Аня Васнецова – Проказница для олигарха (страница 4)
– Посмотрим, – сказав, завершаю разговор.
И снова осматриваю детей. Не знаю как они оказались в таком положении. И волновать то меня это не особо должно.
Но какой бы циничной мразью не был, не смогу пройти мимо и оставить их тут в таких условиях.
И раз малыши здесь, значит и с родителями у них не все в порядке. Соответственно, этим деткам прямая дорога в какой-нибудь детский дом. Но эти беспризорники явно туда не хотят.
– Петровна?! – обращаюсь к тетке.
– Какая я тебе… – оборачивается женщина и запинается, встретившись со мной взглядом. Знаю, как он действует на людей. Ничего с этим поделать не могу. – Варвара Петровна я.
– Тезка, значит, – констатирую.
На выгнутые брови тетки и ее вытаращенные глаза, поясняю:
– С вот этой девочкой вы тезки, – указываю на дочку Насти. – Вижу, вы женщина хозяйственная, порядочная…
Моя похвала вызывает у Варвары Петровны смущенную улыбку.
– Заботливая, – продолжаю я и перехожу к главному. – И точно не оставите бедных детишек мучиться в таких условиях.
Видя, как тетка хочет возмутиться, добавляю:
– Конечно, любое добро должно вознаграждаться. Переведу сколько скажете. Детей накормить, отмыть. За больной ухаживать, вызвать врача. И ждать, когда вернусь.
– Ура! Накормить! – радостно кричит любитель конфет.
– У меня не поместится такая орава! – все же возмущается Петровна.
– Ничего, потеснитесь, – отрезаю.
Отдав пацана полицейским, чтобы подержали, выясняю номер телефона, к которому привязана карта женщины. И перевожу пол сотни. Снова наблюдаю вытаращенные глаза Петровны. Она даже сглатывает. И прижимает к груди телефон, на который пришло сообщение о зачислении средств.
Тетка сразу смекает, что отработать их нужно будет по полной. И развивает бурную деятельность по «переселению» детей к себе в квартиру.
– Дима… – пытается что-то сказать мне Настя, когда подхожу к ней.
Глаза почти закрыты. Слабая рука пытается коснуться меня. По-моему, она бредит.
Подхватываю на руки и переношу девушку на единственную кровать в квартире тетки.
Выпрямившись, получаю удар детским кулачком по бедру.
– Из-за тебя маме стало плохо! – хмурит бровки Варвара. Награждает взглядом полным претензий. – С тебя влач и лечение. Не вылечишь маму, я тебя найду. И сделаю… плохо! Очень плохо!
И резко отворачивается.
Какая смелая и боевая.
– Ты какой-то чертенок, а не ребенок, – неожиданно для себя нежно треплю девочку по головке. Откуда это? – Жди, после обеда приеду, поговорим, как серьезные люди.
Хмыкаю.
Ответ малышки меня настигает уже в дверях.
– Сам челт! Безлогий! Мм! – она показывает мне язык. – А хвост тебе плищемили и отолвали!
Девочка нравится мне все больше и больше.
Но сейчас нужно заняться другим.
– Ну, что? – склоняюсь над пацаном, которого держат полицейские. – Сам расскажешь, или…
Глава 4
Конечно же, пацан все рассказывает. Причем, сразу. Видимо, он успел какие-нибудь пытки себе нафантазировать.
Схрон оказался недалеко. Как раз в одном из старых гаражей, среди которых полицейский упустил сообщника подростка. Того, кстати, к радости оплошавшего Жданова, и обнаружили на месте.
Документы долго искать не приходится. Как и сумку. Помимо моих вещей, тут находится дохрена всего разного и интересного для полиции.
– Дальше они в вашем полном распоряжении, а мне пора, – указываю на пацанов и прощаюсь с Шуваловым и Ждановым. Как обставить дело уже успел с ними перетереть.
Перед выходом из гаража, достаю кошелек. Открыв его, как бы случайно роняю на пол гаража несколько крупных купюр.
Ну, так не взятка же.
Последнее, что увидел – хмурое лицо Шувалова и расползающуюся улыбку Жданова. Как поступят с деньгами, плевать. Главное, я сделал, как хотел. Привык, что за услуги любого рода и шаги навстречу нужно отдариваться.
Утренний час пик прошел, дороги стали свободнее. До бизнес-центра добираюсь быстро.
Над зданием стрижи пируэты не выписывают, зато недалеко от входа стоит здоровый фургон для перевозки крупных животных.
– Хрена се! – первое, что выдаю, увидев происходящее за стеклянными дверями конференц-зала.
Перед азиатскими «туристами» сидит настоящий медведь. В шапке-ушанке. Пытается бренчать на балалайке.
А потом мы удивляемся, что за стереотипы о нас за бугром ходят…
Запланированную сделку совершил. Уже после ухода гостей интересуюсь у Рыжего:
– Ты как медведя в здание протащил?
– Ну… – заминается Леха. – А что еще было делать? Они собирались уже свалить! Еле уговорил дождаться сюрприза. А ты ж сказал – приведи, я привел. Вот.
– Ладно, успокойся, – хлопаю ему по плечу. – Все правильно сделал. Гости были довольны. И при подписании пошли нам на еще большие уступки, чем планировалось.
– Отлично! – Рыжий потирает руки. – Значит звоню Светке предупредить, чтобы готовилась к твоему сюрпризу.
– Ты о чем? – не понимаю его.
– Ну, как? – удивляется Леха. – Она ж девка. К такому случаю подготовится должна. Накраситься там, принарядиться. Сам же знаешь.
– К чему готовиться? Какой сюрприз? – все никак не вникну в суть его разговора.
И чего на меня так смотреть?
Может, чего и упустил. Знал бы ты, что из моей головы не выходят Настя, да ее дочка – малолетняя дерзкая проказница.
Но говорить об этом точно не собираюсь. Леха всегда остро реагирует, если заикаюсь о других женщинах, кроме его сестры. Причем, если вокруг крутятся элитные девочки, для «снятия напряжения», ему пофиг. Знает, что такие в моей голове вообще не задерживаются.
– Ди-и-им? – возмущению Рыжего нет предела. – Предложение руки и сердца!
Видя, что продолжаю не понимать, огорошивает:
– Ты, наконец, собрался седлать Светке предложение и жениться на ней.
– Да с чего вдруг? – удивляюсь.
– Ты же обещал! – еще сильнее возмущается Леха.
– Когда?
Тон нашего диалога повышается.
– Сегодня! Когда просил удержать азиатов!