Анжела Марсонс – Немой крик (страница 52)
– Этих трех девочек убил настоящий монстр, – сказала инспектор. – Кого-то из них он изнасиловал, кого-то избил, кого-то задушил, а потом всех зарыл. И для них это не было просто заметкой в газете. Это была их собственная жизнь, это была реальность, в которой они существовали. И каждое утро мы с вами вылезаем из наших постелей для того, чтобы найти этого человека, который считает, что все это сошло ему с рук. Несколько дней назад эти дети не имели имен, были забыты и молчали. Но сейчас, благодаря всем нам, Мелани, Трейси и Луиза смогли заговорить. И не сомневайтесь, мы поймаем подонка, который это совершил. – Ким замолчала и оглядела сидевших в комнате. – Если вам нужна еще какая-то мотивация, то вы выбрали себе не ту профессию.
– Спасибо, шеф, – кивнул Брайант.
– Всегда с вами, – с улыбкой добавила Стейси.
– Конечно, – в тон им заключил Доусон.
Стоун заняла свое обычное место на краю свободного стола.
– Итак, Кев, что с раскопками? – спросила она.
– Доктор Дэн извлек останки около двух часов утра. Черис провела первичный осмотр могилы, но просеивание почвы начнется только сегодня, – сообщил Доусон.
– Док сказал что-нибудь о протезе?
– Он мало о чем говорил. Он вообще какой-то странный, командир.
– Об этом тебе лучше рассказать Черис. Думаю, что ты еще застанешь ее в могиле. Что у тебя, Стейс? – повернулась инспектор к девушке.
– Мне привезли мобильный Тома Кёртиса, – отозвалась та. – У него более пятидесяти неотвеченных звонков за последние два часа перед смертью.
– Продолжай, – Ким наклонилась вперед.
– Все звонки были сделаны с телефона Крофта.
– Боже! – Инспектор начала медленно закипать. – Что-нибудь еще?
– Пленка из дома престарелых абсолютно бесполезна, так что у нас нет ничего в отношении смерти Мэри Эндрюс.
– Что следственная бригада говорит по поводу Артура Коннопа?
– С девяностопятипроцентной уверенностью это краска с «Ауди ТТ»[70].
– Что-нибудь еще?
– Ага. Данные по Крествуду, которые имеются в Городском совете, – полное дерьмо. Я все еще продолжаю неофициально мониторить «Фейсбук» и официально обзванивать бывших воспитанниц. Получается, что кое-кто из официально зарегистрированных беглянок был в приюте в ночь пожара, а некоторые из постоянно живущих там съехали за недели до него.
«Интересно… – подумала Ким. – Или это полная недееспособность Горсовета, или намеренная попытка запутать данные о количестве проживающих». На данном этапе было возможно как первое, так и второе.
Ким не особенно нравился тот факт, что Вуд что-то выясняла на «Фейсбуке», но это оказалось более продуктивным, чем поиск в официальных источниках.
– Стейс, попробуй закинуть удочку насчет Тома Кёртиса, – распорядилась инспектор. – Выясни, насколько он был близок к девочкам. Я хочу знать, не было ли каких слухов о некорректном поведении.
– Будет сделано, командир.
– О'кей. Кев, возвращайся на раскоп, а мы с Брайантом, я думаю, нанесем визит советнику Крофту.
– М-м-м… командир, есть еще кое-что, – вновь заговорила вдруг Стейси.
– Говори же, – сказала Ким, протягивая руку за курткой.
– У меня есть три адреса. Последние, по которым проживала каждая из девочек.
Стоун переглянулась с Брайантом. Это была самая нелюбимая всеми детективами часть их работы. Каковыми бы ни были обстоятельства, из-за которых девочек поместили в приют, Ким была уверена, что у всех у них остались живые родственники, на которых их смерть может произвести глубокое впечатление. Проходя мимо стола Стейси, Брайант взял у нее список.
Сначала они посетят живых, а потом выполнят свои обязанности в отношении мертвых.
Глава 56
Ким кивнула на полицейскую машину, припаркованную возле ворот. Хотя полиция Западного Мидленда и отказалась приставить к Ричарду Крофту круглосуточную охрану, стражам порядка было дано распоряжение проверять его по интеркому, если они проезжали где-то поблизости.
Брайант нажал кнопку на интеркоме и стал ждать, когда откроются ворота. Подождав секунд десять, он нажал на нее еще раз.
Они со Стоун посмотрели друг на друга. Во время первого визита ворота открылись практически мгновенно.
– Продолжай, – велела инспектор, вылезая из автомобиля.
