев провел в своей квартире (и штаб-квартире) пресс-конференцию, а Федеральный информационный центр, возглавляемый М. Полтораниным, помог и в организации конференции, и в самом широком ее освещении. А поведал "главный фашист", что "Память" активно ратовала за Б.Н. Ельцина и голосовала за доверие его политике и, как можно понять, его "тимуровской" команде.

А команда поистине экзотическая. В прошлом году общественность потрясли откровения журнала "Москоу Мэгэзин", в редколлегию которого входят М. Полторанин, а также Г. Бурбулис, О. Попцов, и Г. Явлинский. Оказывается, "…проблема российского правительства заключается в том, что, по крайней мере, семьдесят процентов мужчин в кабинете Б. Ельцина — гомосексуалисты" (1992, апрель-май, стр. 47). Кто-то решил, что соратники недосмотрели, кто-то — подставили. Но, видимо, прав В. Канашкин: ведь это мощный шаг по пути "европеизации" нашей жизни (см. "Кубань", № 1–2,1993, стр. 2). И указ президента, освобождающий гомосексуалистов от наказания, — естественное решение "проблемы". Ну, а о том, что представляют собой гомосексуалисты в организационном отношении, достаточно сказано в ряде книг Г. Климова.

Весь мир давно и активно обсуждает и еще одну проблему: ворует президентская команда, ворует по существу открыто и в неограниченных размерах. Наконец-то и у нас об этом сказано вслух в выступлениях вице-президента и заместителя Генерального прокурора, а депутаты Верховного Совета внесли и существенные добавления, расширив и круг обвиняемых лиц, и масштабы разграбления.

Ну и что же дальше? "Демократические" наши комментаторы пытаются окружить "пострадавших" ореолом мученичества, нисколько не стесняясь вполне правомерного обвинения в соучастии. Возмутители спокойствия постоянно напоминают, что и они не без греха, а тех, кто выносит сор из избы, может настигнуть и иная кара. А народ по-прежнему безмолвствует, и смотрит на него высокопоставленное жулье как на быдло. На это обстоятельство обратила внимание и вполне лояльная к властям "Независимая газета" (26.06). Удивляясь реакции самого верха на разоблачения, газета резонно требует, чтобы Ельцин и Черномырдин "определились". "Таинственность и секретность кремлевской кухни, — пишет В. Марсов в передовой, — уже превосходит все разумные и даже неразумные пределы. Объяснимы они могут быть либо полной растерянностью перед проблемами, либо желанием застраховать себя от ответственности, либо монархически и коммунистически-средневековым отношением к народу как к быдлу. А скорее — сочетанием этих факторов… Николай II отдельно и Гапон отдельно — это я понимаю. Но в одном лице — это уже политическое самоубийство".

Газета удивляется полному пренебрежению власти к законам и ставит вопрос: кем принимаются все эти ("правильные и неправильные") "важнейшие политические решения"? Верно оценено, что это не парламент, не правительство и даже не президент…

Один из парадоксов наших дней — запуганность русской интеллигенции возможностью обвинения ее в "фашизме". А она даже и не знает, что это такое. Ей не удалось даже познакомиться с комплексом материалов, представляющих механизмы господства "элиты" над "быдлом": "диалог в аду между Макиавелли и Монтескье, или же политика Макиавелли в XIX веке глазами современника" Мориса Жоли (1864 г.), восходящие к этому сочинению "Протоколы сионских мудрецов" и "Еврейское государство" Герцля, близкие к ним сочинения Ахад Гаама, "Мифы XX века" А. Розенберга и "Майн Кампф" Гитлера. Именно в силу неосведомленности можно было удивляться повороту Д. Васильева вроде бы в противоположную сторону. А он пришел именно туда, где всегда и был, где находятся действительные, а не мнимые центры фашизма.