Антонио Морале – Я приду за тобой! (книга #3) (страница 2)
– Да, господин…
– Хорошо, Симон. Возьми мне билет… Что хоть играют?
– Какая-то сопливая, но популярная история. Говорят, все женщины в столице от неё без ума.
– Хм… А что насчёт актрис? Есть симпатичные? Хочу найти себе что-нибудь для развлечения на ночь. Говорят, актрисы театра в постели творят чудеса!
– Есть такое… – усмехнулся слуга герцога, открыл резную шкатулку и извлёк из неё небольшие карточки. – Можете выбрать любую.
– Что это? – удивился герцог, заметив в руках слуги необычные предметы, похожие на игральные карты, но с чёрно-белыми изображениями людей.
– Светопись, – пояснил Симон. – Новое изобретение монахов. Оно ловит отражение души через стекло… и оставляет его на закалённом пергаменте.
– Души? – скептически хмыкнул герцог.
– Ну или лиц, – пожал плечами Симон. – Иногда это одно и то же.
– Хм… – Квинси принял из рук слуги одну карточку и внимательно рассмотрел портрет девушки со всех сторон. – Как настоящая… Живая… И даже лучше, чем гравюры художников. Жаль, что цветов нет.
– Это да, – подтвердил Симон.
– Так у тебя что, есть гравюры всех актрис? – удивлённо посмотрел на веер карточек в руках своего слуги герцог.
– Есть, – подтвердил тот. – Только не гравюры, а светописи.
– Да мне плевать, – отмахнулся Квинси, заметно заинтересовавшись новым изобретением монахов. – Показывай!
– Это Анна… – протянул Симон следующую карточку своему господину. – У неё главная роль в спектакле…
– Слишком старая…
– Ей двадцать восемь.
– Ну я и говорю – старая.
– Понял… Это Жасмин… Она играет служанку…
– Жасмин? С востока? – заинтересовался герцог, разглядывая изображение смуглой девушки с миндалевидными, тёмными глазами.
– С востока…
– Симпатичная. Что есть ещё?
– Инесса…
– Нос длинный.
– Марго…
– Сиськи маленькие. Как у моей кузины…
– Мария.
– Хм… Взгляд какой-то слишком…
– Глупый? – усмехнулся Симон.
– Да… Глупый… С ней даже поговорить не о чем будет. Это всё? – разочарованно скривился герцог, увидев опустевшие руки слуги.
– Да, господин.
– Я же вижу, что есть ещё! – кивнул Квинси на лежавшую на дне шкатулки единственную карточку.
– Это дочка графа Воронцова… – пожал плечами Симон, протягивая последнюю светопись своему господину.
– Воронцова? Хм… Симпатичная… – задумчиво пробормотал герцог, любуясь изображением девушки. – Похожа на мать…
– Вы знакомы с графиней?
– Можно и так сказать… Когда-то был знаком. Беру её! – решился Александр Квинси.
– Это дочка графа, – нахмурил лоб Симон. – Она аристократка… Боюсь, с ней не выйдет договориться…
– Ты сказал – я могу выбрать любую! – усмехнулся герцог.
– Да, но… – растерялся Симон, не зная, шутит сейчас его господин или нет. – Это ведь дочь графа Воронцова! У него хоть и бедственное положение сейчас, но боюсь, даже так он не согласится продать свою единственную дочь для развлечений…
– Какого чёрта она вообще в спектакле играет?
– Девочка так пожелала, а родители ей ни в чём не отказывают…
– Что у неё за роль? – задумчиво поинтересовался Квинси, всё ещё любуясь симпатичным личиком девушки на карточке.
– Она играет несчастную девочку, над которой надругались разбойники…
– Надругались? Прямо на сцене?
– Ну это же не взаправду… Это игра…
– Хм… А я могу сыграть в этом спектакле?
– Вы, господин? – озадаченно нахмурил лоб Симон. – Можете… Наверное…
– Хорошо. Мне нужна роль кого-то из разбойников. Устрой.
– Но…
– Что опять не так?
– Простите, господин. Я не понял… – Симон подобрал в уме правильную формулировку и осторожно произнёс: – Вы хотите, чтобы я купил вам роль?
– Не купил, – помотал герцог головой. – Сделай так, чтобы всё выглядело как совпадение, случайность…
– Хм… Хорошо… – задумчиво кивнул слуга. – Так действительно будет проще и правильнее. Я всё устрою.
– Вот и славно… Значит, мне тут ещё три дня сидеть?
– Если вы хотите, чтобы всё выглядело гладко… Тогда – да…
– Ладно, я потерплю… Скучно тут… – вздохнул герцог.
Глава 1. Алекс Бастард
Карета с гербами Квинси медленно остановилась у парадного входа городского театра. Лакей в бордовом камзоле, выскочивший первым, распахнул дверь с показным изяществом и торжественно выкрикнул, заставив пассажира внутри недовольно поморщиться:
– Его светлость, герцог Александр Квинси!
Из кареты легко выбрался высокий мужчина в дорогом тёмно-синем сюртуке с вышитой по вороту гербовой вышивкой, невольно сверкнул перстнем с печатью Империи на безымянном пальце левой руки и с интересом огляделся по сторонам.
Симпатичный, лет тридцати восьми, со светло-каштановыми волосами, аккуратно зачёсанными назад, властным лицом и пронизывающим насквозь взглядом. С лёгкой, снисходительной, блуждающей на лице улыбкой, как бы говорящей: «Да, я знаю, кто я такой, и мне лень вам это объяснять, смерды!».
Герцог одёрнул полы своего пиджака и ленивой, кошачьей, походкой прирождённого хищника двинулся по ковровой дорожке в сторону монументального, массивного здания театра.
Александр неторопливо поднялся по широким, вычищенным до блеска мраморным ступеням, поприветствовал лёгким кивком головы знатных аристократов и через мгновение окунулся в торжественную и праздничную атмосферу роскоши и блеска.
Свет сотен свечей отражался в мраморных плитах стен цвета благородной слоновой кости и в позолоте потолков. Отполированные до зеркального блеска полы сверкали и изредка откровенно демонстрировали в своих отражениях нижнее бельё аристократок, либо его полное отсутствие. Причём сами аристократки, судя по всему, об этом даже не догадывались…
Просторное фойе театра было заполнено гостями. Знатные дамы в вечерних платьях с глубокими декольте, украшенных драгоценными камнями и перьями, в перчатках до локтя и тонких масках, скрывающих выражение лиц. Мужчины в мундирах, фраках и плащах с родовыми гербами, с тростью или орденом на груди, переговаривались негромко, кивая друг другу в знак формального приветствия.