Анжела Марсонс – Притворись мертвым (страница 9)

Начальник кивнул и перевел взгляд на Брайанта.

– Я хочу поговорить с вами обоими. Этот случай может стать очень непростым, особенно если публике станет известно, где было найдено тело. Заведение все еще является строго охраняемым секретом, и я не хочу, чтобы этот секрет узнали по нашей вине.

«И это все?» – подумала Ким. До этого она уже сама додумалась.

– И вот еще что…

Ну конечно.

– Я хочу быть уверенным, что вы не забыли о предстоящем уикенде.

– Об… э-э-э… уикенде? – переспросила Ким, бросая взгляд на Брайанта. Было видно, что тут он ей не помощник.

– Церемония награждения, Стоун.

– Ах, вы об этом… Конечно, сэр.

Боже, неужели это так скоро? Она совсем об этом забыла. Ее наградят за работу по последнему делу о похищении детей[18].

Стоун не любила неблагодарности, но награды ее не очень привлекали. Ведь они были результатом командной работы, а охотиться за славой было не в ее характере. Если б награду можно было разделить на части, она раздала бы их членам своей команды, которые самоотверженно работали столько же, сколько и она сама. Они полностью забросили свою личную жизнь ради расследования и делали это с удовольствием. Потом она наградила бы полицейских, которые сутками напролет охраняли место преступления, пока судмедэксперты собирали улики после того, как она с командой закончила свою работу. Она не забыла бы также и врачей, которые зашивали девочек и лечили их раны. И психологов, и консультантов, которые помогут детям вернуться к нормальной жизни.

– И именно поэтому я не хочу, чтобы за этот промежуток времени у меня на столе появились жалобы на вас.

– Естественно, сэр.

«Послушать его, так жалобы на меня приходят постоянно», – подумала Ким.

– Позвольте мне не поверить вам на слово, Стоун. Я бы посоветовал вам держаться поближе к Брайанту.

Ким почувствовала, как пальцы на ее ногах подогнулись. Наверное, такой совет был вполне естественным, но она ненавидела, когда ей приказывали.

– Сэр, если вы не возражаете…

– Это не просьба, Стоун.

– Если это все… – Ким резко встала.

– Сядьте, – велел Вуди. – И не дуйтесь, вам это не идет. Я говорю так потому, что в некоторых делах необходимо использовать другой подход. Никто не сомневается в ваших способностях выполнять вашу работу, но в некоторых случаях немного такта и дипломатии…

– Со всем моим уважением…

– Стоун, разожмите мне пальцы на правой руке, – велел начальник, тяжело вздохнув.

– Сэр? – Недоуменно подняв брови, Ким смотрела на кулак, который он протянул ей через стол.

Вуди перевел взгляд с лица Ким на свою сжатую руку.

– Что непонятно? Разожмите мне пальцы на правой руке.

Инспектор наклонилась вперед и своей левой рукой повернула правую руку начальника ладонью вверх. Затем коснулась того места, где его пальцы были прижаты к ладони, и попыталась их выпрямить. Потом потянула за большой палец, который прижимал остальные пальцы к ладони. Тот даже не пошевелился. Тогда она подняла вторую руку и попыталась отжать большой палец левой рукой и распрямить пальцы правой.

Безрезультатно.

Ким отпустила руку Вуди и откинулась на стуле, не уверенная, что понимает, что хочет доказать ее босс. А он меж тем протянул кулак ее коллеге.

– Брайант, разожмите мне пальцы.

Ким ожидала, что сержант протянет свои руки, но он даже не пошевельнулся.

– Сэр, не могли бы вы разжать пальцы, прошу вас, – произнес Брайант.

Как по волшебству, пальцы разжались.

Ким застонала.

– Все ясно, Стоун? Одна и та же проблема – и два разных подхода к ее решению. Вам даже в голову не пришло использовать вашу способность говорить.

Так-то оно так, но про рот она не забыла, подумала Ким. Правда, не так, как подумал ее начальник. Следующим на повестке дня стоял укус босса за пальцы.

– Может быть, мы… – Ким поерзала на стуле.

– Идите, Стоун. – Начальник махнул рукой в сторону двери.

Всю дорогу до их комнаты инспектор затылком чувствовала, как ухмылка Брайанта прожигает в ней дыру. Когда они вошли в отдел, там стояла абсолютная тишина.

Стейси не отрывала глаз от компьютера, а Доусон уныло рассматривал пачку бумаг, которая возвышалась в центре его стола наподобие башни.

– Надо отбросить как самых молодых, так и самых старых, и…

– Уже сделано. Это то, что осталось.

Процесс, связанный с розыском пропавших людей, гораздо сложнее, чем о нем принято думать, и не сводится к сообщению всего нескольких фактов в простом заявлении.

Исторически повелось так, что факты о пропавших людях фиксировались на бумаге, но сейчас они вводились в компьютерную систему под названием КОМПАКТ, и весь процесс был разделен на две части.

Оператор, отвечающий на первый звонок, должен был задать шестнадцать очень важных вопросов, с тем чтобы определить, действительно ли человек пропал или же просто ушел из дома на какое-то время. Вопросы касались обычных вещей – полного имени, даты рождения, домашнего адреса пропавшего, его внешнего вида и одежды, в которую он был одет, его душевного и физического состояния. На основе полученных данных создавался портрет исчезнувшего. После ответов на эти вопросы данные вводятся в систему оперативного управления, которая называется ОАЗИС. Эту же информацию получает дежурный инспектор, который и принимает решение, заполнять ли рапорт о пропаже или нет.

Электронная система была громоздкой и не очень быстродействующей, так что они решили просмотреть бумажные копии рапортов, заполненных в полицейском участке Хейлсовена и электронные копии тех, которые были заполнены в других участках.

– О’кей, давайте разделим пачку на четыре части и займемся делом.

Самым важным сейчас было определиться с именем жертвы.

Ким села за свободный стол, и комната погрузилась в тишину. Слышно было только шуршание перевернутых страниц.

Стоун использовала метод исключения. Наиболее широко применялись два фактора – цвет глаз и волос. То, что ей удалось рассмотреть сквозь опухшие веки, говорило о том, что глаза были голубыми. Так что любой рапорт, в котором не было голубых глаз и светлых волос, немедленно откладывался в сторону.

– Тоска зеленая, – покачал головой Брайант.

Ким обратила внимание на то, как бережно он откладывал в сторону неподходящие рапорты, и поняла, в чем дело. Как сыщик он хотел бы более внимательно изучить все эти дела о пропавших женщинах. А как отец хотел вернуть их всех домой.

– Какой временной интервал ты использовал, Кев? – спросила инспектор.

– Три месяца.

Такая прорва за такой короткий период…

– Нашел, – сказал Доусон, поднимая листок бумаги.

Все, кроме самого Доусона, посмотрели друг на друга с сомнением.

Тот еще раз проверил все детали и утвердительно кивнул.

– Да, босс. Вот ее портрет. На ней тот же крестик.

– Пропала в субботу во время ланча, – прочитал сержант. – Заявление поступило от родителей. Имя – Джемайма Лёве.

Инспектор немного успокоилась.

У жертвы появилось имя.

И теперь ей надо найти мерзавца, который ее убил.

Глава 8

– Продолжим. Так сколько, по-твоему? – спросил Брайант.

Стоун поняла его вопрос. Они часто развлекались, оценивая стоимость окружающих домов. Сейчас речь шла о недвижимости семьи Лёве.