Анжелика Меркулова – Тени Прошлого (страница 5)

Алиса застыла на мгновение. "Ему точно нравится играть с огнём!" – пронеслось в голове, когда его низкий голос, произносящий эти слова, заставил её кожу покрыться мурашками.

"Словно озвучил свои планы на вечер…" – мелькнула дерзкая мысль, и она тут же сжала бедра, чувствуя, как жар разливается по всему телу.

Маг явно знал, что делает. Этот двусмысленный коктейль с манящим названием… Всё было рассчитано до мелочей. "Определённо специально этот вкус себе заказал", – смущённо признала она про себя, ощущая, как дыхание становится горячим и прерывистым.

Вечерняя прохлада будто растворилась, уступив место невыносимому полуденному зною. Она нервно переложила ногу на ногу, пытаясь совладать с нахлынувшими ощущениями.

Его губы слегка приподнялись в едва уловимой усмешке, когда он заметил ее реакцию. В воздухе повисло напряжение – густое, сладкое, как сам этот проклятый коктейль.

Алиса чувствовала, как сердце бешено колотится в груди.

"Хитрец добился своего… Чёрт возьми, он знал, какой эффект это произведет!"

Но отступать было поздно. Игра началась.

Она медленно облизнула пересохшие губы, встречая его взгляд с новым вызовом.

Вода в бассейне будто закипела от наэлектризованности момента. Где-то вдали плеснула волна, но ни один из них даже не дрогнул – слишком увлеченные своей опасной игрой.

И тогда…

Маг пристально посмотрел на неё, а в его взгляде вспыхнуло что-то новое…

Что-то опасное. И… обещающее.

Первобытно хищное. Будто тигр, уставший от игр котёнка.

Алиса почувствовала, как по спине снова побежали мурашки, дыхание перехватило, будто грудь сжали невидимые тиски, горячий ком подкатил к горлу, жар разлился по животу, спускаясь ниже, заставляя бёдра непроизвольно сжаться.

"Он понял… Он всё понял. Весь мой детский план – открытый купальник, "случайные" прикосновения, эти дурацкие намеки…"

Но странное дело – страх смешивался с чем-то другим. С предвкушением. С возбуждением. С тем самым запретным чувством, ради которого она и затеяла всю эту игру.

"Ну всё, доигралась… Сейчас он мне вместо лепестков под ногами организует плетку и наручники."

Воображение девушки мгновенно нарисовало горячий образ: Хранитель в черной кожаной портупее, с длинным хлыстом в руках. Его голос, такой спокойный и властный, звучал низко и опасно: "Алиса, твоё поведение никуда не годится. Мне придётся лично заняться твоим воспитанием…"

От этой картины щеки девушки вспыхнули ещё ярче.

Где-то в глубине аквапарка зажурчал новый водопад, и этот звук напомнил Алисе – время ещё не остановилось, игра продолжается. И кто знает, какие правила в ней действуют на самом деле…

"Ой, главное чтобы наставник не узнал, как он сводит меня с ума…"

– Интересный выбор… – прошептала она, намеренно задерживая взгляд на его губах. – Но я предпочитаю… более острые вкусы.

Хранитель медленно наклонился вперед, сокращая расстояние между ними. Тень от его фигуры накрыла её, словно крылья хищной птицы. Его дыхание обожгло ей щеку. Пространство вокруг них сжалось, звуки аквапарка приглушились, будто кто-то выключил звук у реальности. Остались только его глаза – два изумрудных угля, в которых плясали отражения её испуганного лица.

Алиса смущенно отстранилась, прячась от этого пылающего взгляда.

"Боги, что я вообще делаю? Зачем надела такой откровенный купальник… Этот выходной в аквапарке… слишком интимный способ расслабиться. Лучше бы снова отправилась на миссию, пусть даже и к оборотням. Как мне теперь выдержать этот… пылающий взгляд?"

– Чего, испугалась? – его голос был тихим, почти ласковым, но в нем звенела сталь. – Ты же сама этого хотела, не так ли?

Её пальцы непроизвольно сжали ложку сильнее. В его взгляде не было ни прежней отстраненности, ни снисходительности – только чистое, неразбавленное желание.

И гнев. Да, определённо гнев.

"Он прав. Я ведь сама добивалась его ответной реакции. Но не такой… не этой хищной, не настолько… всепоглощающей."

Девушка резко подняла глаза, но вместо привычной бравады в её взгляде читалась сосредоточенная решимость. Капли воды стекали по её вискам, словно слезы, которых она не позволила себе пролить.

– Я… – её голос дрогнул, но не от страха, а от нахлынувшей искренности, – не из тех, кто боится последствий своих поступков. Но я хочу понимать их до конца.

