Анюта Соколова – Тайны прошлого (страница 8)

– Благодарю, Ваше Величество.

Чем-то Илена напоминает мне Велию. Те же спокойная уверенность, чувство собственного достоинства и полное отсутствие суетливости. Медленные, выверенные движения, любезная полуулыбка. Но Велия смотрит тепло и открыто, а светло-карие глаза Илены холодны и непроницаемы.

– Госпожа Реллан, вы уже знаете об исчезновении фамильной летописи? – я намеренно избегаю слова «кража».

– Да. Свёкор до выяснения всех обстоятельств велел мне отложить ежедневный визит в городскую лечебницу Зиргора.

«Велел» произносится с лёгкой беззлобной иронией.

– В лечебницу? – недоумеваю я.

Некроманты не болеют, в этом отношении они превосходят даже целителей.

– Два часа в день я бесплатно помогаю всем нуждающимся. С моим даром непозволительно заниматься исключительно домашним хозяйством. Возможно, когда появятся дети, для благотворительности не останется времени, но пока я считаю себя обязанной приносить пользу.

Я всегда с большим подозрением отношусь ко всяческой благотворительности, но здесь могу лишь восхититься.

– Госпожа Реллан…

– Илена, – перебивает меня она. – Пожалуйста, Ваше Величество, зовите меня по имени. Госпожа Реллан – моя уважаемая свекровь, я невольно начинаю искать её взглядом.

– Хорошо, Илена, – соглашаюсь я. – Значит, вы были дома, когда летопись пропала?

– Когда Огюст обнаружил, что сейф пуст, – поправляет меня она. – Насколько я поняла, определить, в какой момент книга исчезла, невозможно.

– У вас нет предположений относительно того, кто и зачем мог её взять?

– Ни малейших, – уверенно заявляет она. – Огюст слишком над ней трясётся, Эрнеста всецело предана мужу, Стефан считает опасной.

– А Тейна?

– Тейна не стала бы делать из этого секрета. Когда ей что-либо нужно, она идёт и берёт, не думая о последствиях.

– Летопись её не интересовала? Там ведь карта тайников с ценностями.

– Огюст выделяет дочери в приданое три миллиона, – бесстрастно замечает Илена. – Учитывая состояние Даглара Роллейна, которым Тейна, несомненно, будет распоряжаться на правах его жены, смешно думать о мелочах вроде золотых ложек или вышедших из моды украшений.

Мне очень хочется отчаянно вздохнуть. Ни у кого нет мотива. Но раз летопись украли – он всё же должен быть! Неочевидный, хорошо скрытый – но должен! Ничто не происходит просто так.

– Скажите, не было ли каких-либо происшествий до пропажи? Ссор, разговоров на повышенных тонах, расхождения взглядов на содержащиеся в летописи сведения?

– В этом доме не принято повышать голос, – почему-то в тоне Илены мне слышится завуалированная издёвка. – Как и высказывать мнения, отличающиеся от точки зрения главы рода.

– В вашей семье было не так?

– Так. Во всех знатных родах Лэргалла сохраняются древние традиции, – теперь сарказм проявляется ярче. – За исключением Валлэйнов. Поэтому наследник Короны – маг вне уровней, а мои дети унаследуют в лучшем случае второй.

А вот это уже интересно!

– Илена, вы сторонница теории свежей крови?

– То, что вы называете теорией, Ваше Величество, научно признанный факт. Старых родо́в не так уж много – несколько десятков на всё королевство. И если тщательно изучить все их генеалогические древа, то легко заметить, что все мы в какой-то степени родственники. Но заботясь о чистоте крови, главы семей упускают главное: магия в подобных союзах вырождается. Наши предки имели первый уровень, с каждым поколением появлялось всё больше вторых, затем – третьих. Сейчас ситуация такова, что не редкость четвёртый и пятый уровни, а многие браки бездетны. У двух совершенно здоровых родителей дети просто не рождаются.

Вспоминаю рассказы Каризы и соглашаюсь. Но я здесь не для того, чтобы разбираться с проблемами вырождения магии, это дело учёных. Меня занимает тот факт, что Илена не притворяется спокойной – она на самом деле не волнуется. Проблемы Релланов заботят её куда меньше, чем научные теории.

– Вы не расстроены из-за пропажи?

– Нисколько, – лёгкое пожатие плеч. – Фамильные летописи давно следовало бы передать в Министерство магических ресурсов, в жадные руки историков: пусть себе изучают на здоровье. А после отправить в музей. Там им самое место.

– Очень странно слышать такое от бывшей Виллард.

– Если бы я не была Виллард, то могла бы строить свою жизнь так, как пожелаю, – карие глаза впервые яростно блестят. – Поступить в Академию, получить диплом, работать в Эрносе или Вэйнро, общаться с коллегами… – она резко обрывает себя.

– Рейстар Строгий дал женщинам-магам равные права с мужчинами, – осторожно замечаю я.

– Но для родовой спеси этого мало, – по губам Илены скользит улыбка. – Вам повезло, Ваше Величество. Из всех представителей древней крови вы нашли единственного, кто ставит личность выше происхождения.

