Аня Вьёри – Измена. Сказка (не) о любви (страница 8)

– Отлично выглядите, – приосанился главред. – Хорошая работа, – он как-то странно кивает. – Вам, – поворачивается к Светлане Михайловне, – и вам премия.

Неестественно выпрямляется и уходит в свой кабинет. А мы шумно выдыхаем.

– Спасибо, – смотрю во все глаза на выпускающего редактора. – Прикрыли!

– Тебе спасибо, – нервно хохочет она. – Выгорело ведь!

Понедельник. 2 июня. 10.00

– И мы, конечно, поздравляем нашу молодежь, – Илья Степанович машет рукой в мою сторону, – с такой потрясающей находкой! Я думаю, что репортаж с вручения наград нужно будет сделать на втором развороте! – он оборачивается к Ларисе Ивановне, статьи которой обычно эту полосу занимали.

Та сидит, плотно сомкнув губы, отчего ее нос заострился, а лицо вытянулось. Она сейчас полностью оправдывает свое прозвище. Хотя, конечно, Крысой ее прозвали не за внешность. Журналисты не настолько злые.

Летучка заканчивается бурными аплодисментами в адрес Светланы Михайловны и немножко в мой. Коллеги поднимаются и дружной гудящей толпой вываливаются из переговорной. Мне нужно сказать пару слов Светлане Михайловне, я чуть задерживаюсь и выхожу последней. Тут же жалею об этом, потому что прямо у дверей переговорки стоит Антон.

Он засунул руки в карманы и чуть насмешливо оглядывает меня. А Илья Степанович распинается:

– Вот, молодая кровь, свежий взгляд! Вы же видели, как у нас скакнули продажи? И рекламный бюджет? Вы видели? Это обязательно надо отразить в отчете! Я, – он поворачивается и с гордостью родителя смотрит на меня, – умею видеть таланты.

Антон закусывает губу и скользит по мне совершенно недвусмысленным восхищенным взглядом. Сегодня на мне светлое платье в крупный цветок. Крой простой, но очень изящный. Выгодно подчеркивающий мою высокую грудь и тонкую талию. Антон любил, когда я в этом платье. Любит. Наверное. Взгляд жадный.

– Поздравляю, – кивает он то ли мне, то ли главреду.

Я вспыхиваю, что-то лепечу в ответ и тут же хватаю под руку нашего выпускающего.

– Светлана Михайловна, мне с вами поговорить надо.

– Конечно, Наташенька, пойдем, – с чисто материнским покровительством она берет меня под руку и уводит.

– Наталья, после обеда зайдите ко мне, – начальствующим тоном кричит мне вслед Илья Степанович.

– Ох, не к добру это, – обеспокоенно шепчет мне на ухо Светлана Михайловна.

– Что? – я искренне удивляюсь и тут же краснею, вспоминая взгляд Антона.

– Степаныча внимание! – фыркает моя редактор. – Поаккуратнее с ним! И еще, – она замирает и озирается, – Лариске не попадайся!

– В смысле? – тут уж я совсем ничего не понимаю.

– В смысле! – повторяет Светлана Михайловна. – Она тебе не простит, если Степаныч тебя назначит любимой женой… – она закатывает глаза.

– Любимой кем?! – возмущаюсь, – Да разве я…

– Ты-то, может, и нет, но Лариске на это плевать, – поглаживает меня по спине Светлана Михайловна. – Я в дамскую комнату забегу, ты иди ко мне, я сейчас приду. Платье, кстати, шикарное! Где купила?

– Ой! Не помню, – отмахиваюсь. – Оно старое.

Несмотря на то, что Антон прислал мне все мои вещи, одеться на работу мне по-прежнему сложно. Наряды дорогие, брендовые. В пятницу та же самая Лариска меня чуть не съела! Было ветрено, и я взяла с собой жакет. Простенький. Песочный. С голубыми капри хорошо смотрится. Когда-то в Мадриде купила. Кто ж знал, что она на глаз определит его стоимость. Пришлось врать, что мне он с чужого плеча достался. Кажется, поверила. Но взгляды в мою сторону наша прима бросает мерзкие. Уф… Как же сложно в дружном женском коллективе. То ли дело парни.

– Кофе будешь, звезда? – это Сашка встречает меня у кофемашины.

– Буду! Если звезда, то морская… Барахтаюсь на дне…

Сашка смеется, а я подхватываю стаканчик и иду к Светлане Михайловне. У меня к ней серьезный разговор.