Она взяла ложку мороженого и специально провела языком по металлу, наблюдая, как его зрачки расширились. Капля сока скатилась по её губам – он невольно потянулся рукой, но замер. Его пальцы, уже готовые коснуться её подбородка, остановились в воздухе, сжав пальцы так, что костяшки побелели. Вместо ожидаемого гнева в его глазах вспыхнул интерес – тот самый, что заставляет ученого склониться над неожиданным открытием.

– Уверена? Со мной детские фокусы не проходят. Хочешь играть во взрослые игры, будь готова к опасным ставкам.

"Всё. Сейчас он сотрёт мне память и немедленно отправит домой… и я потеряю его навсегда. Но если сдамся или отступлю – окончательно потеряю себя."

В воздухе запахло грозой. Или это кровь стучала в её висках?

"Нет. Я не испугаюсь, но и не позволю ему думать, что всё это было просто… игрой."

Она глубоко вдохнула, чувствуя, как дрожь в руках постепенно утихает.

Алиса заставила себя не отводить взгляд. И мысленно добавила: "Я не хотела тебя обидеть. Никогда. Просто надеялась, что ты наконец перестанешь прятаться и откроешься мне…"

– Я не играю, – тихо, но чётко произнесла она. – Я просто… хотела понять тебя.

Хранитель отстранился, его взгляд смягчился, но губы сжались.

– Понять меня? – повторил он и посмотрел на неё с новой, странной мягкостью. – Я и сам-то себя не всегда понимаю, малыш.

Алиса сделала глубокий вдох, и в этот момент между ними словно проступили тени всех их невысказанных мыслей.

– Я думала, хоть в сказке не будет этой извечной темы с "тарелочницами и пополамщиками", – начала она, наблюдая, как его брови медленно поползли вверх, – но ошиблась.

– Что?! О чем ты вообще? – маг отпрянул, явно не готовый к такому повороту.

– Я видела, как ты разозлился, когда я попросила у тебя мороженое.

– По-твоему, мне его жалко что-ли?

Вода в ближайшем бассейне вдруг забурлила, превратившись в радужную массу фруктовых сорбетов. Алиса лишь покосилась на это проявление магии, но продолжила:

– Дело вовсе не в жадности, даже когда обе стороны утверждают обратное. Если я прошу угостить меня – я как будто использую тебя. А у меня… нет ничего, чтобы предложить взамен. Я же не умею создавать мороженое из ничего. Не устроив попутно апокалипсис…

Маг резко поднял голову. Его бирюзовые волосы вдруг начали менять оттенок, становясь значительно темнее – верный признак сильного эмоционального потрясения.

– Это сейчас на Земле такие правила? – его голос звучал неестественно тихо. – Жить вместе нельзя, угощать друг друга запрещено? А "пополамщики" тогда кто? Те, кто оставляют половину угощения недоеденной?

Алиса неожиданно рассмеялась, но тут же стала серьезной:

– Не совсем. "Тарелочницы" – те, кто разводят на угощения, не предлагая ничего взамен. А "пополамщики"… – она замялась, – это те, кто боятся стать жертвой, чьи чувства используют ради личной выгоды.

Хранитель внезапно изменился в лице. Его обычно безупречная осанка слегка ссутулилась, а в глазах промелькнуло что-то уязвимое – будто перед ним стояло не юное создание, а равный собеседник, затронувший болезненную струну.

– Я не… – он запнулся, впервые за века не находя нужных слов. Его пальцы нервно сжимали пиалу. – Ты думаешь, я…

Алиса поспешила его успокоить, заметив, как его уши начинают приобретать заостренную форму – верный признак приближающейся метаморфозы.

– Дело не в мороженом, – мягко сказала она. – А в балансе сил. Ты ведь не случайно выбрал вкус с таким… провокационным названием?

Хранитель побледнел. В его глазах отразилось внезапное прозрение – будто он впервые увидел их ситуацию под совершенно новым углом.

– Как может… – он сглотнул, – как может баланс сил быть связан с наименованием из меню?

– Когда ставки становятся опасными, – тихо ответила Алиса. – Как ночь любви по цене коктейля.

Наступила звенящая тишина. Даже водопады замерли в странном оцепенении. Хранитель сидел неподвижно, словно пораженный молнией. Капли воды застыли на его торсе, подчеркивая внезапное напряжение в мышцах. Его пальцы непроизвольно сжали подлокотники шезлонга, оставляя вмятины на ротанге.

– Ты говоришь о… – он запнулся, подбирая слова с предельной осторожностью, – о неравенстве возможностей?

Алиса кивнула, обхватив свои колени руками:

– Ты прав, ведь всегда нужно отвечать на ставку. Когда нечем ответить – это больше чем проигрыш. – Она провела рукой по конденсату на своей пиале. – Искренние отношения невозможны, если один полностью зависит от другого. На Земле это зачастую всего лишь финансовые трудности…

Хранитель внимательно наблюдал, как ее пальцы рисуют узоры на стекле.