Анжела Биссел – Моя судьба в твоих руках (страница 5)

Откинувшись на спинку кресла, Эмили почувствовала, что сердце в груди бьется как-то хаотично – не сошла ли она с ума, всерьез задумавшись о подобном выходе? Или, наоборот, безрассудством будет не подумать о нем? Кто хуже – Рамон де ла Вега или Карл Скиннер? У де ла Вега благородное происхождение, не говоря уже об исключительной деловой хватке. Эмили искала о нем информацию – просмотрела десятки статей, в которых воспевались достижения его как архитектора и толкового, целеустремленного бизнесмена, а вместе с ними и материалы желтой прессы с фотографиями Рамона в компании красивых женщин. Решив долго не раздумывать, она схватила телефон и набрала номер, напечатанный на карточке. Прошло две секунды, и Эмили едва не поддалась порыву сбросить вызов. Может, над этим стоит поразмыслить? Да и слова заранее подготовить…

– Да, – раздалось в трубке по-испански.

Эмили резко выдохнула и не смогла вымолвить ни слова.

– Да, – повторил мужчина по-английски. – Кто это?

Эмили очнулась.

– Мистер де ла Вега?

– Да.

– Доброе утро. То есть…

Девушка замешкалась, подумав о том, что он может быть где угодно, и в другом часовом поясе сейчас, возможно, далеко не утро. Рамон, может быть, ужинает. Или у него середина ночи, и он в кровати… Эмили вспыхнула, оборвав себя. Нет, если бы он занимался этим, он бы не ответил на звонок. Однако воображение подсунуло образ обнаженного мужского тела, и щеки Эмили запылали ярче.

– Простите, – произнесла она, словно бы извиняясь за свои мысли, хотя и понимая, что Рамон не может их, к счастью, прочесть. Да что с ней происходит и где ее обычная выдержка? Должно быть, визит Скиннера встревожил ее куда больше, чем кажется. – Надеюсь, я вас не побеспокоила. Я…

– Эмили.

На миг девушка замолчала, не в силах вымолвить и слова от удивления.

– Впечатляет, мистер де ла Вега, – произнесла она наконец.

– Рамон. У вас очень запоминающийся голос. Эмили закатила глаза. Ничего такого в ее голосе не было, как и не было ничего примечательного в ней самой. Рамон де ла Вега – просто хитрый лис, наподобие отца. Она выпрямилась и заговорила другим тоном:

– Мистер Ройс хотел бы обсудить с вами деловое предложение. Вы все еще заинтересованы во встрече?

– Разумеется.

Даже не поколебался – прекрасно. Сжав телефон крепче, Эмили продолжила:

– Завтра в девять утра сможете?

– Да.

– Хорошо. Мы ждем встречи с вами, мистер де ла Вега.

– Рамон, – настойчиво повторил он. – И я тоже жду встречи с вами, Эмили.

По коже ее побежали мурашки: показалось ей или и впрямь Рамон произнес ее имя с некой чувственностью и не спеша – отчего оно прозвучало даже эротично?

– Вообще-то, – произнесла она холодно, – вы можете называть меня мисс Ройс.

На другом конце провода воцарилось молчание – не будь ситуация столь напряженной, Эмили бы от души ей насладилась. Решив не давать Рамону шанса парировать, она положила трубку и посмотрела на часы. У нее ровно сутки на то, чтобы найти отца.

Глава 3

Рамон никогда не верил в высшие силы. Лишь один раз в жизни он взмолился о помощи – со всей горячностью юноши, впервые столкнувшегося с пониманием того, как хрупка человеческая жизнь, – и ответом ему было молчание, превратившее тот день в кошмар. С тех пор он полагался лишь на себя, но вчера… словно некая неведомая сила подтасовала карты в его пользу. А сегодня он ощущал себя победителем, потому что произошло то, чего он хотел, то, что ему было нужно после встречи совета директоров в субботу, атмосфера на которой оставляла желать лучшего.

– Пятьдесят один процент, – произнес он.

Послышался одновременный вздох двух мужчин и женщины, сидящих за столом. Рамон не сводил глаз с дамы. Мисс Эмили Ройс. Вот это для него оказалось сюрпризом. Хотя, нужно признать, вторая часть его стала куда большим откровением: Эмили не только была дочерью Максвелла Ройса, но и владела половиной акций клуба. Что ж, скоро у нее останется сорок девять процентов.

– Никогда, – произнесла Эмили, и холодный блеск ее светло-серых глаз свидетельствовал, что предложение Рамона ее ничуть не впечатлило.

Адвокат его, сидящий рядом, наклонился вперед и начал:

– Мы понимаем, что вы, мисс Ройс, в сложной ситуации…

– Не думаю, что вам это действительно важно, – оборвала его Эмили. – Полагаю, мистер де ла Вега хочет просто извлечь из этого выгоду.

– Эмили, – мягко сказал Рэй Картер, седовласый адвокат, сидящий рядом с девушкой, – давай их выслушаем.

