Ануш Стадникова – Peach. Шелковое прикосновение любви (страница 2)

– Мой шелк! – Сорвавшись с места, разразился Грин, сверкая глазами в мою сторону так, словно бы он не знал, чему отдать предпочтение: спасению тканей или попыткам придушить меня. – Идиотка, убери шелк со стола! – Закричал Зэйн, выбивая меня из оцепенения. – Черт! Мой эскиз!

Мои глаза тут же устремились к столу, где кофейная лужица, медленно, но верно принялась поедать лист с наброском, чьи линии моментально стали расплываться в кляксы.

– Ты! – Глядя с ненавистью, проорал Зэйн, брызжа слюной в мою сторону. – Что ты делала у моего стола!? Какого черта, ты притащила сюда эти рулоны, когда я сказал, что мне нужен шифон! Ты глухая?! У тебя какие-то проблемы с головой!?

Судорожно сглотнув, я виновато и испуганно смотрела на мужчину, чей гнев этим утром имел неведомые мне оттенки злости и презрения в мой адрес.

– Ты вообще понимаешь, что наделала!? Я работал над дизайном этого платья, две недели! Ты… Ты… – Он стиснул зубы и со злостью оттолкнул рулон шелка в кофейную лужу. – Убирайся отсюда!

Я, сдерживая панику, посмотрела на мужчину. Невероятно, но сейчас мне даже было жалко этого деспота, что раздраженно прятал в ладонь свои упрямые губы.

– Простите. – Попыталась извиниться я. – Мне очень жаль, что так вышло…

– Я сказал, уйди! – С презрением выкрикнул в мою сторону Грин, совершенно не желая слышать моих оправданий.

Потянувшись к рулонам ткани, которые теперь были испачканы каштановыми разводами, я неловко подняла шелк, роняя при этом кружку на пол, что с шумом раскололась на осколки.

– Господи! – С отвращением посмотрев на меня и на разбитый фарфор у моих ног, прошипел мужчина. – Ты никчемная! Даже уйти без ущерба для меня не можешь!

Проглотив порцию унижения в свой адрес, я прижала к себе мокрую ткань и посмотрела на начальника.

– Я сейчас все уберу. – Успокаивая Зэйна, проговорила я, встречая его насмешливый взгляд, который слишком быстро взлетел к потолку. – И ткань… Я позвоню и закажу новую…

– Черта с два! – Фыркнул мужчина. – С этой минуты, ты не притронешься ни к чему, что хоть как-то связано со швейным производством. Ни мои эскизы, ни ткань, ни фурнитуру! Ты не зайдешь в этот кабинет, даже носа своего здесь не покажешь!

– Но… – Я ощущала, как мокнет моя блуза и, казалось, эта сырость моментально впитывалась в мое тело, поднимаясь от обиды и досады к самым глазам. – Но, ведь в этом и заключается моя работа…

– Да, неужели!? – С насмешкой раскинул в стороны руки Зэйн. – Тогда выходит, что тебе нет смысла больше оставаться здесь!

Я в недоумении уставилась на начальника.

– Вы увольняете меня? – Не веря в звучание собственных слов, спросила я.

– Нет, отдаю тебе своё место. – Фыркающе усмехнулся Зэйн. – Конечно, я тебя увольняю! Ты полезла к моему столу, испортила мой набросок, ткань и кружку! И ты ещё думаешь, что после этого, сможешь работать на меня?

– Но я… Я же…

Мне хотелось сказать Зэйну о том, что я работаю с ним уже три года. Что за это время, именно я терпела все его выходки. Засиживалась допоздна на работе. Отменяла планы, встречи, свою жизнь… Я хотела сказать так много, испуганно понимая, что терять эту работу сейчас мне было не просто невыгодно и неудобно, а непозволительно. Однако Грин повернулся ко мне спиной и, кажется, обозначил непреклонность своего решения.

– За расчетом можешь прийти завтра. – Отпинывая в сторону осколок фарфора, сказал он. – И учти, я вычту из него расходы за ткань.

Я судорожно сглотнула, зная цену рулона, от которого теперь пахло арабикой.

– Но, тогда там ничего не останется. – С каким-то отчаянием, сказала я.

– Замечательно. – Буркнул Грин. – Тогда забирай свои вещи и проваливай.

Я открыла было рот, чтобы сказать этому извергу о том, что мне нужно на что-то жить. Что я отдам ему деньги за шёлк с зарплаты, как только найду новую работу. Но рассматривая спину мужчины, что раздражённо стряхивал на пол жидкость, пролитую мной на эскиз, я лишь закусила губу и покачала головой. Я терпела его слишком долго! И теперь, уходя, не стану больше унижаться. Даже если от этого, зависит моя дальнейшая жизнь.

≈ ⟡ ≈ ⟡ ≈ ⟡ ≈ ⟡ ≈ ⟡ ≈

– И что ты теперь планируешь делать? – Спросила Рой, провожая меня по телефону до дома.

– Словно бы у меня много вариантов. – Выдохнула расстроено я. – Искать работу, конечно.

