Антонио Морале – История про самого обычного парня, про путешествие назад во времени, про парадокс дедушки и про то, как правильно готовить настоящие драники... (страница 20)
— Да!
— И почему же? — не желал я так легко сдаваться.
— Потому! Муж её дурной в запой ушёл, детей не с кем было оставить… И хозяйство. Знаешь, какое у них хозяйство?
— Куры, кролики, корова… — перечислил я.
— Именно!
— А раньше мы почему с ней не встречались? — я упрямо пытался понять, как так вышло, что сестра матери и отец не виделись ни разу в жизни, а судя по тому, что Светка не признала меня на вокзале, они как раз и не виделись.
— Что за допрос, Соколов? — прищурилась Марина. — Я откуда знаю, почему вы не встречались? Ты вечно занят, тебе вечно некогда, вот мы к ним в гости не ездили, а они к нам со своим хозяйством как приедут? Хорошо хоть, в этот раз её отпустили… Ладно, мой руки и за стол. Ужинать будем.
— А что у нас на ужин? — обречённо вздохнул я, двинувшись к закутку с импровизированной раковиной в виде миски и ковшика с водой.
— Вареники с картошкой и сметаной…
— Вареники — это хорошо…
— А Светка нам, знаешь, что привезла? — весёлым голоском поинтересовалась у меня за спиной Марина.
— Сало, картошку и утку? — «угадал» я.
— Откуда ты знаешь? — удивлённо вытаращилась она на меня. — А! Опять эти твои шуточки… Но ты угадал, как ни странно…
Угу… Угадал…
Я сполоснул руки, сел за стол, ещё раз мельком глянул на исподтишка посматривающую на меня Светку и вздохнул. Да уж… Ситуация…
— Ты представь, как эта дурёха добиралась до нас, — расставляя на столе тарелки и столовые приборы, защебетала Маринка. — Сначала с железнодорожного вокзала на центральную автостанцию — а это, на минуточку, в другом конце города! А потом уже с автостанции к нашему общежитию с двумя пересадками. Хотя, могла сразу с ж/д до нас доехать одним маршрутом. Это ж какого ты кругаля дала? — укоризненно посмотрела она на младшую сестрёнку.
— Как помнила, так и ехала, — буркнула Светка, бросив на меня косой взгляд. — У вас тут в городе чёрт голову сломит…
— Могла бы такси взять, — вздохнула Марина, накладывая по тарелкам горячие вареники с жареным луком. — Тем более, транспорт в воскресенье вечером так себе ходит. Тебе ещё повезло, что не пришлось ночевать на остановке.
— Я ваш адрес не помню. Помню только, на каком маршруте ехать и где выходить…
— Ладно, давайте есть уже, а то остывает, — покачала Марина головой, ставя на стол банку солёных огурцов, графин с чем-то горючим и три небольшие стопки. — За встречу нужно выпить! — объявила она, усаживаясь слева от меня…
Ужин прошёл за болтовнёй двух давно не видевшихся сестёр. Марина что-то тарахтела, Светка рассказывала о жизни в селе, а я ковырял вилкой в тарелке, благоразумно отказавшись от спиртного.
Девчонки выпили по одной, закусили варениками, потом пропустили ещё по рюмашке и размякли…
Минут через двадцать Марина собрала со стола пустые тарелки, цыкнула на сестрёнку, порывавшуюся помочь, и пошла на общую кухню мыть посуду.
— Сейчас чайник поставлю, попьём чайку с печеньем, — объявила она и скрылась в коридоре.
Мы со Светкой переглянулись, я отсел от неё от греха подальше, и задумчиво уставился в окно.
— Ты муж Маринки?! — первой не выдержала и нарушила молчание Светка.
— А ты её сестра? — не менее возмущённо выдал я.
— Чёрт! — выругалась девушка. — Не говори ни слова о… о том, что было. Меня Васька из дома выгонит, если узнает.
— Ты о том поцелуе? — усмехнулся я. — Когда ты мне свой язык в горло засунула?
— Андрей! — зашипела девушка, покосившись в сторону двери. — Ну пожалуйста! Не говори…
— Да я как-то и не планировал, — буркнул я. — Не в моих интересах, чтобы Марина об этом узнала.
— Да Маринка-то у тебя хорошая, поругает и простит, — вздохнула Света. — Не то, что мой Васька.
— Ну да, конечно… — хмыкнул я…
И всё равно странно, что я о ней ничего не слышал. Тётка Светка из села… Хм… Даже не шелохнулось ничего. Почему? Да я даже парочку троюродных братьев матери могу вспомнить, а её сестру нет. Странно…
— А фамилия твоя как? — подозрительно глянул я на притихшую девушку, жующую солёный огурчик из банки.
