Антонио Морале – Отдел К9: Убийство с привкусом феромонов (страница 5)
— Увольнением? — робко предположил я.
— Если бы, — вздохнула капитан Соколова, тяжело опустившись на своё место. — Голова с плеч, — провела она пальцем по горлу. — А следом за твоей и моя. Ладно, Грабовский… В этот раз я тебя прикрою. Всё! Свободен!
— Свободен? — недоверчиво переспросил я. — Отделался только выговором в личное дело?
— Не беси меня, Ник! Я вот прямо на грани сейчас! Иди работай!
— А что с записью? — кивнул я на монитор, всё ещё проигрывающий сцену нашего секса в душевой.
Хм… Странно, мне казалось, мы справились быстрее. Или это повтор пошёл?
— Не переживай. Видео никто не увидит — я позабочусь. А Земская ничего не вспомнит…
— Не вспомнит?
— Да что с тобой сегодня? — нахмурилась хозяйка кабинета. — Постоянно всё переспрашиваешь. Не выспался?
— Неважно себя чувствую, — поморщился я. — И голова болит, как будто в неё ваты набили… Ещё один вопрос можно?
— Что ещё, Грабовский? — устало вздохнула блондинка.
— А где мой кабинет, не подскажешь? — пользуясь моментом и собираясь свалить частичную потерю памяти на своё плохое самочувствие, произнёс я.
— Ты сейчас серьёзно? — удивлённо уставилась она на меня.
— Ну… Я же говорю, голова не соображает. Может это из-за того спрея.
— Ты же не девушка, с чего он на тебя должен действовать?
— А с чего этот идиот мне его в рожу распылил? Может в том баллончике ещё какая-то гадость была намешана.
— Хм… Ну может… — задумчиво произнесла Соколова. — Сейчас как себя чувствуешь?
— После душа полегче, но мысли всё ещё путаются…
— Я распоряжусь, чтобы лаборатория тщательно проверила все изъятые сегодня стимуляторы. Может и правда эти твари новую формулу придумали… Шайсэ!
— Так, а что с моим кабинетом? — напомнил я.
— По коридору прямо до конца, потом направо — дверь с матовым стеклом… — неопределённо махнула она рукой куда-то в сторону. — Если будешь хуже чувствовать себя — дай знать. Это не шутки, Ник!
— Хорошо…
— Всё, иди!
«Тук-тук» — прозвучал глухой стук и в дверную щель протиснулась темноволосая женская головка.
— Можно, госпожа Капитан? — робко произнесла девушка, и я торопливо развернул монитор экраном от себя.
— Сержант? Заходи… — кивнула Соколова, обменявшись со мной многозначительным взглядом. — Что-то случилось?
— Кажется, у меня первая фаза цикла началась, — прикрыв дверь и войдя в кабинет, растерянно пробормотала брюнетка.
— Почему ты так решила? — участливо поинтересовалась Соколова.
— Да… Какие-то провалы в памяти… Помню, как приехала с задания, потом в душ зачем-то пошла… Потом уже очнулась на лавочке в раздевалке, быстро оделась и пошла в оружейную. Ещё и слабость во всем теле — ноги дрожат, голова не соображает… Может пусть Ник меня посмотрит? — кивнула брюнетка на меня.
— Нет! — слишком резко отреагировала хозяйка кабинета и тут же торопливо взяла себя в руки. — В смысле — лучше я! Садись. У Ника и так много работы.
— Хорошо… — покорно согласилась Земская, усаживаясь на пустой стул рядом со мной.
— Молоко будешь?
— Молоко? — повторила девушка.
— Оно облегчает симптомы.
— Тогда буду…
— Ник, принеси из комнаты отдыха пакет молока… — отдала распоряжение госпожа капитан.
— А где у нас комната отдыха? — нахмурился я, старательно изображая на лице напряжённый мыслительный процесс.
— Да вашу мать! — выругалась Соколова. — Детский сад какой-то, а не отдел полиции! Ладно, иди. Я сама разберусь…
— Есть! — коротко отрапортовал я, поднялся со своего места и двинулся в сторону выхода…
Дверь за моей спиной тихонько хлопнула, отрезав меня от кабинета начальницы, и я облегчённо выдохнул. Да уж… Выкрутился. Хотя, дров наломал — мама не горюй! Штирлиц в этот раз был близок к провалу, как никогда…
Ладно, куда там дальше?
«По коридору прямо до конца, потом направо — дверь с матовым стеклом…» — вспомнил я слова блондинки, развернулся и уверенным шагом направился по длинному коридору в дальний конец здания…
Мой кабинет… вернее, кабинет настоящего Ника Грабовского, тихого и скромного парня, чьё тело я каким-то макаром занял, выглядел как типичный кабинет мозгоправа — диван у окна, кресло, журнальный столик, на полу комнатные цветы с большими листьями в больших горшках, рабочий стол и рабочее кресло на колёсиках.
Значит, я штатный психолог полиции? Или что-то в этом духе? Хм… Ну, чего-то подобного я и ожидал…
Из окна пробивался яркий солнечный свет, подсвечивая плавно взлетевшие в воздухе пылинки, на столике тихо тикал механический будильник, отсчитывая секунды.
Стены увешаны красивыми сертификатами и грамотами в рамочках. Пара вымпелов за участие в марафоне и почётное третье место, грамота за участие в чемпионате по настольному теннису.
На рабочем столе в строгом педантичном порядке лежали тетрадки, блокноты и книги по философии и психологии. Справа у стены примостился большой шкаф со стеклянными дверцами и ровно расставленными по полкам папками…
Хм… Картотека? Досье на сотрудников или пациентов? Да ещё и в алфавитном порядке. Да ты был дотошным парнем, Ник Грабовский.
Я подошёл ближе, настежь распахнул стеклянные дверки и пробежался пальцами по подписанным корешкам…
Аниськина Ю., Андросова М., Бауман С., Волошина А., Грязева Ж., Дёмина… Донцова… Дрозд… Земская… Земская… Ага, вот! Земская А.
— Анна? — вытащив папку и прочитав полное имя брюнетки на обложке, задумчиво пробормотал я. — Ну, теперь я хоть знаю, как тебя зовут, товарищ сержант…
И её напарница — Эля, кажется… Ага, вот! Рощина Элеонора…. Так, хорошо… Возьму ещё несколько наугад и… О! Соколова? У него даже на начальницу досье есть? Интересно…
Я прикрыл дверки шкафа, подошёл к рабочему месту Ника, уселся в его кресло и поставил на стол перед собой стопку папок. Откинулся на спинку и тяжело вздохнул.
— Психолог, значит… Черт! Где я и где психология? Я вообще о психологии ничего не знаю. Ладно, полистаем пока досье на сотрудниц, может чего умного или полезного подчерпнём…
Я положил первую папку из стопки перед собой и перевернул страницу, задумчиво уставившись на чёрно-белое фото моей недавней знакомой по душевой…