Анви Рид – Смерть под ореховым деревом (страница 7)

– Отпусти! – На ярость не осталось сил, поэтому угроза в голосе больше походила на мольбу. – Отпусти нас…

Толпа рассмеялась, когда Мясник швырнул Иви в угол. Разразилась хохотом, когда он поднял ее и, словно чучело, перевесил через канаты. Иви было плевать, насколько никчемно она выглядит. Как жалко смотрится. Она пыталась отдышаться. Пыталась прийти в себя. И она все еще хотела уйти отсюда. Вместе с братом, жалобно смотревшим на нее из другого угла.

– Hé, monstre de Paris![4] – раздался сзади Иви знакомый голос.

И голос этот явно хотел привлечь внимание Мясника.

– Comment traite-t-on les dames?[5]

Канат оттянулся в сторону, и Иви чуть не упала. На ринг шагнул парень, и гудевшая толпа замолчала. Иви узнала его красный камзол, белые брюки и черные сапоги. Узнала его бархатный голос, не похожий ни на один из тех, что она слышала за сегодняшний вечер. Узнала запах – медовый, смолистый, обволакивающий.

– События приобрели неожиданный поворот! Делайте ваши ставки! – Зазывала не унимался. – Мясник против аристократа! Кто побе…

Мужчина в камзоле бросил на него злобный взгляд, и тот сразу замолчал.

– Вы в порядке, фройляйн? – Он наклонился к Иви и посмотрел ей в лицо. – Выглядите чертовски плохо. – Скривившись – видимо, от отвращения, – он отстранился.

Мясник не хотел упускать час славы. Не хотел терять деньги, которые ему заплатили бы за этот бой. Он вновь закричал, показывая всю свою ярость, и, не услышав ни единого одобрительного возгласа, покосился на мужчину. Тот подошел к Отто и помог ему подняться.

– Вы, кажется, хотели уйти? – обратился он к брату Иви.

Отто кивнул.

– Так идите. – Мужчина протянул руку, приглашая его покинуть ринг. – И сестрицу свою прихватите. Смотреть на нее жалко. Словно чудище из страшной сказки.

– Б-б-благодарю. – Отто, впрочем, как и Иви, не понимал, что происходит.

– Toi![6] – крикнул Мясник.

Оказывается, все это время он мог говорить…

– Je vais te tuer![7] – Что именно он сказал, не понял никто, кроме мужчины в камзоле.

Видимо, эта была какая-то шутка. Иначе над чем еще можно было так громко смеяться?

– Попробуй, – широко улыбнувшись, ответил мужчина.

Мясник, замахнувшись, ударил его по лицу кулаком. Иви услышала хруст. Все в этой таверне услышали хруст и, затаив дыхание, пялились на арену. Мясник ударил. Пнул в живот. Громко выдохнув, мужчина повалился на пол. Мясник сел на него и, обхватив шею, принялся душить.

Отто подбежал к Иви. Опершись на него, она наконец-то проморгалась. Мир все еще казался расплывчатым, но лица вокруг… Лица она начала различать четко. И лицо мужчины на полу было цвета самой темной ночи и самого алого заката одновременно. На лбу вздулись вены, глаза закатились, из носа заструилась кровь, стекая по щеке прямо в ухо. Он не сопротивлялся. Смиренно лежал и ждал своей участи.

– Остановите его! – Иви попыталась сделать шаг, но ноги подкосились.

Отто подхватил ее и прижал к себе.

– Он же убьет его! Он же… Он…

Мужчину стремительно покидали силы. Иви услышала последний вздох, больше похожий на скрип. Толпа, обступив ринг, ждала, когда зазывала наконец назовет победителя. Люди не понимали, чего он тянет. Руки Мясники дрожали – с такой силой он сжимал шею мужчины. Сдавив еще сильнее, он хрустнул позвонками.

– Победил Мясник! – громогласно объявил зазывала, когда боец разжал руки. Голова мужчины надулась, словно шар.

Толпа разразилась восторженными поздравлениями. Несчастный квартет заиграл в разы громче, чем прежде. Иви сглотнула. Ей приходилось видеть мертвецов, поэтому вид мужчины ее не пугал. Ее пугало то, насколько безжалостно Мясник забрал чужую жизнь – и следующим в списке был Отто. Спасать брата нужно было как можно скорее.

– Отто, уходим! – Иви потянула его за рукав. – Живо!

Они заковыляли к выходу, как вдруг в таверне воцарилась тишина.

– Как это? – позади раздался испуганный голос зазывалы.

Иви нехотя обернулась.

– Ты тоже это видишь? – Голос Отто дрожал; он крепче обхватил ее за талию.

