Анжела Марсонс – Мертвые души (страница 33)

– Ладно. Тогда до завтра. – Сержант похлопал Стейси по правому плечу.

Она ничего не ответила – в следующий миг он уже исчез.

Для Доусона расизм так же примитивен, как черно-белый негатив. Есть только два варианта: да или нет, фанатик или нет. А вот объяснение, что между двумя этими крайностями существуют оттенки серого, займет слишком много времени. Которого сейчас у нее нет.

Стейси открыла крышку, и на экране компьютера снова появился запрос на пароль.

Внезапно ей пришло в голову, что многие люди используют имена любимых вместо своего собственного.

Она попробовала варианты с именем матери Джастина и датой ее рождения.

Ничего.

То же самое она попробовала с именем его отца.

И опять мимо.

Потом Вуд набрала имя его сестры.

Так же безрезультатно.

Неожиданно она заметила, что кафе опустело. Присцилла управлялась с ведром воды и шваброй.

Тогда Стейси попробовала набрать имя сестры Джастина и дату ее смерти. Экран загорелся. Констебль откинулась на спинку стула.

Бинго. Она получила доступ.

Глава 37

Когда они шли к припаркованным автомобилям, все огни на ферме ярко горели, но это еще больше подчеркивало царившие вокруг грязь и разруху. Ржавые части каких-то механизмов стояли прислоненными к стенам надворных построек, а в десяти футах от дома лежала куча сена, насквозь пропитанная навозом. Повсюду были разбросаны наполовину пустые мешки с кормом для скота.

Полицейская лента была протянута между дождевой трубой на самом доме и деревом в конце подъездной дороги, покрытой щебенкой. Оно стояло приблизительно в десяти футах от того места, где выстрелили в Билли Коули.

Ким всю передернуло от омерзения, когда она увидела жирную крысу, которая спокойно пробиралась сквозь грязь к старому амбару.

– Это место, конечно, – полная задница, но все-таки интересно, Том, почему они не платят ренту вот уже много лет, – с отвращением заметила женщина.

– Точно. Ни фартинга, – согласился с ней Тревис, когда они подошли к коттеджу.

Естественно, Фиона уже ждала их на пороге.

Полицейских задержало плохо припаркованное такси, в которое садился дышащий на ладан старик. К тому моменту, когда Ким смогла выехать со стоянки, Коули уже и след простыл, так что ей хватило времени объяснить отцу все, что он должен будет сказать.

Красный «Ягуар» Фионы был припаркован на самой границе участка, как будто она боялась, что машина может чем-то заразиться на нем.

Стоун это не удивило. Она насчитала возле дома еще шесть транспортных средств: четыре в возрасте от семи до пятнадцати лет и два фургона, на которых приехали криминалисты.

По акценту одного из них инспектор узнала техника-криминалиста Бена, лицо которого скрывала маска. Бен работал с ней во время расследования многих преступлений.

– Привет, – сказала Стоун, подходя к нему в тот момент, когда он доставал из фургона свежую пачку пакетов для вещественных доказательств. – Кто-нибудь вам мешает?

Мужчина снял маску.

– Скорее внимательно наблюдает, – ответил он, кивая на входную дверь.

Ким легко в это поверила.

– Если можно, обратите внимание на нитки, Бен, – попросила она, вспомнив недавнее открытие доктора Эй.

– Без проблем, – ответил криминалист и направился к дому.

– Быстро вы обернулись, – заметила Стоун, проходя в дом мимо бросающей на нее сердитые взгляды женщины.

– Вы не можете просто… – начала было Фиона.

– Нет, можем, – ответила ей детектив. Эта женщина и так уже достаточно долго путалась у них под ногами. Пока они были в больнице, был выдан ордер, и Фиона Коули знала, кто они такие. Объяснять что-то дальше не имело смысла, а кроме того, Ким была уверена, что мисс Коули знает гораздо больше, чем говорит.

Открытая входная дверь вела в темную убогую кухню с небольшим окном в северной стене. Простые прямоугольные настенные шкафы были плохо покрашены. На двух дверях все еще оставались деревянные панели, как будто кому-то неожиданно пришла в голову мысль, что все попытки модернизировать помещение – это пустая трата времени.

Громадная печь «АГА»[65] занимала всю стену напротив окна. Инспектор не знала, работает ли она, потому что на ней стояли электрический чайник и банки с чаем. Здесь же приткнулась походная кухня, вся заляпанная фасолью. Черный пластиковый бак для мусора, из которого вываливались прямо на пол обертки от бургеров и коробки из-под пиццы, занимал весь угол кухни. Запах несвежей пищи был несколько лучше всепроникающего аромата сырой плесени, который заполнял весь дом.

