Анжелика Перова – Место, где находится вечность (страница 17)

–А в чем обязанности почётной гостьи? – спросила Анжелика.

– Не переживайте, вам ничего не придётся делать. Просто почетные гости имеют право знать всё наперёд, помогать невесте и жениху, находиться рядом с ними и первыми дать напутствия. А в целом, звание почетного гостя означает, что этот человек на особом счету у молодожёнов.

– Мне нравится такая роль. Я помогу вам всем, чем смогу, – пообещала Анжелика.

А про себя подумала совсем другое. Интересно, будет ли на балу Антон? Если на праздниках бывают все, тогда и он должен быть там. Узнает ли она его, захочет ли он с ней заговорить или, соблюдая инкогнито, сделает вид, что не знает ее?

11

Дни пролетели незаметно. Антон ни разу не дал о себе знать. Похоже, что в этом мире у всех мужчин одинаковое поведение: сначала заинтригуют, а потом исчезают…

По случаю торжества жених с невестой и почетные гости должны были отобедать раньше других на час, а затем отправиться в бальный зал и готовиться к встрече гостей.

В Розовой комнате уже судачили о тех, кто будет в качестве прислуги. Таковых было шесть человек. Среди них оказался господин Клён, что немало порадовало Анжелику, и мадам Анастасия. Последнее обстоятельство сильно огорчило.

– Не стоит расстраиваться, – успокаивала Анастасия. – Я сама об этом попросила через Гаспара у принца. В моём положении всё равно нельзя скакать и танцевать, это удел молодых. Зато своим поступком я дам кому-то возможность повеселиться.

Анжелика с восхищением посмотрела на подругу.

– Вы на моем месте разве не сделали бы так же? – спросила женщина.– Вы ведь так великодушны.

– Не уверена. Вы слишком меня идеализируете. Я всего лишь обыкновенная девушка со своими достоинствами и недостатками.

Когда о случившемся узнал Фармо, то был вне себя от возмущения.

– Это выпад в вашу сторону, мадам Анжелика. Антуан знает о вашей привязанности к Анастасии. Вы наша почетная гостья, и он не может насолить вам. Вот и влил ложку дегтя таким образом.

– Господин Фармо, не надо горячиться, – возразила Анастасия. – Не забывайте, что я сама на это напросилась.

– Ну и что? – не унимался молодой человек. – Будто принц не знает, что женщине в вашем положении нельзя перенапрягаться.

– Что здесь утомительного, дорогой? – вмешалась Фиалка. – Стой и разливай вино.

– Ты не понимаешь, это всё сделано специально, чтобы нас позлить. И разве не тяжело стоять восемь часов на одном месте, ни разу не присев? Это ты порхаешь нимфой, меняя кавалеров и впечатления. Думаю, что мадам Анастасии будет не по силам это утомительное стояние.

Фармо весь кипел, и Фиалка благоразумно решила не возражать ему.

– Что же делать? Мы не можем всех сделать почетными гостями, как бы нам этого не хотелось.

– Надо сказать принцу, чтобы он подыскал другую кандидатуру вместо мадам Анастасии, – решительно произнес молодой человек.

– Ты это решишься сделать? – побледнела Фиалка. – Если рассердишь принца, то наша свадьба может расстроиться. А мы так этого ждали.

Чувствовалось, что Фиалка вот-вот расплачется.

– Друзья, не спорьте, – попыталась утихомирить будущих супругов Анастасия. – Не надо об этом думать, ничего страшного не случилось. У вас свои заботы. Да я и не могу изменить своё решение. Это будет некрасиво с моей стороны. Сама напросилась и вдруг испорчу кому-то праздник.

– Послушайте меня, – Анжелике вдруг пришла в голову идея. – Господин Фармо, вы сказали, что надо просить принца. Но разве вы можете связаться с ним? Насколько я знаю, это зависит только от его желания.

– Мадам Анжелика, кем бы мы были, если бы не нашли возможность находить лазейки, – с достоинством ответил молодой человек. – В этом вопросе положитесь на меня. У вас есть какие-то соображения?

– Да. Думаю, насколько обоснована нужда в слугах? Сейчас лучше скажите, как вы связываетесь с Антуаном?

– Нет ничего проще. Если мы хотим, чтобы принц узнал о каком-либо нашем мнении, то просто высказываем его вслух достаточно громко. И будьте уверены, что через пару часов он всё будет знать. Здесь полно тех, кто хочет отличиться и показать свою преданность. Уж не знаю, как они это делают. Может, пишут доносы. Но скорей всего нашептывают в скрытые прослушивающие устройства. Кстати, я не раз видел, как господин Наполеон, вон он в синем костюме, что-то бормочет себе под нос, сидя на подоконнике третьего отсюда окна.