– Вижу… – прошептала она, глядя на парня в камзоле.

Он отряхнулся и поднялся с пола. Размял шею, пару раз хрустнув ей. Выпрямил плечи и оправил ворот камзола.

– Говорят, тебя прозвали Мясником из-за твоей смертоносности. – Парень широко улыбнулся разбитыми губами. – Но что я вижу?

Мясник попятился. Его глаза округлились, став крупнее, чем золотая монета, а рот и вовсе распахнулся в немом крике.

– Это все, на что ты способен? А как же снять шкуру? Выпустить кишки? Переломать кости? Ну хоть что-то, что оправдало бы твою кровожадность. – Парень изобразил разочарование.

Он прохаживался по рингу так непринужденно, будто минуту назад не лежал на полу со свернутой шеей. Хотя Иви уже сомневалась в увиденном…

– Ennui![8] – Он подошел к Мяснику вплотную. Тот отшатнулся к столбу и принялся молиться. – Покажи мне хоть что-то! Подтверди слухи! Ударь меня еще раз! Frappe![9]

Мясник нехотя замахнулся и ударил его кулаком.

– Encore![10]

Теперь левой рукой.

– Encore! Encore!

Схватил за волосы и приложил лицом об колено. Нос мужчины хрустнул. Лопнула бровь. Глаз налился кровью.

– Ne t'arrête pas![11] – Из уст этого безумца французский звучал яростно.

Мясник тем временем вошел в раж. С упоительной жестокостью он накинулся на того, кого до этого уже убил. Толпа молча наблюдала за происходящим и медленно отодвигалась назад, освобождая место вокруг арены. Иви с Отто встали как вкопанные и, вдыхая густой запах крови, смотрели на двух людей на ринге. Впрочем… Они словно не были людьми. Дикие животные? Может быть. Чудовища? Монстры? Но не люди…

Мясник запыхался. Остановился и устало осел на пол. По лбу текли капли пота, а перепачканные кровью руки повисли вдоль туловища.

– Скукота, – произнес парень в камзоле.

Вытер рукавом лицо и сплюнул кровь на пол.

– Пора кончать с этим, – шепотом сказал он.

Но в этой тишине его слова услышали все и принялись взволнованно переглядываться.

– Ставки повышать будете? – кинул парень толпе. – Последний шанс, только сегодня и только сейчас, – передразнил он зазывалу. – Что? Нет?

Он осмотрел толпу и хитро улыбнулся. Иви встретилась с ним взглядом. Она никогда не видела в глазах никого из живых столько грусти. Столько отчаяния. А вместе с тем и азарта, что кипел в них, словно в котле.

– Тогда, дружище, не обессудь. – Парень вмиг достал из сапога короткий кинжал и, удерживая Мясника за голову, вонзил лезвие прямо ему в шею.

Толпа охнула. Мясник схватился за рукоятку и, захлебываясь, обмяк на полу. Его тело забилось в агонии. Во рту бурлила густая кровь. Он царапал ногтями деревянные доски и извивался, словно выброшенная на берег сельдь. Мужчина рывком вытащил из горла нож и вытер его о штанину. Из раны хлынул кровавый фонтан, заливая пол рядом с обмякшим телом. Кого-то в толпе вырвало. Кто-то из фрау завизжал, кто-то зарыдал, наверняка оплакивая свои деньги. А кто-то, отчаянно махнув рукой, развернулся и направился к выходу.

– Иви, – обратился к сестре Отто, – если мы не уйдем отсюда сейчас, то, кажется, не уйдем никогда.

– Ты прав. – Иви громко сглотнула.

– И победитель сегодня… – вновь заорал зазывала, но, поймав злобный взгляд из толпы, замолчал. – Выигрыш можете получить на втором этаже в одиннадцатой комнате, – тихо добавил он и скрылся.

В таверне тихо заиграла музыка. Послышались возмущенные перешептывания. Из каморки рядом с ареной вышел пожилой мужчина и, опрокинув на пол ведро воды, принялся отмывать кровь. Приспешники Рута взяли тело Мясника и потащили на улицу – сбросить в воды Рейна. Представление закончилось. Люди получили желанное зрелище, но не получили более желанных денег.

Иви с Отто наконец тоже направились к выходу, как вдруг перед ними выросла фигура.

– Далеко собрались?

Рут Робер, не удосужившийся даже прикрыть свое волосатое пузо рубахой, преградил им путь.

– Домой, – бросила Иви.

– Кто сказал, что я отпущу Отто? – Рут отпил эля из бутылки и отрыгнул. – Он останется со мной. Моей Масу нужна новая прислуга.

– Но наш договор… – Иви взяла брата за руку.