Стоун повернулась к Фионе, которая стояла прямо у нее за спиной.

– Если не возражаете, дайте ваш адрес Тревису, – сказала детектив. – Позже он может нам понадобиться.

Казалось, что мисс Коули удивилась, однако она стала диктовать адрес Тому, который открыл свою кожаную папку.

Фиона здесь, естественно, не жила. Если б это было так, дом выглядел бы совсем по-другому. Ухоженная и изящная женщина не смогла бы жить в таком свинарнике. Черт возьми, она даже свой «Ягуар» поставила подальше на случай возможной заразы!

Ким прошла в гостиную, вполне могущую быть сердцем этого жилища со своими сохранившимися оригинальными деталями, которые владельцы современных домов копируют за большие деньги. Камин из камня и дубовые стропила терялись среди плохо сочетающихся друг с другом отдельных предметов мебели и многочисленных украшений на стенах, которые создавали серьезный диссонанс с ними. Все это освещалось единственной желтой лампой без абажура, свисавшей с потолка в самом центре комнаты.

Само помещение было заполнено тяжелой мебелью темного цвета, относившейся по крайней мере к семи или восьми прошедшим десятилетиям. Стен не было видно из-за изображений сельскохозяйственных животных и бронзовых подков, свисающих на кожаных шнурках.

Диван, рассчитанный на трех человек, был фиолетового цвета, и на его валиках виднелись потертости. В центре спинка дивана напоминала по форме опахало. Такой же диван имелся во второй приемной семье Ким в конце восьмидесятых.

В гостиную, миновав трех техников, которые работали при свете карманных фонарей, вошел Джеффри Коули. Казалось, что он появился из какого-то чулана.

– Мистер Коули, рада снова видеть вас, – сказала Стоун, делая шаг вперед. Она чувствовала присутствие Фионы рядом с собой, но обращалась напрямую к ее отцу. – Спасибо за ваше разрешение сделать смыв с рук Билли. Уверена, что скоро мы сможем закрыть дело об этой стрельбе.

Инспектор услышала, как мисс Коули резко втянула в себя воздух. Оказывается, хозяин дома не сказал дочери о своем разрешении.

Как только Фиона выскочила с парковки, Ким позвонила Джеффу и получила у него разрешение еще до того, как до него добралась его дочь.

– Должно быть, криминалист как раз этим сейчас и занимается, – добавила инспектор.

Коули сделал поклон в ее сторону. Он не смотрел на дочь, но его глаза прищурились. Детектив заметила, что мужчина что-то перебирает у себя в кармане.

– Ваша дочь говорила нечто о том, что вы запомнили какие-то детали произошедшего с вашим сыном, – продолжила Стоун. – Более того, она упомянула, что вы были свидетелем этого несчастного случая.

И опять Джеффри молча поклонился. Его рука двигалась в кармане без остановки.

– Так не могли бы вы, мистер Коули, рассказать нам, что же вы видели? – попросила инспектор.

– Да. Я как раз выбрасывал мусор и увидел, как Билли возится с ружьем возле коновязи. Я его окликнул…

– Не так быстро, – попросила Стоун, уже обратив внимание на три важных факта. Первый – мусор все еще захламлял кухню, и его не выносили уже много дней, а может быть, и недель; второй – от мужчины разило алкоголем; и, наконец, третий – он хотел закончить свой рассказ как можно быстрее.

«Прежде чем забудет то, что должен сказать», – подумала Ким.

Тревис уселся на покрытый пятнами диван, и она мысленно поаплодировала его смелости – пока не поняла, что он делает. Воспоминания чуть не вызвали улыбку у нее на лице, но Стоун постаралась сдержаться. Ее коллега еще не все успел забыть.

– Итак, вы выносили мусор? – уточнила инспектор.

– Ну да, мы обычно оставляем его прямо перед дверью.

Это объяснило наличие упитанного грызуна, который только что встретился полицейским.

– И что же заставило вас обратить внимание на сына? – продолжила Ким свои вопросы.

Она подозревала, что в том, что Билли ошивался возле хлева, не было ничего из ряда вон выходящего.

– Не знаю. Наверное, то, что у него в руках было ружье, – ответил хозяин.

– Это была винтовка, правильно? – уточнила детектив.

Стандартная вещь на любой ферме.

– Да, и он вертел его в руках, и помню, я еще подумал…