– Давайте проверим, – предложила Анжелика.

– Я согласен, – Фармо хитро подмигнул Анжелике.

Их попыталась остановить Анастасия:

– Не думаю, что это надо делать. Неизвестно, чем все это обернется.

Но женщину уже никто не слушал.

– Фиалка, давайте подцепим этого Наполеона на крючок, – предложила Анжелика. – Господин Фармо, вы не против, если возьму вас под руку?

Анжелика и Фиалка, повиснув на молодом человеке с двух сторон, начали медленно прогуливаться по комнате. И как бы невзначай прошли мимо господина Наполеона, едва не задев его платьями. Тот только что встал из-за карточного стола, где играл с приятелями. Лицо его выражало недовольство и затаенную злость. Видимо, игра была не в его пользу.

– Что бы я ни говорила, громко возмущайтесь и соглашайтесь со мной, – прошептала своим спутникам Анжелика.

А во весь голос добавила:

– Это возмутительно. Зная, что мадам Анастасия ждёт ребёнка, господин Антуан ставит её в слуги.

Девушка заметила, как при упоминании принца насторожился Наполеон. Он сделал шаг в их сторону и начал со скучающим видом рассматривать портрет на стене, который, наверняка, знал до мельчайших подробностей.

– Господин Антуан всегда так черств? – продолжала Анжелика, повернув своих спутников в обратную сторону.

Они прошли от Наполеона так близко, что Фармо задел его рукой. Но, казалось, что молодой человек был так увлечен своим разговором, что не заметил этого. Не возмутился и Наполеон, лишь ускорил шаг. Собеседники Анжелики недоумённо молчали. Ей пришлось пихнуть их и еле слышно шепнуть:

– Ну, подыгрывайте мне, не молчите.

– Нет, что вы. Принц совсем не такой, – опасливо начал Фармо.

Фиалка, как женщина, поднаторевшая в интригах, соображала быстрее.

– Не сказала бы о нем так. Но это правда, на его месте я не стала бы утомлять женщину в ее положении. Тем более, что она жена его доверенного.

– Что это за глупая затея с прислугой? Кому они нужны? – продолжала возмущаться Анжелика.

–Да, стоят как истуканы, гремят ковшами по чашам, – негромко хихикнула Фиалка.

Она опять сообразила быстрее жениха, поняв, куда клонит Анжелика.

– Зачем следовать никому не нужной традиции? – Анжелика повысила голос.

– Если бы принц спросил меня, как невесту, о моем желании, то я попросила бы, чтобы на нашей свадьбе вообще не было слуг. Все веселились бы в равной степени.

– Это традиция уже устарела пора её менять.

– Но кто же будет разливать вино? – по-настоящему удивился Фармо.

– Сами, – ответила Анжелика. – Кто сколько хочет. Трудно ли себе вина налить? К тому же, это лишний повод кавалерам поухаживать за дамами. А насчёт перебравших, то тут и пригодится мудрость короля. Пусть установит наказание за это. В конце концов, каждый должен знать свою меру.

Анжелика, видимо, в запале сказала лишнее.

Она заметила, как напряглись её спутники, и незаметно оглянулась. Но, скорее всего, Наполеон не слышал последних ее слов, так как быстро удалялся в другой конец комнаты.

Друзья выжидающе смотрели на девушку.

– Мы не переусердствовали? – поинтересовался Фармо. – Не надо было упоминать короля.

– Не беспокойтесь, я сумею постоять за вас. Ведь это была моя идея, – успокоила Анжелика. – И,

скорее всего, господин Наполеон не слышал последнего.

Все трое посмотрели на упомянутого мужчину. Тот сидел на подоконнике и увлеченно рассматривал пуговицы на своём пиджаке, губы его беззвучно шевелились.

– Сработало, – заключила Анжелика. – Будем ждать.

Они подошли к нетерпеливо ждущей Анастасии, чтобы обсудить детали завтрашнего бала, но все были слишком взволнованны, и разговор не клеился.

Где-то через два часа томительного ожидания в гостиную вошел Гаспар, выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

– Мадам, вы не можете жить спокойно, – он с укором обратился к Анжелике. – Я оценил ваш поступок, но не уверен, что это будет на пользу.

– О чём это вы? – спросила девушка, изображая непонимание.