Аня Солнечная – Маленький секрет Кэтти (страница 1)
Аня Солнечная
Маленький секрет Кэтти
– Нэнси, ты спишь?
– Да.
– А я не могу уснуть. Мне так грустно. И так одиноко. Очень плохо. И дождь по крыше тарабанит. От него еще хуже делается. Как будто внутри что-то надувается и вот-вот лопнет.
– Я хочу спать.
– Прости, что я тебя отвлекаю. Но мне так хочется с кем-нибудь поговорить, а рядом никого. Как будто всем наплевать на меня. Понимаешь?
– Нет.
– Прости меня, Нэнси, прости. Я больше не буду тебе мешать. Спи, малышка.
1
За старым садом, в котором росли не только плодовые деревья, корявые и уродливые, как чудища из детских сказок, находилась широкая лужайка. Летом отец семейства регулярно косил ее с помощью дребезжащей тележки с колесиками, отчего стекла окон ближайших домов тряслись и звенели. Иногда он вызывал на помощь мальчишку Шелдона, сына местного почтальона, которому всегда требовались деньги на чипсы и сигареты. И Шелдон с «нескрываемым» удовольствием одалживал газонокосилку соседа, новую, с контейнером для сбора срезанной травы и листьев. Обычно сын почтальона справлялся с лужайкой за сорок минут. Отец же посвящал этому занятию добрую половину дня. Сначала он доставал свой тарантас из сарая, находившегося в отдалении от остальных зданий. Можно было подумать, что сколоченную наспех постройку специально соорудили так, чтобы в ней вечерами могли собираться криминальные элементы района. Там бы их точно никто не обнаружил. Но отцу нужно было где-то находить уединение и покой, а заодно хранить садовый инвентарь, ведь он был ярым фанатом клумб, грядок, альпийских горок, цветников, парников. Так что сначала мужчина не спеша выволакивал темно-красную газонокосилку с слегка погнувшейся ручкой, протирал ее тряпкой, проверял исправность основного ножа и бензобака. Потом наливал бензин, потом вытаскивал тачку для скошенной травы, убеждался в надежности колеса и ручек управления, потом приносил из сарая грабли… Словом, все эти манипуляции могли довести до белого каления кого угодно.
Девочки пару раз пробовали помогать отцу в кошении лужайки, но они постоянно везде лезли, крутились под ногами, баловались, хохотали, хватали ведра и лейки, кидались травой. Им становилось скучно от отцовских рассуждений по поводу чистоты ножа и правильной постановки пальцев на рукояти. Он сердился, они расстраивались и начинали ныть. Особенно младшая Нэнси. Ей было всего пять, и ее невозможно было унять. Она была гиперактивной, капризной, шумной, постоянно требовала внимания. А еще самостоятельной до безобразия. Нэнси могла уйти, если хотела, в любом нужном ей направлении, никого не предупредив. Ее не смущали ни высота, ни ширина, ни глубина. Если была потребность, маленькая шкодница лезла куда заблагорассудится, не подумав и секунды, что с ней будет потом.
Старшая Кэтти, напротив, была чересчур опаслива и рассудительна, и необоснованно тревожна. Нельзя брать шоколад без спроса – живот обязательно заболит. Нельзя бегать по дороге – можно упасть и попасть в больницу. Или машина собьет, или велосипед, или самокат. Нельзя кататься на качелях полчаса кряду – голова закружится, упадешь в обморок, получишь сотрясение мозга, впадешь в кому и останешься инвалидом. Мама частенько просила старшую приглядеть за младшей, и Кэтти хорошо справлялась. Однако следить за маленьким чертенком было то еще приключение. Кэтти нравились ответственность, которую на нее возложили, и доверие, которое ей оказали.
Кэтти было девять, она ходила в школу и на кружок рисования. Учительница, правда, считала, что особого таланта у девочки нет, но усердия и прилежания – хоть отбавляй. Поэтому продолжала заниматься с Кэтти и иногда вывешивала ее работы на стенд почета.
Нэнси же, напротив, ничем не увлекалась. Разве что путешествиями по разным местам и играми с другом Томом, который был похож на Нэнси по характеру как две капли воды.
В тот солнечный теплый вечер Ненси и Том гонялись по лужайке друг за другом и заливисто смеялись. В руках у девочки было зеленое незрелое яблоко, слегка подгнившее с одной стороны. Она нашла его в саду еще до игры в догонялки и теперь раздумывала, сможет ли попасть по спине Тома или нет. Яблоко улетело далеко в сторону, мальчик сбежал, оставшись довольным своей проворностью.
– Что, съела? Косая! – закричал он, гордо задрав курносый нос.
