Анютка Кувайкова – Оторва или Двойные неприятности для рыжей (СИ) (страница 50)

— Это только прелюдия, — усмехнулся Олег, с трудом сдерживаясь от очередного перекоса лица, и со смешком обратился к рации. — Макс, картинку давай!

Изображение на мониторе мигнуло и серые полосы сменились картинкой. Просторный кабинет с прозрачными стенами, небольшой стол посредине и уже знакомая рыжая неприятность, закрывающая ноутбук. Камера наблюдения, висевшая в углу, отчетливо и красочно показала, как Солнцева едва не навернулась с офисного кресла, когда стеклянная дверь открылась и в помещение вломилась Екатерина, пылающая от несдерживаемого гнева:

— Анна Сергеевна, какого хрена?!

— У-у-у, писец котенку, — радостно потер ручищи улыбающийся во всю челюсть Харлей.

— О, и тебе не кашлять, — отозвалась тем временем рыжая невозмутимость за столом. Покрутив в руках пачку тонких сигарет, Солнцева привычно сунула одну в зубы и поинтересовалась. — Чего воздух сотрясаем?

— Да вы, вы… — Екатерина, мигом оказавшаяся по другую сторону стола, с силой припечатала ладони о дерево. — Да как вы посмели?!

— Да действительно, — наигранно-удивленно протянула Солнцева, насмешливо поглядывая на бывшую коллегу снизу вверх. — Как это я умудрилась?

— Хватит ерничать! — огрызнулась стажерка, явно не разделяющая веселье своего маленького начальства. — С вами невозможно разговаривать! Вы несерьезно относитесь к работе!

— Не, ну почему, — озадачено почесала бровь рыжая и улыбнулась. — Я сама серьезность и невозмутимость. Местами. Ну, или пока нет откровенных поводов поржать. Ты такой сама предоставила, чего теперь горланишь, как пьяный Басков на корпоративе?

Народ хрюкнул. Верещагин, все это уже слышавший, все равно закатился, Аленка хихикала, Харлей постарался громко не гоготать… И только пылающая Екатерина постаралась скрыться. Тщетно — начальник охраны отпускать ее никуда не собирался!

— Да вы, вы… — тем временем стала заикаться рыжая модельной внешности.

— Да я, я, — покивала Солнцева с умным видом. — Буковку новую выучили, перебираем алфавит дальше!

— Да как вы смеете разговаривать со мной в таком тоне? — зло прищурилась Екатерина, пальцами сжимая края стола.

— Не, погодь, — изумленно вскинула брови оторва всея университета. — Ты тут в моем же кабинете на меня же орешь так, что гланды выпадают, а я должна молчать, как еврей перед расстрелом? Ничего не перепутала, не?

— Я пожалуюсь Михаилу Александровичу! — не нашла ничего умнее Екатерина, даже притопнула ногой в лаковой туфельке. Солнцева равнодушно махнула рукой:

— Флаг в руки, барабан на шею, три пера в энное место и электричку на встречу! Дорогу показать?

— А, так ты все-таки с ним спишь? — внезапно сощурилась девушка, расплываясь в нехорошей улыбке. — Я так и знала!

Алехин закашлялся от такого предположения. Не, рыжую он конечно безмерно обожал… Но его нервные клетки выдержать соседку в роли собственной девушки были бы просто не в состоянии!

— Мих бы оценил, — ни к кому конкретно не обращаясь, тихо хихикнула Солнцева на экране. — Но знаешь… я столько спать чисто физически не сумею! А вообще, у меня есть единственная любовь, которая меня кормит и меня же она имеет… Работой называется!

— Постель начальства твоя работа! — отрезала Екатерина, складывая руки на груди.

— Они слишком многое тебе позволяют!

— Ай-я-яй, какие нехорошие засранцы, — покачала головой Солнцева, откидываясь на спинку стула. — Я им обязательно пожалуюсь при встрече на такую гадкую и нехорошую меня. Еще какие-то вопросы есть?

— Анна, я вас не понимаю, — неожиданно Екатерина на экране сменила тон и вернулась к деловому тону общения. — Мы же женщины, а женщины должны друг другу во всем помогать!

— О как? — брови администратара скакнули на лоб. Затушив окурок в пепельнице, она подалась вперед, оперлась локтями на край стола, переплетя пальцы и устроив на них подбородок. — А больше я никому ничего не задолжала, ну так, совершенно случайно?

— Я знала, что вы сильная личность, — вскинула подбородок девушка. — Но своими патриархальными предпочтениями и явно выраженной мезагонией вы разбиваете мне сердце!

В вип-компнате повисла мертвая тишина. Такого поворота событий, а именно того, что Екатерина окажется ярой активисткой феминистического движения, никто вообще не ожидал!

— Ну прям охренеть, какое пассаж, — ошарашено выдавила из себя шокированная Солнцева. — Так ты это… из этих, что ли? Ну которые самостоятельные дикарки в бронелифчике, орут «даешь свободу бабам, а мужчинам паранджу»?

— Я не амазонка, — оскорбилась Екатерина и гордо вздернула подбородок. — Я феминистка!