– Что на счёт расчета? – Спросила Вэл и я закрыла глаза, ощущая, как сдерживаемое отчаяние, обрушивается на меня с каждым шагом.

Остановившись перед фасадом здания, которое я любила всем своим сердцем и душой, несмотря на его скромность, я осторожно вытерла щеку, по которой скатилась скупая слеза, о прижимаемые ко мне рулоны шелка.

– Если хочешь, я могу занять тебе часть своих сбережений, – Начала было Рой, но я тут же ее остановила.

– Спасибо, Вэл, правда, но я что-нибудь придумаю.

– Ограбишь банк? – Рассмеялась девушка, но в ее веселье не было жизни.

Скорее сочувствие и полное сопереживание.

– Что-то в этом роде. – Ухмыльнулась я, хотя на моих глазах все ещё стояли слезы.

– Зэйн идёт, – Прошептала испуганно и суетливо Вэлма. – Держись, я тебе позвоню позже.

Не дожидаясь моего ответа, девушка тут же сбросила вызов, и я совершенно не могла винить ее за это. Уж чей-чей, а гнев этого мужчины обескураживал и заставлял ощущать себя в действительности ничтожеством, которому не было под силу сделать простой кофе. Я уже молчу о достойных набросках.

Поправив сумку и рулоны ткани, я принялась подниматься по ступенькам крыльца нашего дома. Дойдя до двери, я набрала полные лёгкие воздуха и, подняв глаза к майскому небу, что сегодня отличалось своей безукоризненной синевой, убедилась, чтобы на моем лице не было и тени грусти. Растянув губы в улыбке, я переступила порог и тут же услышала голос Мэлоди.

– Ты жульничаешь, негодник! – Смех Фрэда, заразительным перезвоном колокольчиков разлился по первому этажу дома. – Так не честно! Мы берём по одной карточке…

Сняв с плеча сумку и тихо опустив тюки шелка на комод, я бесшумно прокралась в сторону гостиной. Выглянув из-за угла, я наблюдала за тем, как Фрэдди хватает из стопки сразу несколько карточек, а Мэлоди возмущённо ставит руки на пояс, чем вызывает у мальчишки новый приступ смеха.

– Я не жульничаю! – Смеялся мой мальчик, вызывая улыбку умиления.

– Ты маленький нарушитель порядка. – Говоря низким голосом и изображая не то шерифа, не то копа, сказала девушка. – За то, что вы играете не по правилам, вас ждёт наказание в виде щекоток.

Мэлоди тут же перекинулась в сторону Фрэдди и принялась его щекотать. И, конечно же, он совершенно был непротив подобным исправительным мерам, что лишь сильнее распаляли его азарт, провоцировать няню.

– Добрый день, – Откашлялась я, выходя из-за угла. – Мне тут сказали, что Фрэдди Пратт стал преступником?

Сынок подскочил с полу и в удивлении округлил глаза.

– Мама!

Мэлоди и ее щекотки отошли на второй план. Фрэд нёсся в мою сторону, отпихивая ногами игрушки на своем пути. Заключив этого белокурого ангела в свои объятья, я тут же поцеловала выпяченные губки Фрэдди.

– Ты вернулась! – Восторженно сказал сынок

– Конечно, я вернулась, зайка. – Проводя рукой по его лбу и слегка вздыбливая челку, с улыбкой ответила я. – Ты же мой любимый. А к любимым всегда возвращаются.

Малыш просиял и вновь поцеловал меня, по привычке метясь чуть выше линии верхней губы. Ровно туда, где у меня была родинка.

– Прости, что не предупредила, – Поднимаясь на ноги, сказала я Мэл, которая принялась собирать игрушки.

– Все в порядке. – Усмехнулась она. – Это же твой сын, твой дом… Так что,  забей.

Я понимала, что так оно и есть, но, наверное, во мне всё ещё сидела тревожная ассистентка Грина, которая теперь параноидально пеклась о личных границах людей.

– У тебя все в порядке? – Пристально посмотрев на меня, спросила девушка.

Мой взгляд моментально метнулся к Фрэдди, что уже нашел свою фигурку Человека-паука и вовсю играл им, прыгая на диване

– Мы можем поговорить? – Подзывая спокойно девушку к кухонному столу, спросила я.

– Конечно. – Поправив футболку, Мэлоди прошла за стол, позволяя мне занять место, откуда я могла наблюдать за ребенком. – Так, что стряслось?

Я нервно забегала глазами по комнате.

– Меня уволили.

– Что?! – Вскрикнула она и обернулась себе за спину. – В смысле, что? – Шепотом повторила она. – Уволили? Но за что?

Я стрельнула бровями и отвела взгляд от блондинки.

– Прости, не хочу об этом сейчас говорить. – Честно сказала я. – Дай мне свыкнуться с этой мыслью и я все тебе расскажу.

Мэлоди вынужденно кивнула головой и вновь покосилась на малыша.

– Ты уже начала искать работу?

– Нет! – Немного возмущённо ответила я. – Меня только что вышвырнули с работы после бессонной ночи, сказав, что я никчемная! Извини, но у меня просто как-то не возникло желания, искать себе новое место, стоило мне переступить порог "Версаля".