– А ты глупый, – Нэнси внезапно решила прекратить бессмысленную беготню, тем более что под деревом, которое стояло с краю лужайки, она только что видела серо-голубые грибы. Несколько раз девочка наблюдала, как мама готовит грибы, и даже пробовала их с картофелем в белом сметанном соусе. И по воспоминаниям это было обалдеть как вкусно. Поэтому, бросив на произвол судьбы Тома с его воплями, Нэнси зашагала по направлению к дереву. Огромных размеров поганки поразили ее своими шляпками и юбочками. Девочка сняла с головы панамку, в которую мама зачем-то нарядила ее днем, и стала собирать грибы.
– Что делаешь? – Том подошел сзади и стал следить за подругой.
– Грибы собираю. Что, не видишь? – Нэнси рассердилась. Она еще не отошла от своей неудачи с яблоком. Чего доброго, он тоже захочет собирать, и тогда ей меньше достанется.
– Зачем? Они ядовитые. Их нельзя есть, – Том все не уходил, только тер свой курносый нос грязными руками, отчего лицо его украсили темные полосы.
– Откуда тебе знать? – Нэнси подняла панамку с поганками, но не удержала, и половина грибов высыпалась в траву. – Видишь, это все из-за тебя!
Попытавшись поднять, девочка переломала тонкие грибные шляпки, и они крошками остались лежать в густой траве. Нэнси насупилась, крепко схватила панамку как кулек и побежала в сторону дома.
Мама сидела на скамейке под старой вишней и болтала с подругой по телефону. Она не заметила, как младшая дочь налетела на нее ураганом, с криками и плачем залезла на колени и липкими, гадко пахнущими руками впилась ей в голову.
– Мама, он мне надоел. Пусть он уходит. Я не хочу больше с ним дружить никогда-никогда!
Женщина обняла дочь, чтобы та побыстрее успокоилась, и попросила объяснить, что произошло. С младшим ребенком у нее не очень получалось: Нэнси требовалось слишком много внимания, а ей так хотелось просто посидеть и попить чаю в одиночестве, или сходить на концерт, или выехать на барбекю чисто взрослой компанией, чтобы не пришлось постоянно быть настороже и следить, и успокаивать, и развлекать.
Том опасливо выглянул из-за дерева.
– Я ухожу домой, – сказал он сердито. – Мама пришла и зовет меня. Пока, Нэнси.
Нэнси на секунду высунула хитрую мордашку из длинных волос матери, но тут же снова нырнула обратно.
– А теперь объясни мне, что у вас произошло? И где Кэтти? Разве вы не играли вместе? Разве она не должна была за тобой следить?
2
Вечером за ужином мама была серьезнее обычного, словно утомилась дневными заботами. А потом, будто между прочим, сообщила девочкам, что завтра они идут с Джейн в зоопарк.
Джейн была племянницей отца девочек, ей было семнадцать. Она не горела желанием возиться с малышней, но тут почему-то предложила им прогуляться. Единственным условием было отсутствие взрослых, что вызывало некоторые подозрения. Наверное, Джейн собиралась встретиться в зоопарке с парнем без свидетелей. А поскольку родители ее держали в строгости, она выдумала хитроумный план. Вроде и сестричек прогулять, побыть полезной и услужливой, а с другой стороны – молодость есть молодость.
Нэнси чересчур оживилась. Она вертелась на стуле, сучила ногами и без умолку тараторила, и сыпала вопросами. Где находится зоопарк, кто там живет, а почему звери в клетках и могут ли ее посадить в клетку, если она начнет рычать и скалиться. Так что отец забрал свою кружку и тарелку с бутербродом и демонстративно удалился в кабинет. Сейчас он работал над новым фантастическим романом «Посланники из будущего», и процесс шел туго. Нужно было поднажать, так как рукопись ждали к середине октября. А вокруг, как назло, все кому не лень заделались писателями. И писали в основном фантастический бред: про воображаемые миры, волшебников с дюжинами дюжин учеников, про тварей, монстров, зомби, улетающих на звездолетах в открытую галактику, вирусы, пришельцев, обитающих в недрах канализации.
Когда за отцом неожиданно громко захлопнулась дверь, в доме воцарилась секундная тишина. А затем все снова зажили обычной жизнью.
– Не волнуйся, Нэнси, – успокаивала Кэтти сестру, пока они лежали в кроватях вечером. – В зоопарке тебе понравится. Там никто не ругается, если ты бегаешь или громко смеешься. И есть много разных животных. К сожалению, их нельзя гладить, но можно купить морковку или галеты в автомате и покормить лошадку. Или ослика. Ты любишь осликов?
– Нет. Они вонючие, – сморщилась Нэнси.
– Там в отдельном вольере сидят курочки, и их тоже можно покормить зерном. Они очень смешно клюются, если протянуть им семечки на ладони.
– Курицы – это другое дело, – согласилась Нэнси.
– Но ты должна мне обещать вот что. Джейн вряд ли будет за нами следить, пока мы будем гулять. Пожалуйста, не убегай. Потому что иначе мы тебя не найдем и ты потеряешься в зоопарке. И на ночь тебя могут запереть где-нибудь по ошибке. А это очень страшно – провести ночь в зоопарке в одиночестве. Обещаешь?