Анюта Соколова – Небо над океаном (страница 6)

– Вам я ничем не обязана, вы меня не нанимали. Так вы выйдете или вас вытащить?

– Только попробуй, – её глаза превратились в узкие щели, на щеках выступили пятна гневного румянца. – И я скажу Майро, что ты на меня набросилась, тупая соплячка!

Чтобы принять решение, мне потребовались секунды. Я просто вышла, захлопнула дверь и заблокировала её с помощью ключа. Дерос осталась внутри. Затем я вернулась к Акино и посетовала:

– Вы знаете, кажется, у меня барахлит замок. Не поможете?

– Конечно, – любезно откликнулся он.

В его руках карточка волшебным образом сработала. Немая сцена, когда Акино увидел доведённую до бешенства Дерос, была достойна запечатления. Жаль, мой вифон в это время лежал в сумке.

– Что вы здесь делаете, льена Дерос? – сухо спросил Акино.

– Я… – за секунду она превратилась из разъярённой мегеры в ангела. – Я зашла, чтобы предложить Миле поменяться каютами. В моей слишком мрачный интерьер.

– Вам следовало обратиться с просьбой ко мне, я подобрал бы вам другую каюту.

– В таком случае нельзя ли сразу переселить меня на верхнюю палубу? – ухватилась за идею Дерос.

Губы Акино сложились в коварную ухмылку:

– Там пустует всего одна каюта, льена Дерос. Она предназначена для льен, которые скрашивают лоу Майро досуг в пути. Приказать перенести туда ваши вещи?

Настолько откровенный намёк смутил даже Дерос.

– Не трудитесь, – процедила она сквозь зубы и вышла.

Выражение Акино я не сумела перевести дословно. Это было что-то вроде пожелания лопнуть, только на островной лад.

– Что она делала в вашей каюте? – спросил он.

– Рылась в вещах или документах, – предположила я. – Простите за то, что я вас обманула, льен Акино. Я пришла и застала её здесь, выходить она не захотела, вытащить её силой было чревато последствиями.

– У нас будут весёлые шесть дней, – подытожил он. – Очень весёлые.

Я была полностью с ним согласна.

Глава 5

Пенный след от яхты расходился широкими полосами. Страшно хотелось перегнуться за борт, запустить руку в воду и коснуться белого гребня.

– Подождите, – удержал меня Акино.

Повинуясь его воле, из воды вытянулось длинное прозрачное щупальце и раздулось до размеров большого шара. Внутри, словно сгустившиеся солнечные блики, суматошно металась туда-сюда стайка золотистых рыбок. От восторга я захлопала в ладоши.

– Это всего лишь жалкие фокусы, – Акино зарделся. – Лоу Соайро управляют огромными массами воды. Лоу И́ршен, младший сын князя, однажды в одиночку поднял волну размером с девятиэтажный дом.

– Мне не нужны волны высотой с девятиэтажный дом, – я пропустила руку сквозь застывшую воду. – И меня вполне устраивают красивые фокусы.

– Я сравнительно слабый водник, – неожиданно признался Акино. – В моей семье все меня превосходят – и дед, и отец, и старший брат.

– Но это не мешает вам быть помощником лоу, – напомнила я.

– Да, потому что для остального я мало пригоден.

Шар рассыпался мельчайшими водными брызгами, рыбки попадали в океан. Присев рядом с Акино на мягкий диван, я смотрела, как по воде скользят тёмные тени облаков. Тёплый ветер гнал их к материку.

– Вас отправили не сопровождать льену Дерос, – уверенно произнёс Акино. – Сильно сомневаюсь, что агенты Третьей службы так легкомысленно относятся к своим обязанностям. А зачем тогда?

– Понятия не имею. Мне этого не сказали.

Я следила за облаком в форме кита. Кит вытягивал и вытягивал шею, пока не стал напоминать жирафа. Затем голова жирафа оторвалась и сама превратилась в маленького кита.

– Лоу спрашивал меня о вас, – сказал Акино.

– Когда он успел? – удивилась я. – Он же не отходит от льены Дерос. За обедом съедал её взглядом вместо блюда, потом повёл осматривать винный погреб, после чего, вполне вероятно, слуги всё-таки перенесут багаж льены в ту самую пустующую каюту на верхней палубе.

– До багажа дело не дойдёт, – Акино вздохнул. – Чтобы заинтересовать лоу до такой степени, одной красоты мало.

– Вас расстраивает, что льена Дерос не переселится наверх? – ухмыльнулась я.

– Меня расстраивает, когда замечательный, умный, волевой, деятельный человек потакает своим низменным желаниям, – в сердцах выдохнул Акино. – Простите, льена Мила, я вас оставлю ненадолго. Наши вифоны работают на разных частотах, но в каюте есть кнопка вызова персонала. Нажмёте два раза – мне передадут, что вы хотите меня видеть.