— А зачем тебе?
— Это у него профессиональный интерес, — ответила за меня Марина, вошедшая в комнату с горячим чайником в руке. — Любит Соколов везде свой нос совать. Если бы ещё запоминал всё… — вздохнула она. — А то — тут помню, тут не помню…
— Минаева моя фамилия, — сжалилась надо мной Света.
Хм… Минаева… Гражданка Минаева Светлана Николаевна, тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года рождения, проживающая по адресу улица Весенняя, дом тринадцать? Дерьмо!
Я удивлённо глянул на притихшую Светку, посмотрел на Маринку, разливающую чай из зверобоя по чашкам, и отвернулся к окну, пытаясь скрыть наверняка заметно пришибленное выражение своего лица.
Светлана Минаева… Я знал это имя. Она стала жертвой одного из орловских маньяков и была убита девятого мая в лесополосе возле железнодорожной станции в Орле, возвращаясь от сестры последней электричкой домой, в своё село…
Дерьмо! Так это моя тётка? Почему мне мать об этом не рассказывала, и почему в деле этого не было? Хотя, понятно почему. Матери вспоминать это было не очень приятно, наверняка она винила себя в её гибели. А в деле были только близкие родственники — муж, дети, родители…
Но почему следователь не указал, от кого возвращалась гражданка Минаева и у каких именно родственников гостила? То ли я так невнимательно изучал дело жертвы, то ли следователь слишком халатно и небрежно отнёсся к расследованию. Да уж…
Ну теперь хоть стало понятно, почему я о ней не слышал. Это не та история, которую рассказывают за семейным столом. Такое вообще стараются не вспоминать. И, кажется, я догадываюсь, почему отец воспринял это дело, как личное. К ним в гости приехала сестра жены, побыла неделю, а потом её нашли мёртвой. Отец будто не смог её уберечь, вот и гонялся за призраком. Догонялся на свою голову… Хотя, не факт. Может это была одна из причин, которые толкнули его на поиски убийцы, а может он вообще вышел на маньяка случайно. Кто его знает.
— Чего задумался, Соколов? — заметив моё молчание, поинтересовалась Марина.
— Да так… — вздохнул я, поднимаясь из-за стола. — Пойду прогуляюсь с Туманом, подышу свежим воздухом.
Пёс услышал своё имя, подскочил с коврика, схватил в зубы лежащий на тумбочке поводок и выжидающе замер у двери, повиливая хвостом.
— Ну иди… — усмехнулась Маринка. — А мы тут пока потрещим по-женски и перемоем вам, мужикам, все косточки…
— Угу, — буркнул я. — Только глубоко не копайте, а то мало ли какие семейные секреты выберутся наружу…
Светка хмуро глянула на меня, повернулась к сестре и мило улыбнулась ей. А я сунул ноги в сандалии, взял поводок и вышел из комнаты, оставив девчонок трещать о своём…
Да уж… Собака, тётушка… Сюрприз на сюрпризе. Чего, интересно, ещё я не знал о своих родителях? Может они масоны, или американские агенты? Нет, шутки шутками, но не рассказать мне о собаке и убитой тётушке — это уже перебор…
С прогулки я пришёл через час, как следует проветрив голову и разложив по полочкам полученную информацию. Девчонки уже спали — одна заняла кровать, вторая тихонько посапывала на раскладушке у стены.
Стараясь не шуметь, я сходил в душевую, помылся, почистил зубы, вернулся и растерянно замер посреди комнаты, пытаясь понять, кто из них кто.
Чёрт! Не перепутать бы их в темноте — обе блондинки, обе похожи друг на дружку…
— Марин… — потормошил я лежащую на кровати ко мне спиной девушку.
— Чего тебе, Соколов?
Ага, значит, моя…
— Да ничего, спи… — мысленно усмехнулся я, скинул одежду, забрался в кровать, закинул руки за голову и уставился в потолок.
Да уж, ситуация…
— Соколо-о-о-ов! — обдал моё ухо жаркий, слегка пьяненький женский шёпот, а к моему боку, скрипнув кроватной сеткой, прижалось крепкое и упругое женское тельце. — Хватит прикидываться спящим!
— Я не прикидываюсь. Я правда сплю… — проворчал я.
— Потом поспишь! — настойчиво попыталась стянуть с меня семейные трусы блондинка, а я так же настойчиво и крепко вцепился в резинку этих самых трусов. — Соколов! — недовольно фыркнула она.
— Соколова! — не остался я в долгу.
— Ты собираешься исполнять супружеский долг или кто?
— Здесь?! — в ужасе прошептал я. — Сейчас?