***

– Вот, это еще в начале мая присылали, – показываю я письмо. – Эх, вот бы на девятое такое опубликовать!

В выходные я таки разгребла письма читателей и нашла очень интересную историю шестидесятилетней давности…

– Да, – с сожалением тянет Светлана Михайловна, – ты права, на девятое бы зашло.

– Послушайте, я посмотрела выкладки маркетологов. Ну у нас же целевая аудитория – женщины и пенсионеры. Почему бы не попробовать сделать такие заметки? Из жизни города. Именно о людях, об их судьбах, – наталкиваюсь на скептический взгляд редактора. – Ну это же всегда интересно! О чем соседки сплетничают. Кто когда и с кем прошелся.

– И куда, – кивает Светлана Михайловна. – Нет. Мне твоя идея с рецептами больше понравилась.

– Понравилась? Можно оставить? Я уже нашла тетку, которая печет самые вкусные пирожки в нашем доме.

– Вот ты неугомонная, – фыркает редактор. – Тоже конкурс будешь устраивать?

– А что? – я невинно хлопаю глазками.

– Мужикам понравится, – ухмыляется Светлана Михайловна. – Ладно, я поняла идею. Пока нет. Докрути, доработай до формата. Мы все же не женский журнал. Мы именно городской. Доведешь до ума – приходи еще раз. Пока нет. Работай.

– Есть работать, – несмотря на отказ, встаю из-за ее стола с улыбкой. Мне есть над чем подумать, и это уже интересно.

Окрыленная, выскакиваю в коридор и тут же замираю. Передо мной Антон.

Он смотрит на меня все тем же жадным взглядом. Глаза чуть прищурены, на губах играет улыбка.

– Куда так спешишь? – спрашивает тихо.

– Работаю, – отвечаю коротко и опасливо озираюсь. Вроде нас сейчас никто не видит.

– Делаешь успехи, – он улыбается шире. – Тебя тут ценят.

– Я стараюсь, – вздергиваю подбородок, пытаюсь обойти мужа, но он резко делает шаг в сторону, преграждая мне путь.

– Таш, поговорим?

– Наташа, – настойчиво поправляю его я. – А еще лучше Наталья Андреевна.

– Наталья Андреевна, – цедит сквозь стиснутые зубы он, – нам надо поговорить. И если ты не хочешь говорить со мной в нерабочее время, мне ничего не стоит пообщаться прямо тут! – он сверкает глазами. – Думаю, главред не будет против, когда узнает, кем ты мне приходишься!

У меня перехватывает дыхание. Зараза! Ну конечно! Кто ж оставит работать в коллективе жену этого жуткого аудитора. Мне до сих пор везло, и никто не задумался, что у нас с ним одинаковые фамилии. Мало ли Егоровых на свете. Как только он заикнется о том, кто я, так и вылечу.

– Хорошо, – выдавливаю из себя, еле сдерживая гнев. – Мы можем встретиться после работы.

– В шесть двадцать в кафе на площади, – выдает он мне как приказ и тут же уходит. Очень вовремя уходит. В коридоре появилась Лариса Ивановна. Ну, или Крыса. Я ловлю ее взгляд, и мне все больше хочется звать ее именно прозвищем.

Понедельник. 2 июня. 18.28

Забегаю в кафе с опозданием. Не то чтобы себе цену набиваю. Не получилось уйти ровно в шесть, а идти достаточно далеко. Впрочем, я этому рада. Меньше шансов встретить своих коллег.

Антон сидит у окна, что-то сосредоточенно рассматривает. Я не вижу его лица, но сильная спина напряжена, красивые пальцы нервно стучат по чашке кофе.

– Привет, – я стараюсь поздороваться непринужденно, в глаза ему не смотрю, сажусь за стол.

– Рад тебя видеть, – а он, кажется, искренне улыбается. – Тебе что-нибудь заказать?

– Нет, спасибо, – ловлю его взгляд. – Я надеюсь, я не надолго.

Он стискивает челюсти. Вижу, как играют желваки на его скулах.

– Таш, – начинает он, а я резко вскидываю взгляд, заставляя его поправиться. – Наташ… – шумно вздыхает и выпаливает заученную речь: – Давай все забудем. Ты достаточно ясно дала понять: то, что ты видела, для тебя неприемлемо. Уяснил, исправлюсь. Ничего подобного больше не повторится.

– Ты о чем? О самом процессе или о том, что я его увидела? – уточняю непринужденным тоном.

– Наташ! – он почти рычит, кладет напряженные ладони на столешницу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.