— Хрен редьки не слаще, — озадаченно моргнула рыжая и покосилась на агрессивно настроенную оппонентку. — А от меня-то ты чего желаешь? Не, я девочка, конечно взрослая, самостоятельная, сама зашнуровываю кеды и вообще… Могу и шкаф- купе на спор собрать, ежели сильно припрет! Но мужики как бы это… вещь в хозяйстве нужная!

— Это всего лишь стереотип! — топнула ногой стажерка и с отвращением поморщилась. — Стереотип о слабости женского пола. Он всегда влиял на политические воззрения женщины. А это самая яркая и неприкрытая мизогиния!

— Да тьфу на тебя, — коротко ругнулась вконец растерявшаяся Солнцева. — Да не ненавижу я женщин, с чего ты взяла?

— У вас патриархальные взгляды!

— Да ну?? — нереально удивилась университетская оторва. — Хотя не, о чем это я… Мужиков я люблю. Они меня, кстати, тоже… И вообще, у меня с ними, как с совестью, есть договор. Я их не трогаю, они меня лишний раз не имеют!

От смеха на этот раз грохнули все!

— Анна Сергеевна, — наклонившись, яростно прошипела Екатерина. — Вы понимаете, что сейчас оскорбляете всех женщин в моем лице? Вы ненавидите феминисток, но пользуетесь их благами!

— Ну окей, — фыркнула Солнцева, снова закуривая. — Ну блага и все такое я понимаю. В конце концов, я не двадцать пятая жена в гареме, ношу любмые джиинсы и даже на машине раскатываю. Равные права — это, конечно, хорошо. Феминистки своего добились… но ты-то к их победе каким боком примазалась?

— Я борюсь права всех женщин! — стукнула Катя кулаком по столу. — Мы должны встать на равнее с мужчинами! Почему до сих пор существует список профессий, запрещенный женщинам?!

— Слушай, а ты борись, — с неожиданным интересом подалась вперед Анька. — Борись и не сдавайся! А когда добьешься своего, я с удовольствием посмотрю, как ты станешь… ну, скажем, менять у Белаза колесо. На трассе. В минус пятьдесят!

Лександрыч, не сдержавшись, расхохотался, как и остальные, созерцающие стоящую в вип-комнате Екатерину, готовую от стыда сквозь землю провалиться! Да кто бы только дал ей это сделать?

А несносная рыжеволосая неприятность, тем временем, кажется, окончательно вошла в раж. Благо ее визави медленно, но верно сама доводила ее до крайней точки кипения:

— Вы неправы! Женщин незаслуженно принижают! Вот почему руководящие должности занимают исключительно мужчины? Я здесь, чтобы доказать обратное. Поэтому вы не можете меня уволить — я пройду всю карьерную лестницу и стану одной из директоров этого клуба, вот увидите!

— Вот Харлейчик-то обрадуется… — в состоянии крайнего изумления протянула рыжая. — Он-то еще не в курсе, что у него конкурентка объявилась. Слушай, а ты как, бандану с косухой его приватизируешь, а бородку отрастишь или так, полумеры подойдут?

Осчастливленный Харлейчик завыл басом в своем углу, догрызая диванную подушку.

— Вы утрируете! — почти взвизгнула Екатерина, взбешенная таким предложением. — Мы слишком далеко ушли от природы, и в состоянии сами выбрать себе достойный внешний вид и достойное существование! Нам нет нужды менять свою внешность ради мужчин, а уж тем более становиться похожими на них!

— Да ты чё… — заинтригованно откликнулась Солнцева. — А я-то думаю, что за скрип доносится, а это, оказывается, плохо смазанные шестеренки в твоей голове с трудом проворачиваются! Робот ты мой феменестический, я, конечно, дико извиняюсь… Но человеком движут инстинкты. Особенно инстинкт продолжения рода, который заставляет вступать в интимную связь. Его-то как твой отсталый от природы организм умудряется игнорить, а?

— У человека нет инстинктов! — отрезала Катя с чувством заметного превосходства.

— Тр’хаться человека заставляет желание тр'хаться и ничто другое. Иначе каждый акт бы сопровождался зачатием!

— Ой дура… — все-таки не выдержала видавшая виды университетская оторвочка и припечатала. — Инстинкт размножения заставляет человека заниматься сексом, а наличие мозгов вынуждают его предохраняться!

— Нет! — выкрикнула Катерина, впечатывая ладони в стол. — Он придуман для удовольствия, а не размножения! А чтобы получить удовольствие, наличие мужчины не обязательно!

— О, — как-то вдруг слишком спокойно произнесла Солнцева и улыбнулась слишком уж знакомой всем улыбкой, поднимаясь с кресла. Невольные зрители по эту сторону экрана машинально подались вперед… и не разочаровались! — Так вот где бедный Тузик окопался-то… Отсутствие постоянного дисконта в местный интим- бутик сейчас все прям объясняет!

— Что? — не поняла Екатерина.

— Пошла вон, говорю, злая неудовлетворенная женщина!!

Дальнейшие возмущенные плевки Екатерины с экрана прервал громовой раскатистый хохот. От последнего комментария разозленной Солнцевой полегли абсолютно все!

Помирающий в очередной раз от смеха Верещагин дал сигнал отбоя и монитор на стене, мигнув, вернулся к трансляции клипа времен бурных девяностых.