Рамон увидел, как крохотная ручка Эмили сжимается в кулак. На ее месте он бы тоже был взбешен происходящим и подобные слова не вызвали бы у него ничего другого, кроме желания заехать в глаз советчику. Однако девушка злилась на отца, и тут ее тоже можно было понять.

Для Рамона и его адвоката слова Картера стали откровением: он изложил ситуацию максимально прозрачно, подчеркнув, что для его клиентов на первом месте всегда ясность и доверие. Потом вступил Максвелл Ройс, предложив продать свои пятьдесят процентов акций в обмен на быструю и справедливую сделку. Менее чем через час обе стороны обговорили ее условия. Ройсу важна была скорость, и это дало Рамону преимущество, которым они с адвокатом и воспользовались. Однако на этом переговоры не прекратились. Рамон хотел выиграть контрольный пакет акций: пусть даже преимущество его составит всего один процент, он даст ему возможность все контролировать. Мисс Ройс может возмущаться сколько угодно, но, если они с отцом хотят быстро получить помощь, им придется продать этот процент. А если она не перестанет сверлить его взглядом, точно он сам сатана, то он позабудет о сочувствии и начнет открыто наслаждаться происходящим.

Рамон посмотрел в светлые глаза девушки.

– Поверьте, я вам искренне сочувствую, – произнес он, глядя прямо на Эмили и не обращая внимания на ее отца. К Максвеллу Ройсу он не испытывал ни грамма симпатии, и ему не было его жаль. Он повел себя неосмотрительно, глупо. Рамон и сам не прочь был порой рискнуть, да и грехи за ним водились, но он уже давно усвоил урок: только просчитанный риск имеет право на существование. Нельзя ставить в игре то, что ты не готов потерять. – Но я полагаю, вы согласитесь со мной в том, что ваши возможности ограничены и что вам нужно быстрое и эффективное решение проблемы. – Рамон положил локти на стол и развел руками. – Полагаю, его я вам и предлагаю.

– Требовать контрольный пакет акций – это вы называете решением? – парировала Эмили. – Это поглощение компании.

Щеки ее запылали от гнева, и так разителен был контраст румянца и светлых льдинок глаз, черты лица обозначились четче, и стало видно, какие высокие у нее скулы. Сейчас, с завязанным на затылке хвостом, Эмили выглядела так же строго, как и в момент их первой встречи, но Рамон вдруг понял, что эта девушка не просто хорошенькая, а красивая, несмотря на привычку держаться на расстоянии. Взгляд его спустился к ее губам, и вспомнился тот порыв, что он испытал при встрече в холле, когда ему хотелось поцеловать Эмили и увидеть, как ее снисходительная улыбка расцветет в приглашение. Сейчас Эмили не улыбалась, но ее решительно сжатые губы были пухлыми и чувственными. А фигурка… Рамон не мог не заметить ее соблазнительных изгибов, особенно в моменты, когда мягкий бледно-голубой топ облегал грудь и подчеркивал тонкую талию. Он ведь не слепой – просто молодой мужчина, который любит женщин. И всякий раз, когда в поле зрения появлялась симпатичная девушка, тело его не могло не реагировать.

– Поправьте меня, если я скажу что-то не так, мисс Ройс, – возразил он. – Я так понял, что у вас и у мистера Ройса меньше шести дней на то, чтобы найти деньги на покрытие долга.

Эмили посмотрела на отца. Ройс выглядел безупречно в темно-синем костюме в тонкую полоску, но заметно уставшим, а под голубыми глазами залегли тени. Под взглядом дочери на лице его промелькнуло что-то, похожее на сожаление или стыд.

Переведя взгляд снова на Рамона, Эмили сказала:

– Да, это так.

– Тогда у меня для вас два предложения. Можете мне отказать, и я уйду, – он помолчал, дав партнерам время осмыслить сказанное, – или продать мне процент акций, и я передам вам деньги в течение двух суток.

Эмили прищурилась:

– Вот так просто?

– Мы договорились, что у нас нет времени на долгие переговоры, разве нет?

– А как же проверка нашего финансового положения?

Рамон отмахнулся:

– Просто дайте нам доступ к вашим счетам, и я уверен, что мы не найдем никаких проблем.

Склонив голову, Эмили внимательно посмотрела на него:

– Мне любопытно, почему это вы так заинтересованы в нашем клубе, мистер де ла Вега. Насколько я знаю, ваши заведения процветают, но они вряд ли принадлежат к той же категории. «Ройс» основан на престиже и традициях, наши клиенты – избранные и влиятельные люди, а не выскочки с деньгами.

Она ловит его на живца, подумал Рамон – ну нет, он не поддастся. Его клубы не просто «процветают», они на пике своей славы и пожинают ее плоды. Да, они роскошны, иногда даже до неприличия, но каждый затейливый аспект их дизайна продуман со вкусом. А еще они пользуются бешеной популярностью. Четыре недели назад в Париже открылся новый клуб, и у него уже полное членство – и это за полгода до открытия режима работы по ночам. Очередь желающих включает сотни человек.