Она подошла к полицейской машине. Офицер, сидевший в ней, опустил стекло.
– Сколько времени прошло с вашей проверки? – спросила Стоун.
– Минут двадцать. Он сказал, что сегодня будет работать дома. Через несколько минут из ворот выехала машина. По-видимому, няня.
Ким рысцой возвратилась к Брайанту. Крофт находился в доме совершенно один не менее двадцати минут.
– Есть успехи? – спросила инспектор.
Сержант покачал головой.
– Хорошо. Нам надо войти.
Стоя перед воротами, Ким стала планировать свой путь. Ворота из литого железа были украшены орнаментом из цветов, листьев и каких-то завитков. Женщина выбрала узкую полоску слева, почти вплотную к стене. Затем попробовала потрясти ворота – они оказались достаточно прочными. Внезапно Стоун почему-то вспомнила, как Кейт рассказывал ей легенду о том, что много лет назад один местный кузнец попытался что-то исправить в форме для отливки ворот как раз в тот момент, когда в нее должны были заливать металл. Свалившись в нее, он намертво застрял в ней, и приглашенному викарию пришлось читать молитву над раскаленным металлом, который залили в форму. Инспектор помнила, как надеялась тогда, что из кузнеца получилось что-то нужное в хозяйстве. Прости, приятель, мысленно произнесла она, начиная подъем. Вскоре женщина была уже наверху и перебросила правую ногу через футовой длины пики, которые украшали верхнюю часть ворот.
– Ничего не выйдет, – сказал снизу Брайант.
– Да давай же ты, девчонка-переросток! – отозвалась Ким.
– Я вполне могу в нее превратиться, если постараюсь повторить твой маневр.
Спускаясь с высоты восьми футов по другую сторону забора, Стоун подумала, что если им повезет, то Крофт сейчас спокойно сидит и слушает музыку и просто не слышит интерком. Или что высокотехнологичная система открытия ворот сломалась и хозяин сейчас идет вниз по подъездной дороге, чтобы их впустить. Она всегда предпочитала людей пусть и раздосадованных, но живых.
Спустившись на землю, Ким пробежала по подъездной аллее, ногами чувствуя небольшой подъем, который не заметила вчера, когда ехала на машине.
Подбегая к дому, она не заметила никакого движения.
Инспектор стала барабанить в дверь, одновременно нажимая на звонок. Потом она отошла от двери, чтобы определить, куда смотрят камеры наружного наблюдения. Одна была нацелена на въездные ворота, а вторая – на эти дурацкие машины. Ни одна не смотрела на задний двор.
– Продолжай стучать, – сказала женщина Брайанту, который только что подбежал и даже умудрился не развалиться по дороге.
Сама она побежала вдоль стены дома и споткнулась о лопату, которая была к ней прислонена. Сначала Стоун почувствовала скрип стекла под ногами и только потом заметила разбитую стеклянную панель. Она изо всех сил позвала Брайанта, и тот подбежал к ней с другой стороны дома.
Входная дверь в оранжерею, которая шла вдоль всего дома, была разбита.
Инспектор уже почти вошла внутрь, но остановилась, так и не опустив ногу на пол.
– За мной, – велела она и бросилась назад, к центральному входу в дом, по дороге схватив лопату, о которую только что споткнулась. – Разбей вон то окно, – приказала Ким Брайанту, протягивая ему эту лопату. – Я не хочу, чтобы на задней двери появились какие-нибудь новые следы до того, как приедет следственная бригада.
Ее напарник отошел как можно дальше и бросил лопату. Панель раскололась от удара, и стекло посыпалось внутрь.
Ким кирпичом разбила торчащие осколки стекла, чтобы не порезаться о них, а затем встала на терракотовую кадку для деревьев, используя плечо Брайанта как упор. Ногой она нащупала какую-то твердую поверхность под подоконником и нажала на нее – та показалась ей достаточно надежной. И только проникнув внутрь, женщина поняла, что это антикварное бюро и что в дом она влезла через кабинет.
Оказавшись на твердом полу, Стоун протянула руку Брайанту, чтобы поддержать его, пока он перелезает через подоконник.
Тяжелая дубовая дверь вывела их в фойе. Здесь инспектор повернула налево, а сержант стал подниматься на второй этаж. Следующей комнатой, в которую вошла Ким, оказалась гостиная, которую она узнала по своему предыдущему визиту. Она быстро осмотрела ее.
– Гостиная – чисто! – крикнула Стоун, выходя в фойе.
Сверху донесся голос Брайанта:
– Хозяйская спальня – чисто!
Ким подошла к двери в библиотеку и остановилась как вкопанная.