Разговор опять скатывается к опасным и несвоевременным темам. Сплошная философия, а не расследование! А чего ожидать, если вместо поисков улик мне остались одни расспросы?

– Благодарю вас, Илена. Будьте добры, пригласите господина Роллейна.

– Разумеется.

В дверях она останавливается и оборачивается.

– Ваше Величество, не сочтите за дерзость. Раз мне посчастливилось говорить с вами без свидетелей, глупо упускать момент. Смею ли я попросить устроить мою встречу с архимагом Лэргалла? Я имею в виду – неофициальную встречу.

– Поступим проще, – диктую ей номер устройства связи Веста. – Я предупрежу господина Ко́рэлла, а вы сможете связаться с ним в любое время. Ещё у него есть приёмные часы – каждый первый, третий и пятый день недели, с девяти до двух. Правда, там всегда огромные очереди, поэтому лучше договориться с ним напрямую.

– Спасибо, Ваше Величество, – довольная Илена вносит номер в устройство и удаляется.

Весту я пишу короткое сообщение. Моментально приходит ответ: «Лэра, нужна помощь?» «Нет», – отбиваю я и усмехаюсь. В поместье Релланов ни во что не ставят королеву, а мага в первом поколении, которому двойную «эл» Корона пожаловала за личные заслуги, здесь съедят живьём и косточек не оставят. Хотя в одном Илена права: сын Веста и Велии – некромант и целитель первого уровня, причём подобной силы я не встречала давно. Может, теория о свежей крови на самом деле не так уж ошибочна?

Осторожный стук в дверь, и в кабинет заходит стройный пепельноволосый красавец. За тридцать лет он не изменил своей привычке одеваться исключительно в светлое, а длинные волосы по-прежнему собирает в пышный хвост на манер Рейстара Строгого. Я с радостью поднимаюсь ему навстречу, однако прежде, чем подойти, Даглар в шутку озирается.

– Его Величество не спрятался за креслом? Из меня аховый целитель, не хочется светить синяком перед невестой.

– Если мне не изменяет память, последний раз синяки королю наставил как раз ты, – напоминаю я со смешком.

– Я оборонялся, – Даглар наконец-то нежно обнимает меня. – Родери! Могу я по-прежнему называть тебя так? Ты чертовски хорошо выглядишь! И стрижка тебе идёт.

– Спасибо, – похвала приятна. – А ты наконец-то женишься.

– Устал от одиночества, – честно признаётся он. – И Ро́ллворду необходима женская рука. Вряд ли я когда-либо встречу вторую Ровéну… или хорошо, что не встречу. Когда Огюст предложил мне помолвку с его дочерью, я не стал раздумывать. Тейна очень красивая девушка, с живым характером, пусть и излишне порывистая.

С последним я полностью согласна. Бросить в лицо королеве: «Убирайся, безродная выскочка!», пусть даже и с тайным умыслом, нужно совсем не думать о последствиях.

– Даглар, ты уже в курсе произошедшего?

– Пропажу реликвии не обсуждают разве что горрты в стойлах, – морщится он.

– И что ты думаешь?

– Безнадёжное расследование. Ни улик, ни мотивов. Были бы у нас сейчас времена Делерга, я предположил бы козни соперничающих семей. Тогда слова «репутация рода» значили неоправданно много. Выкрал нечто компрометирующее дедушку твоего конкурента, представил королю – всё, должность твоя. Рейстар положил конец этой пагубной привычке: только личные достижения, заслуги предков не учитываются. Сертуг пошёл дальше, требуя дипломы и обязательное академическое образование. Твой супруг и вовсе назначил архимагом некроманта в первом поколении.

– И женился на безродной магичке, – улыбаюсь я. – Кстати, Вестиар Корэлл прекрасный архимаг. Эта должность больше административная, половину времени приходится разбирать всевозможные бумаги: прошения, тяжбы, предложения, запросы министерств, глав городов и образовательных учреждений… Рутина, которая свела бы меня с ума. Вест же обладает огромным терпением, стойкостью и оптимизмом, как все некроманты.

– Я слышал, его сын наделён удивительными способностями. Вроде он умудрился оживить тело, которое пролежало в могиле больше месяца. Или это слухи?

– Чистая правда. Родерик невероятно талантлив. Однокурсники решили подшутить, на экзамене подменили труп. Профессора чуть в обморок не попадали, когда разлагающийся покойник заговорил. Раньше это считалось невозможным: три дня – предельный срок.

– А твой старший сын и вовсе творит чудеса?

– Помнишь, в Вэйнро мы смеялись над романом, в котором герой взмахом руки крушил стены? Дал тогда доказал, что это технически невозможно – не хватит резерва.

– Прекрасно помню.

– Далэр опроверг его доказательства. У него чуть ли не бесконечный резерв.

– Поневоле поверишь в столь популярную сейчас теорию свежей крови, – хмыкает Даглар. – Родовитость не означает уровень силы, и наоборот.