Он был удручён, это бросалось в глаза. За обедом я заметила не только голодные взгляды лоу Майро, но и то, как несколько раз порывался с ним заговорить Акино. Всякий раз лоу делал вид, что не понимает намёков. Дерос сидела с видом победительницы, на Акино она посматривала со злорадством, меня не замечала вовсе.

Солнце пригревало. С той скоростью, с которой шла яхта, часам к семи вечера мы достигнем широт Бару́, а к утру окажемся в тёплых водах архипелага. Стало жарковато, я сняла свитер и положила рядом. Ветер словно только этого и ждал: сильный порыв – и мой свитер улетел за борт. Перегнувшись через леер, я увидела, что один из рукавов каким-то чудом зацепился за страховочную сетку. Но, пока я крутила головой в поисках длинной палки или чего-нибудь в этом роде, следующий порыв ветра сорвал свитер и швырнул в океан. Что ж… Сама виновата.

Неожиданно на том месте, где безвременно почил мой свитер, начала расти волна. Она вытягивалась и вытягивалась, скрутилась в щуп, перевесилась через борт и с шумным «плюх!» выплюнула свитер к моим ногам. Я заозиралась: палуба по-прежнему была пуста. Тогда я сообразила посмотреть вверх и встретила насмешливый взгляд лоу Майро. Он стоял на краю надстройки и шутливо мне поклонился.

– Спасибо! – крикнула я, правда, без уверенности, что он расслышит.

Свитер пришлось отжимать, а потом пристраивать на распялке над ванной. Только потом я задалась вопросом – что лоу Майро делал наверху, если он ушёл с льеной Дерос в винный погреб? Долго размышлять мне не дали: раздался стук в дверь. Симпатичный юноша, один из тех, что прислуживал за обедом, склонился в глубоком поклоне:

– Лоу Соайро просит льену Феран составить ему компанию.

Ещё четверть часа назад я подыскала бы благовидный предлог, чтобы уклониться. Но героическое спасение свитера заслуживало благодарности, поэтому я наскоро причесалась и пошла за слугой. Он привёл меня на верхнюю палубу, в ту часть, которую Акино назвал «личными княжескими покоями». Здесь царила сдержанная бежево-стальная гамма, ничего кричащего, но я подозревала, что одна неброская инкрустация на потолке стоила дороже золота. Лоу Майро расслабленно полулежал на диване и проглядывал какие-то бумаги, роскошная коса свешивалась до пола. На звук шагов лоу поднялся:

– Проходите, льена Феран, присаживайтесь. Тау, свободен.

Первая часть фразы прозвучала по-кергарски, вторая – на островном.

– Лоу Соайро, могу я попросить вас говорить на языке островов? Жаль упускать возможность улучшить произношение, – пояснила я.

– То есть беседа со мной для вас лишь шанс избавиться от акцента? – в голубых глазах мелькнула ирония.

К счастью, он отвернулся, чтобы собрать с дивана документы, тем самым избавив меня от необходимости подыскивать вежливый ответ. Я огляделась: что-то вроде рабочего кабинета, огромное количество книг в застеклённых шкафах, несколько визоров, один из которых точно имперский, идеальный порядок на столе…

– Вы что-то ищете, льена Феран?

– Льену Дерос, – спокойно ответила я.

Взгляд лоу Майро сделался одновременно и строгим, и лукавым:

– Думаю, льена в своей каюте. Во всяком случае, я её проводил до двери. Вам так приятно её присутствие?

– Нет, но оно приятно вам.

Его негромкий смех был из тех, что принято называть «серебряным»:

– Вам никогда не говорили, что вы очень непосредственны и искренни, льена Феран?

– Последний раз ваш помощник сегодня днём, – сказала я. – Лоу Соайро, я не на службе, нет необходимости в притворстве.

– И вас не смущает моё положение? – он вскинул тонкую бровь.

– Лоу Соайро, я же кергарка. У нас все равны, даже император такой же гражданин. Просто его высокая должность – наследственная, а остальные занимают свои места по заслугам.

– Вы считаете себя равной императору? – спросил лоу Майро.

– Я считаю себя ничем не хуже императора, если хорошо и честно исполняю свою работу.

– На островах придерживаются иной точки зрения. У нас лоу – живые боги, – произнёс он с откровенным вызовом.

– В таком случае, лоу Соайро, я очень благодарна живому богу за то, что он сошёл с небес и спас мой любимый свитер, – я невольно улыбнулась. – Мне его подарила мама, поэтому я им дорожу.

Он опешил. Растерянно моргнул, зачем-то переложил документ из стопки в стопку.

– Сколько вам лет, льена Феран?