Аня Кузнецова – Сиди и смотри (страница 7)
этот, в зеркале, жуткий тип,
правда я?
Разве может
душа моя,
та, чуткая, тончайшая самая,
в доме таком расти?
В неприглядности.
—
Смотрю на огненный шар
с прищуром. С завистью.
Идеальная форма,
не менее.
Светит и пламенеет.
Сравнение
мне невыгодно —
он rare, я normal.
А у него есть душа?
Смотрю, жаром дыша.
Эффект невиданный:
я теперь rare, он well done.
горю,
благодарю.
«Л» как лень
Остаюсь дома и чувствую себя странно,
как будто я – не совсем я.
Много читаю, не пью из-под крана,
почти не делаю того, что нельзя.
Но сквозит какая-то драма,
а покоя, покоя – ни грамма.
Я сижу у окна и мне нравится это.
А когда завершается день,
тень от оконного света
делает арку лучом, Л – как лень.
Я остаюсь дома и чувствую себя.
В отличие от других дней,
когда дома семья и все мысли только о ней.
Автопортрет
Я наблюдаю с изнанки себя.
Вот мои ноги мирно сидят,
носок направляя в носок,
друг к другу наискосок.
Вот мои руки: журавль и горлица,
которым никак не сидится
на перекрёстке полена с поленом,
на обильной ноги месте колена.
В этих руках отчего-то такое,
что их шевелит без привычки покоя.
В перьях
одной
вторая
ищет покой,
пока я,
взгляд в стену вперив
с изнанки себя наблюдаю.
Поэтические происки
Иду на дно нетвёрдым шагом;
я слышу зов жемчужин
и голоса мужчин
и женщин, их глаза:
им тоже жемчуг нужен.
Но мне нужней.
А чья рука нежней
и опытней среди мясистого нутра?
Дождись меня, двухстворчата сестра!
Держись в моей ладони: 
