Аня Васнецова – Доченька для олиграха. Спаси нас, Громов! (страница 5)
Пока иду, шепчу малышке в руках, что все хорошо. А то толпа ее, видно, напрягает. Уверяю, что такой грозной пантере нечего бояться. Такой, как она, все будут только восхищаться, если узнают, что Света пантера. А плохие люди испугаются и убегут.
– Тапочки в разные стороны полетят, когда будут трусливо убегать, сломя голову, – шепчу девочке.
И та начинает хихикать, представляя описанное мной зрелище. А я сам себе удивляюсь. Когда во мне успел Петросян проснуться?
– О, Громов приехал! – раздается первый выкрик, когда меня узнают.
За ним куча новых. Я как раз подхожу к Лизе. Ей в этот момент задают новый вопрос:
– Насколько правдивы слухи, что вы и Марк Громов, собираетесь играть свадьбу? Марк Михайлович сделал вам предложение?
Вот же. Сейчас и на меня с этими вопросами набросятся. Может, приказать охране вывести всех из здания?
Лиза делает вид, что смущена. И у нее это очень правдоподобно получается. Сам бы поверил, если бы ее не знал.
– Для меня самой это было такой неожиданностью… – начинает делиться она впечатлениями.
Ну, да. Сама неожиданно для себя и, тем более для меня, предложила мне брак.
– …и мы решили, что это будет полезно для города, если мы объединим усилия… – мэр продолжает возвышать значимость нашего брачного союза.
После очередного высказывания Лизы, толпа оборачивается ко мне. Но вместо вопросов по данной теме, задают совершенно другой, но, видимо, тоже сейчас волнующий журналистов:
– А что за ребенок у вас на руках? Мы что-то о вас не знаем, Марк Михайлович? Это как-то связано с будущей свадьбой? Кто эта девочка?
Пока я подбираю правильные слова, за меня решает ответить малышка. Она полном серьезе выдает:
– Я пантела! Лы-ы-ы-ы!
Глава 4
– Аха-ха-ха! – добродушно посмеявшись, Лиза подходит к нам. – Ну, разве она не прелесть?
Встав рядом одну руку кладет мне на плечо, вторую тянет к малышке.
Погладить как щеночка хочет?
Правда девочка не оценивает этот жест. Выражение грозной милашности, которую она тут изображала, сопровождая «лычанием», тут же пропадает. Малышка прижимается ко мне еще сильнее. Но со стороны это не очень заметно, так как она и так не отстранялась. И личико хмурит, как бы говоря: «Чего эта тетя от меня хочет? Уберите! Вдруг заразна.»
В итоге, вовсе утыкается носом мне в шею, ото всех отвернувшись.
– Такой милый и чудесный ребенок, – что-то почуяв, либо по еще какой причине, Лиза так и не касается девочки. Делает некое движение, словно воздушное поглаживание силуэта. – Мы с Марком не смогли пройти мимо попавшей в беду малютки. Ее мама в тяжелом состоянии, а о девочке некому позаботится. Бедная малышка горевала и страдала, была в панике. И мы сделаем все, чтобы она не нуждалась ни в чем.
Растекаясь сладкоречивой патокой, мэр сияет от распирающей ее доброты ко всем детям мира и другим обездоленным.
Не хватает нимба над головой и ангельского хора на фоне.
– Где наши «клиенты»? – тихо спрашиваю Лизу. Вопросы и просьбы пояснить ситуацию от журналистов – игнорирую.
Странно, что наших будущих партнеров не штурмует толпа журналюг. Личности они известные.
– Уже поднялись. Я там не нужна. Отправила с ними Сашеньку. Он их провел через лифт от внутренней парковки.
Понятно. Повезло бизнесменам.
Сашенька – это Лизин преданный секретарь. Мэр никуда без него. Он иногда даже ко мне домой по ее приглашению приезжает.
Ну, что ж, пора заняться делами. А общение с общественностью – задача официальных лиц. Таких, как мэр. Вот и пусть отдувается. Хотя, она публике только рада.
Света, после бурного внимания журналистов и Лизы, немного подрастеряла уверенность. Пока веду переговоры и заключаю сделку, малышка скромно молчит, уткнувшись в меня.
Ей, скорее всего, сейчас морально тяжело. Жаль, ни на какого не оставить. Ни к кому больше не идет, меня не отпускает.
Хочется поскорее разобраться с делами. И дать ей выдохнуть. Может, в парк какой отвезти на прогулку?
Новые партнеры восприняли присутствие девочки на моих руках в хорошем ключе. Мол, у них тоже есть дети. И так понимаю, посчитали, что Света моя дочь. Только Сашенька странно косился.
Разубеждать никого не стал. Зачем, когда так все хорошо идет? Тем более, я сам про отцовство ни слова не проронил. И они прямо не спросили.
И все бы ничего, но в самом конце, когда бумаги были подписаны, один из бизнесменов обращается ко мне:
– Я приехал сюда с дочерью. Сегодня утром она меня упрашивала посетить парк развлечений. А я в этих делах… ну, ты понял. Давай совместим. Приглашаю тебя с твоей дочкой в парк. Развлечем детей, самим не так скучно будет. Заодно еще перспективные направления обсудим. Может, у нас и срастется еще что.
Хм… Предложение довольно хорошее.
Света выпучивает на меня свои глазки, после слов мужчины «твоей дочкой». Успокаивающее глажу по головке.
И соглашаюсь на предложение.
Преследую две цели. Развлечь саму девочку. И наладить мосты с этим предпринимателем. Наше сотрудничество в других сферах точно будет выгодным.
Выскользнувший из кабинета Сашенька явно побежал докладывать обо всем Лизе.
Когда остаемся с малышкой наедине, та, глядя на меня своими большущими чистыми глазами, спрашивает:
– Ты плавда будешь моим папой?
И заглядывает прямо в душу.
Непроизвольно сглатываю ком, не выдерживаю прилива безграничной надежды в детских глазах.
Вот, что в таких случаях нужно говорить ребенку?
Взгляд девочки и мольба в ее голосе просто все переворачивают во мне. Хочется сделать совершенно необдуманный и нерациональный поступок, поддавшись нахлынувшим не свойственным мне эмоциям.
Так дело не пойдет. Нужно брать себя в руки. Но и малышку обижать тоже не хочу, как и ломать ее душу и веру в хорошее.
Понимаю, возможно, нужно сразу признаться и сказать, как есть и будет, но не могу себя заставить сделать Свете больно.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.